Фальшивая жена - Алекс Вон
— Я для тебя пустое место! Ты холоден ко мне и всегда презираешь меня на глазах у людей. Сделай же что-нибудь уже и покажи, что ты что-то ко мне испытываешь! Исполни свои обещания. Продемонстрируй же ты, наконец, себя! Я толкнула его в грудь, и он резко убрал мои руки с себя. Затем его лицо превратилось с красного на злое. Он с ненавистью оглядел меня не как свою жену или человека, а как товар на витрине. Затем он заскрежетал челюстью и резко сжал крепкой хваткой моё запястье. — Так и быть. Раз ты хочешь, чтобы я показал, что я к тебе, жёнушка, испытываю. Я тебе это сейчас и продемонстрирую. И не только тебе, дорогая. Он выволок меня на балкон, где столпились некоторые гости. Но лиц я не различала. Затем он развернул нас боком к зрителям, наклонился и прошептал. — Я никогда не любил тебя и не полюблю. Этот брак с самой первой встречи был ошибкой. Ты была ошибкой. Затем он отстранился лишь для того, чтобы...
Внимание! Аудиокнига может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних прослушивание данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в аудиокниге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту pbn.book@gmail.com для удаления материала
Читать книгу "Фальшивая жена - Алекс Вон"
— Ох, Дэниел, — я не сдержалась и всхлипнула.
По моей щеке скатилась первая слеза. Я не стала вытирать её и просто смотрела на него. Это было похоже на то, если бы он признался мне в любви. Хотя он и никогда не говорил мне этих трёх заветных слов, сейчас я чувствовала их на подсознательном уровне. Они будто повисли в воздухе. Я чувствовала это по тому, как он на меня смотрит, по тому как он приближается и нежно целует меня в глаза там, где текут слёзы.
— Я не понимал, что тогда чувствовал. Для меня это было, мягко говоря, непривычно и так необычно. И только спустя время я понял, что ты уже тогда начала проникать мне под кожу. И с каждым днём ты восхищала меня ещё больше. Кто бы мог подумать, что я буду так ослеплён женщиной. И после того как розовая дымка прошла, я начал осознавать, что натворил. Ведь я хотел всё вернуть назад в прошлое, где бы я не делал того, о чём жалел тогда. — он резко отвёл взгляд и закрыл руками лицо. Он лишил меня своих глаз и закрылся от меня. И я поняла почему, когда он продолжил свою исповедь тихим еле слышным голосом. — Тот Дэниел был эгоистичным и бессердечным человеком. Первое, что я сделал, — это то, что стал искать выход из сложившейся ситуации. Недолго думая, я решил изменить всё в свою пользу и придумал план. Он заключался в том, чтобы та, на которой меня женят, не создавала мне дополнительных хлопот, и я быстро в будущем смог от неё избавиться. И это была моя самая глупая и непростительная ошибка. Я обратился к Гелриху Олафу. Тому, кто мог помочь почти во всём, но только взамен он брал ещё больше, чем ты ему предлагал. Тогда я рассказал ему свой план, и мы сошлись на том, что в день свадьбы будут подставные люди. Меня не будут по-настоящему связывать с невестой, а лишь сделают видимость. Всё так и произошло. План пошёл по заранее обработанному сценарию. Мы расписались на бумаге, но она была не настоящая. И Лилиан Харпер официально так и не стала по-настоящему моей женой. И я был также холостой и не женат. Взамен Гелрих Олаф должен был получить некоторую долю из моего будущего наследства, в том числе и мою поддержку в поставках. Ведь отказаться от отца я не мог, а брак в нашем мире означает в прямом смысле этого слова почти навсегда. Да и к тому же если бы я отказался, я бы не только остался ни с чем, но и дорогу перекрыли бы полностью. Так что сделка меня устраивала. Я жил и ни о чём не подозревал. И только со временем, проведённым с тобой, начал задумываться о том, что хотел бы остаться с тобой. Меня всё больше стали посещать эти мысли. Я делал так, чтобы ты стала действительно моей женой и не только женой. Стала бы моей полностью и безвозвратно. Я вдруг начал ощущать что-то странное. Не только ошибку, которую совершил, но и чувство, будто всё идёт совсем не так, как я планировал. Будто вот-вот произойдёт что-то страшное. И так и случилось. Однажды, после дня, проведённого с тобой, я решил всё исправить. И пошёл снова к Олафу и решил отменить сделку и взамен дать ему столько денег, акций, поддержки, сколько он попросит. Но то, что он сказал, привело меня в недоумение. Он сказал, что заключённая сделка не подлежит возврату и изменить её уже нельзя. Так оказалось, что он использовал твою подпись совершенно к постороннему документу. — он наконец посмотрел на меня, и от его взгляда я вздрогнула.
— О чём ты говоришь? Что значит использовал мою подпись?
— На этом документе было написано то, что ты добровольно будешь передана Жозефу Олафу и согласна с тем, что там было перечислено ниже. Гелрих обещал тебя своему отпрыску как подарок. И тогда я впал в ярость, я бросился на него. Но не смог из-за большого количества охраны. Его люди просто не дали мне и метра приблизиться к этому гаду. Я понял, что совершил глупость, когда эмоции взяли верх и я показал свои чувства к тебе ему. А он, как ястреб, всё замечает и ничего не остаётся незамеченным для его глаз. Я видел, как в его глазах загорелся ненормальный оскал. Он буквально наслаждался моими эмоциями и тем, что я в них показал. То, что ты стала дорога мне и что я что-то к тебе испытываю. Его это только развеселило. Он усмехнулся, и тогда я понял, что пойдёт дальше. Так и произошло. Когда мне начали приходить сообщения о том, что готовится разразиться для тебя, тогда я понял, что не могу вот так тебя потерять и просто отпустить и знать, что они с тобой… По моим источникам уже готовился план на то, чтобы забрать тебя. И тогда я начал думать о том, как бы вывести тебя из извращённой игры, где ждала только темнота, а не конец. И тогда я понял, что всем своим существом буду защищать тебя. Даже если это будет в итоге против меня. Но я был готов пройти через всё, если бы это означало, что ты будешь в безопасности и жить дальше счастливой жизнью. Я снова пришёл к нему и сказал, что лично приведу тебя к ним. Но сначала развлекусь напоследок с тобой. И после того как убедил их, что ты для меня ничего не значишь…
— Я не понимаю… — я была в полном ступоре. — Ты говоришь о том вечере, когда…
— Да, — это единственное, что он с отвращением и болью в голосе тихо еле слышно произнёс.
— Но