Полночная любовница - Никола Корник

– Слушай меня, – произнес он и заметил, что Меррин едва заметно кивнула. – Я сейчас брошу тебе эту петлю. Осторожно надень ее и крепко за нее держись.

Меррин не ответила. Ее глаза застыли от шока.

– Ты поняла? – Гаррик придал голосу твердости. – Меррин?

Она кивнула:

– Да.

Девушку захлестнула новая волна прилива, и она провалилась еще на пару дюймов. Песок доходил ей уже почти до подмышек. Еще несколько секунд – и он накроет Меррин с головой. Ужас буквально парализовал Гаррика, сжал горло, не давая вздохнуть. Он не может потерять Меррин! Ее смерть затмит все, что есть в его жизни, навсегда вытеснит из нее любовь и солнечный свет. Когда Пурчейс раскрыл ему глаза на его чувства к Меррин, Гаррик не согласился, что любит ее. Он думал, что это не так. Считал, что слишком порочен и озлоблен, чтобы кого-то любить. Сейчас он осознал, что ошибался, но не слишком ли поздно? Еще несколько секунд, и он может потерять свою любовь навсегда.

Гаррик увидел дикий страх в глазах Меррин. Казалось, он наполняет все ее существо. Песок продолжал ее засасывать, она провалилась еще на дюйм. Меррин раскрыла рот, собираясь закричать. Гаррик понял, что она на грани истерики и погибнет, если ей поддастся. Девушка тут же провалится с головой и утонет в песочной жиже.

– Меррин, – произнес он. – Я люблю тебя. Пожалуйста, не оставляй меня сейчас.

Она посмотрела ему в глаза. И кажется, немного успокоилась.

Гаррик бросил ей связанные поводья.

Меррин поймала петлю и накинула ее через голову. Гаррик так резко выдохнул, что у него закружилась голова.

– Держись! – крикнул он.

Снежные вихри слепили ему глаза. Гаррик со всей силы потянул на себя поводья и почувствовал сопротивление. Он потянул сильнее, выворачивая руки из суставов. В этот момент накатила новая волна, песчаные пласты пришли в движение, и Меррин высвободилась до талии. Потом до коленей и в конце концов в полубессознательном состоянии распласталась на земле. Гаррик поднял ее на руки и прижал к себе, к своему бешено бьющемуся сердцу. У него так дрожали руки, что он ничего не мог с этим поделать. Гаррик прижался губами к ее волосам.

– Мне так жаль, – сказал он. – Если ты не сможешь меня простить…

– Молчи, – отчетливо проговорила Меррин и открыла глаза.

Она потянулась к нему, обхватила ладонями его лицо и поцеловала. Гаррик ответил ей, и еще, и еще, покрывая ее лицо отчаянными, голодными поцелуями. Он никогда больше ее не отпустит.

На обратном пути они молчали. Пони устал, да и нагрузка на него удвоилась. Меррин чувствовала себя измученной и замерзшей. Гаррик завернул ее в свое пальто и, несмотря все протесты, застегнул пуговицы, чтобы было теплее. Меррин перестала сопротивляться. Пальто пахнуло на нее теплом и запахом Гаррика. Она прижалась лицом к воротнику. Меррин не хотелось разговаривать. Ее переполняли эмоции, которым она не могла противостоять, и одновременно она чувствовала себя опустошенной и измотанной. У нее скопилось много вопросов – она собиралась скоро к ним перейти и знала, что теперь Гаррик на них ответит, – но пока ей ничего другого не хотелось, кроме как лежать в объятиях Гаррика, пока он погоняет маленькую лошадку обратно в деревню.

Вернуться на главную улицу Килва было делом нескольких минут. Они въехали под арочные ворота и оказались во дворе гостиницы «Контрабандисты». Гаррик передал конюхам дрожащего пони, благодарно похлопал его по спинке, потом спустил Меррин на землю, спешился, снова подхватил ее и на руках понес в гостиницу. Девушка снова засопротивлялась.

– Поставь меня на ноги, – возмущалась она, пытаясь освободиться у него из рук. – Я вполне способна идти самостоятельно. Я не инвалид!

В этот момент из главной гостиной вышла миссис Мортон. Завидев, что Меррин сжимает в объятиях какой-то мужчина, она пришла в ужас.

– Леди Меррин! – воскликнула она.

– Миссис Мортон, – сказала Меррин, пока Гаррик бережно ставил ее на ноги. – Это…

– Я – муж леди Меррин, – без запинки соврал Гаррик и предупреждающе взглянул на нее. – Гаррик Фарн, к вашим услугам, мадам. – Он церемонно поклонился.

– Вы не говорили, что вы замужем! – воскликнула миссис Мортон. Она явно негодовала, что Меррин скрыла от нее это обстоятельство, и одновременно восхищалась обходительностью Гаррика.

– Боюсь, леди Меррин еще не успела привыкнуть к своему положению, – ответил Гаррик, не давая Меррин и слова вставить. Его рука сжала ее руку. – Мы поженились буквально на днях.

Меррин открыла рот, чтобы возразить, но увидела выражение его лица и снова закрыла. Вид Гаррика показался ей очень грозным.

– Пойдем, моя любовь, – добавил он, перехватывая ее руку повыше. – Ты совершенно продрогла. Я сейчас попрошу сделать для тебя горячую ванну.

Появившийся в это время хозяин гостиницы пообещал прислать вино со специями и горячий ужин. Когда он обратился к Гаррику «ваша светлость», глаза у миссис Мортон сделались как два блюдца. Она тут же заторопилась прочь, по всей видимости собираясь разнести остальным постояльцам новость о высокородном госте.

– Не понимаю, зачем ты это сделал, – произнесла Меррин, после того как хозяин провел их в маленькую гостиную, где ярко пылал огонь в камине.

– Затем, – ответил Гаррик, – что я не хочу вовлекать тебя в еще больший скандал.

– Теперь мою репутацию уже, наверное, не спасти, – проговорила Меррин.

– Наверное, – согласился Гаррик.

В разговоре наступила пауза.

– Ты говорил серьезно? – дрожащим голосом спросила Меррин.

Гаррик не стал притворяться, что не понимает, о чем она говорит.

– Да, – сказал он. – Я говорил серьезно. Я всем сердцем люблю тебя. – В его взгляде сквозило столько печали и сожаления. – Но я могу только подтвердить то, что сказал еще в Лондоне. – В его голосе отчетливо зазвучала боль. – Я никогда не стану тем, кем ты хочешь меня видеть, Меррин.

Вежливо постучав, к ним заглянул хозяин гостиницы. Он принес пряное вино и поднос, доверху уставленный разнообразными блюдами, и сразу же удалился. Гаррик налил Меррин вина и, передав ей бокал, тут же отошел в сторону. Девушка поняла, что, несмотря на страстные объятия на берегу, – после того как он спас ее из зыбучих песков, Гаррик больше не станет к ней прикасаться. И только она может поставить сейчас все точки над i, если у нее хватит силы и храбрости посмотреть в лицо прошлому.

Меррин глотнула вина и почувствовала, как горячая густая жидкость огненной струей прокатилась по пищеводу, согрела ее и немного успокоила.

– Когда я поняла, что Китти была беременна, – произнесла она, – мне хотелось верить, что я была права насчет тебя с самого начала. Мне хотелось верить, что ты хладнокровно убил Стивена из ревности и мести. Это был такой отличный мотив. Твой лучший друг тайно соблазнил твою жену. Произошла ссора, и ты его застрелил. Мне хотелось верить, что ты солгал мне, сказав, что Стивен пытался убить Китти. – Меррин замолчала, поглаживая изящный узор на стенках бокала. – Правда, к этому времени я уже успела тебя узнать. – Она подняла на него взгляд. – И полюбить тоже. Я понимала, что ты не станешь мне лгать.