Пять минут жизни - Эмма Скотт

Ее выбор слов меня озадачил, но, в конце концов, Тея хотела эту ночь, и я хотел дать ей это. Мы выпили одновременно. Текила гладко пошла в горло, и мне вдруг стало жарко. Танцевальная музыка звучала так громко, что я чувствовал ее пульс.

Второй шот последовал за первым, и я попытался следить, чтобы Тея не переусердствовала. Черт, мне нужно было не переусердствовать. Но она взяла стакан с водой и потянула меня за руку.

– Давай танцевать.

Я покачал головой.

– Я не танцую. Это просто не в моей ДНК.

Она надулась, затем отскочила со своими новыми друзьями. Тея самозабвенно танцевала, ее глаза горели, на коже блестел тонкий бисер пота.

Затем последовало больше напитков, и алкоголь сделал то, что обычно делает алкоголь – создал иллюзию, что все дерьмо осталось за миллион миль отсюда, а последствия еще дальше. Я потерял счет того, сколько в меня влили, пытаясь отследить Тею. Но, как и было обещано, стакан воды оказывался у нее в руке чаще, чем коктейль, и я расслабился. Огромное пространство было пульсирующей коробкой света и звука. Разговоры, танцующие тела, мигающие огни и грохот одной песни за другой.

Ночь начала распадаться на части, и время стало туманным, растягивалось и сжималось как резина. Я чувствовал, будто я под водой. Тея подплыла, точно русалка с распущенными длинными волосами.

– Эй, детка! – Она обняла меня за шею и влажно поцеловала. Явно выпила какой-то сладкий коктейль, и я не помнил, чтобы заказывал его ей.

«Может быть, тот самый, что в твоей руке».

Я посмотрел вниз. «Май Тай»? На хрен. Я не пил «Май Тай».

– Мне надо отлить, – сказал я невнятно. – Присмотришь за вещами?

– Для тебя – что угодно, – заверила она и тяжело плюхнулась на один из табуретов.

Я выскользнул из куртки – какого черта я все еще в ней? Здесь было чертовски жарко. Протолкался через кучу людей в уборную и слил мочу, в основном поразив цель. Я вымыл руки и вяло посмотрел на отражение в зеркале. Меня было двое, и мне пришлось прищуриться, чтобы сосредоточиться.

«Пора сваливать».

Каким-то образом я нашел путь назад через толпу к Тее.

– Я пьян, – заявил я.

– Я тоже, – сказала она, но ее глаза выглядели ясными. Или, может быть, это были огни.

– Пошли, – позвал я.

Тень, казалось, пересекла ее лицо, прежде чем Тея улыбнулась мне.

– Еще один танец, – крикнула она мне на ухо. – Пожалуйста, Джимми, – просила она. Умоляла. – Я не хочу, чтобы эта ночь закончилась.

– Тея… – Но она уже ушла, танцуя под песню, которую я скачал для нее в санатории, миллион лет и целую жизнь назад, – «BOOM» группы «The Ambassadors». Я усмехнулся, затем посмотрел на Тею.

Она была миражом сине-золотого цвета на танцполе, полном темных извивающихся тел. Демоны движутся вокруг нее, намереваясь проглотить ее. Я был пьян в хлам, но страх все равно нашел меня.

«Что-то не так, и ты слишком нажрался, чтобы понять это, осел».

Что случилось? Я не мог понять, мои мысли тонули в алкоголе. Я натянул куртку и пошарил по карманам, чтобы убедиться, что мой кошелек и телефон все еще там.

Кошелек, да. Телефон пропал.

– Дерьмо. – Я пьяно осмотрел бар и пол, чуть не упав с чертова табурета.

Тея вернулась.

– У меня пропал телефон, – сказал я.

– Что? – крикнула она. – Я тебя не слышу.

– Мой телефон…

Она крепко поцеловала меня. Неряшливо.

– Я хочу уйти. Быть наедине с тобой.

– Но мой телефон…

Она прижала свое тело ко мне, ее грудь выглядывала из майки. Губы коснулись моего уха.

– Мне нужно, чтобы ты трахнул меня, Джимми. Отвези меня обратно в отель и трахни.

– Отличная мысль, – пробормотал я. – Давай.

Мы с трудом вышли на улицу и залезли в такси. На заднем сиденье Тея буквально на меня накинулась. Мокрые поцелуи и жадные руки, которые поглаживали мой член через джинсы. В ушах звенело после громыхания клуба. Я пытался поцеловать ее в ответ, но мои руки все соскальзывали. У отеля я передал водителю деньги, и мы нашли в себе силы пройти мимо стойки регистрации. В лифте Тея снова потянулась ко мне, почти отчаянно. Я едва мог стоять.

«Господи, сколько я выпил?»

В нашей комнате я добрался до кровати и упал на спину. Комната кружилась.

– Ты мне нужен, Джимми, – прошептала Тея, вытянувшись рядом со мной, умоляя. – Ты мне так нужен.

– Подожди… – сказал я, поднося руку к глазам. – Мне просто нужна минутка. Черт, я так нажрался.

– Я тоже, – сказала Тея, но ее голос донесся издалека. – Я принесу тебе воды.

– Да… – промямлил я, а потом кровать погрузила меня в забвение.

Когда я снова открыл глаза, в комнате было темно. Никаких огней. Мои уши были наполнены хлопком, а тело весило тысячу фунтов. Я протянул руку и нащупал пустую кровать. Тихий звук у окна, словно плач…

«Я слишком напился. Я все еще слишком пьян».

Я провалился обратно в сон.

Когда я снова пришел в себя, солнце било мне в глаза, проникая прямо в мозг. Я лежал на кровати в том же положении, что и упал прошлой ночью. Полностью одетый, даже не снял ботинки и куртку.

Я пробормотал клятву каждого человека с похмелья.

– Чтоб я еще хоть раз так нажрался.

В комнате было тихо. Пусто. Теи нигде не было видно. Я сел – слишком быстро – и меня чуть не вырвало. Боль сжала мою голову в тисках.

– Тея?

Дверь в ванную была широко открыта, как будто хвасталась тем, что в ней нет Теи.

– Твою мать.

Сердце стукнуло о грудь, и меня вырвало. Я едва успел добрался до ванной, моя голова колотилась от напряжения, но мне нужно было протрезветь и найти Тею.

«Боже, что случилось прошлой ночью?»

Моя память воспроизвела мешанину клубных сцен: танцы Теи, крики разговоров, шум и свет и слишком много алкоголя.

«Как долго я валялся в отключке на проклятой кровати? Как долго она там, одна? Бог знает, что с ней случилось…»

От возможных вариантов затошнило снова и снова.

«Ты нарушил свое обещание. Ты обещал сохранить ее в безопасности. Это написано на ее чертовой коже, и для чего?»

– Н-н-ничего.

Мой безумный взгляд метнулся к часам: чуть больше семи. За ними стояла сложенная пополам записка с моим именем. Я схватил ее дрожащими руками и впился глазами в каждую строчку.