Пять минут жизни - Эмма Скотт

– Я хочу заслужить хороший отчет, когда ты позвонишь Джонатану.

Она засмеялась и набросилась на меня, обхватив руками за шею.

– У тебя все хорошо, Джимми Уилан. – Она сползла вниз, пока ее ноги не коснулись земли, а затем уставилась на что-то за моим плечом. – Этот книжный магазин слишком милый. Давай заглянем.

Она взяла меня за руку и потащила вниз по Бликеру в небольшой магазинчик, где перед входной дверью стояли тележки с книгами. Мы вошли внутрь. Тея взяла старую книгу в мягкой обложке, открыла ее, поднесла к носу и глубоко вдохнула.

– Нет лучшего запаха, чем старая книга.

– Ты читала до аварии?

– В основном любовные романы.

Я нахмурился.

– Я не видел у тебя никаких книг в «Голубом хребте».

Тея подняла плечо.

– Они, вероятно, решили, что нет смысла, если я «там» только пять минут за раз.

«Но они хотя бы пытались?»

– А еще я люблю книги о книгах, – продолжила она. – Мой самый любимый фильм – «Тень ветра» Карлоса Руиса Зафона. Когда-нибудь слышал о нем?

Я покачал головой, просматривая тома на «Z» на полках с фантастикой.

– Романтика, магия и трагедия вокруг старого книжного магазина в Барселоне в тысяча девятьсот сорок пятом году. – Она играла с маленьким зеленым камешком на своем ожерелье, отводя взгляд. – Мама познакомила меня с Зафоном. Она тоже его любила.

Я нашел «Тень ветра» и протянул ей.

– Думаю, это твое.

Тея с благодарностью улыбнулась и взяла том. Она моргнула, глядя на обложку.

– Чтение снова будет похоже на возвращение домой. А что насчет тебя? Ты любишь читать? Если скажешь «да», мне придется прямо сейчас выйти за тебя замуж.

– Да, – медленно сказал я.

– Правда?

– Ага. Думаю, ты должна срочно выйти за меня замуж.

Тея прижала свою книгу к груди и покраснела.

– Похоже, нам надо найти здание муниципалитета.

– Похоже, да.

Момент повис между нами. Тея отвернулась первой, нехарактерно смущенная, осматривая полки.

– Какая твоя любимая?

– Чак Паланик. «Бойцовский клуб».

– Видела фильм. – Она сморщила нос. – Слишком жестокий для меня.

– Да. Но я прочитал книгу сто раз за эти годы. Мне нравилась идея создать лучшую, более сильную версию себя, которая не терпит никакого дерьма.

Тея обошла стол книг о сделках.

– А сейчас?

Я пожал плечами.

– Не знаю. Как и твоя любовь ко всему египетскому, «Бойцовский клуб» мне больше не подходит.

– Тебе не нужна лучшая, более сильная версия себя. – Тея чмокнула меня в щеку. – Никогда не была нужна.

* * *

– Что мы будем делать дальше? – Мы вышли из книжного магазина. Тея купила новую копию «Тени ветра» для себя и «Уловку‑22» для меня, сложила обе книги в рюкзак и взяла меня за руку.

– Сама решай, – предложил я. – Скоро будет темно. Есть хочешь?

– Нет, я имею в виду, когда эта поездка закончится, – пояснила она. – Что дальше, Джимми?

– Думаю, мы вернемся в Вирджинию.

– А потом? Я не собираюсь возвращаться в «Голубой хребет». Ни за что.

– Я тоже. Потому что меня уволили.

Она не улыбалась.

– Тебе нужна работа. Мне нужна работа. Нам обоим нужно вернуться в школу. Я имею в виду, если ты хочешь.

– Может быть, – сказал я. – Твоя художественная школа была в Ричмонде?

Она кивнула.

– Но даже если я вернусь, не знаю, где буду жить.

Вдох. Выдох.

– Может быть, мы могли бы переехать в Ричмонд.

Тея замерла.

– Мы?

«Это слишком много. Ты слишком много просишь. От жизни. Никто не получает все, что когда-либо хотел…»

Я подавил старый страх и продолжал говорить.

– Может быть, поселимся вместе в Ричмонде. Я найду работу, и ты сможешь вернуться в школу. А потом, в будущем, когда мы уладим… Я могу посмотреть программы по логопедии.

Тея набросилась на меня, стиснув в объятиях, а затем скользнула в мои руки. Я держал ее, а пешеходы обходили нас, словно вода огибает камень.

– Звучит так прекрасно, – сказала она мне в грудь. – Это сон, и я снова проснусь в этой маленькой коробочке…

– Господи, не говори так.

Она тяжело вздохнула.

– Нет, ты прав. Мне нравится твой план.

– Да?

– Да, – сказала она.

Мы поцеловались, чтобы скрепить наш договор, но этого было недостаточно. Чувство, которому я не находил названия, заставило мою грудь расшириться. Я не мог описать это, кроме того, что, когда я смотрел в глаза Теи, или держал ее, или целовал ее, или слушал ее голос, оно становилось все больше. Глубже. Проникало в самые кости, и все же я чертовски боялся, вдруг оно рассыплется и исчезнет.

Мы прошли мимо тату-салона, и Тея замедлила шаг.

– Я всегда хотела сделать татуировку, но, как у студента-искусствоведа, у меня в голове было слишком много вариантов дизайна. Зайдем?

– Конечно.

Мы вошли в темное, прохладное помещение. Рисунки на каждой стене, музыка грохочет из звуковой системы. Парень склонился над женщиной на своем столе, выбивая рисунок на ее икре. Сзади вышел другой парень – худой, с татуировками на каждом дюйме видимой кожи. Бабочка сбоку бритой головы выглядела свежей – темнее, чем другие татуировки.

– Я могу вам помочь? – спросил он почти нежным голосом. Его глаза были тихими и спокойными, резко контрастируя с чернилами на его коже.

– Думаю, мы просто смотрим. – Тея оглянулась на меня. – Или…

– Делай что хочешь. – Я посмотрел на парня. – Ей нравится делать вид, будто я могу ее остановить.

– Ха-ха. – Тея толкнула меня локтем. – Думаю, я что-то хочу. В память об этой поездке в Нью-Йорк.

– Круто, – кивнул татуировщик. – Хотите посмотреть каталоги? Поискать идеи?

– Обязательно, – сказала она и протянула руку. – Я Тея.

– Николас.

– Приятно познакомиться, Николас. – Они пожали друг другу руки, и Тея открыла книгу с татуировками на стойке. – Как насчет тебя, Джимми? Мы могли бы сделать парные татуировки. – Она рассмеялась. – Набить имена друг друга, тем самым гарантируя, что разбежимся к концу недели.

– Конечно, – сказал я.

– Ага, точно, – пробормотала Тея над книгой.