Зарождение - Бьянка Скардони

заметно больше. Это не может быть Трейс: у него есть ключ, да и на работе он должен быть ещё минимум час.

Схватив кинжал с кофейного столика, я прошла по коридору в прихожую. Прислушивалась к себе: нет ли знакомого ощущения присутствия поблизости Доминика?

Но нет, ничего подобного. Я медленно подхожу к окну и выглядываю.

Да быть того не может!

Едва ли не вприпрыжку я подбежала к двери, распахнула я и бросилась обнимать свою сестру Тессу.

— О боже, Тесса! Что ты здесь делаешь? — радостно воскликнула я, чуть отстранившись, чтобы убедиться, что это действительно она, и снова сжала её в объятьях.

Она засмеялась, уткнувшись в моё плечо, но это прозвучало приглушённо, потому что я очень-очень крепко сжимала её.

— Как ты узнала, что я здесь? — спросила я и отодвинулась, чтобы она могла перевести дух.

— А ты как думаешь? Не нашла тебя в поместье Блэкберн и позвонила Габриэлю. Он сказал, что ты здесь, — объяснила она. Я схватила её за край куртки и затащила в дом. — Совет отозвал меня с охоты, — многозначительно добавила она.

Эти слова мигом отрезвили меня. Я бросила косой взгляд на дверь и развернулась к сестре.

— Как много они тебе рассказали?

— Достаточно. — Она обняла меня одной рукой за плечи и повела нас в гостиную. Похоже, она неплохо ориентируется в доме Трейса. — Почему ты не позвонила мне? — спросила она, когда мы сели на диван. В её голосе прозвучала искренняя обида из-за того, что не я посвятила её в курс дела.

— Ты знаешь почему, Тесса. — В прошлом я расстраивалась из-за отсутствия Тессы в моей жизни. Мне казалось, что все пропущенные звонки и неотвеченные сообщения говорили о её безразличии. Но проведя с ней целое лето в дороге, я всё поняла. — Ты же не просто по миру путешествуешь. Я не хотела тебя отвлекать.

— Я могу совмещать работу с заботой о тебе.

Я закатила глаза.

— Ты знаешь, о чём я.

— Спасибо за заботу, Джем, но я бы предпочла услышать это от тебя, а не от Совета.

— Понимаю. — Справедливое замечание. — Извини.

— Так почему ты живёшь у Трейса? И где Доминик? — недоумённо спросила она, поскольку последний раз, когда мы с сестрой общались, мы с Домиником не могли оторваться друг от друга.

— Я так понимаю, Габриэль тебе не сказал?

Подтянув ноги к себе, я облокотилась на спинку дивана.

— О чём?

— Некоторое время назад в Холлоу Хиллс объявилась прародительница Доминика, — сказала я и тяжко вздохнула. Я не горела желанием рассказывать эту часть истории.

— И? — подтолкнула Тесса, когда пауза затянулась.

Я сглотнула, ощутив жжение в горле. Попыталась взять себя в руки, чтобы не расплакаться на глазах у сестры.

— И она заставила его выключить эмоции. Все. До единой.

Её глаза округлились. Она знала, что это значит.

— Господи, Джемма, мне так жаль!

Я рассказала обо всём, что было после, даже о случившемся в лесу. Как бы я ни старалась стереть ту ужасную ночь из памяти, она продолжала преследовать меня. И как ни странно, я испытала облегчение, когда смогла признаться в этом сестре.

Закончив с описанием всего этого кошмара, я перешла к нашим отношениям с Трейсом: рассказала о том, как мы постепенно восстанавливаем то, что было. И, конечно, о том, как Никки открыто угрожала мне из-за Трейса. Не желая ничего скрывать, я также сообщила о своих встречах с Уильяма, о том, чего Совет и Всадники от меня хотят. Особо акцентировала внимание на том, что они понятия не имеют, что со мной будет, если я соглашусь.

Она тяжко вздохнула. Её плечи опустились.

— Как я могла столько всего пропустить? — устало спросила она. Мой монолог действительно был долгим и утомительным.

— Вот такая вот у нас жизнь в Холлоу Хиллс. Не заскучаешь.

— Да уж, — сказала она, откидываясь на спинку дивана. Её мысли утекли куда-то далеко.

— Ты же наверняка считаешь, что я должна согласиться?

— На что? — уточнила она, потеряв нить разговора.

— На посвящение меня во Всадники, или как это правильно называется.

Честно, не знаю, зачем вообще спрашиваю её мнение. Она, разумеется, встанет на их сторону. Для Тессы долг всегда превыше всего.

Они с Габриэлем — два сапога пара.

— Вообще-то нет, я так не считаю.

Я аж подпрыгнула на месте, решив, что ослышался.

— Что ты сказала?

Она молча смотрела на меня несколько мучительных секунд.

— Послушай, Джем. Я всегда готова надрать всем задницы и спасти мир, но это уже чересчур, даже для меня. Должен быть другой способ. Сначала нужно попытаться пойти другим путём. Желательно более проверенным.

— Если бы был другой путь, они бы об этом упомянули, — безрадостно ответила я. — В книгах был бы хоть один намёк.

— Ну, наверное, это не та проблема, решение которой нужно искать в книжках. Это проблема из разряда «надо пробовать всё и надеяться на лучшее». И пробовать должна я, а не ты.

Мой шок от того, что её мнение расходится с мнением Совета, быстро сменился ужасом, когда до меня дошёл смысл её слов.

— Нет, ты не будешь жертвовать собой, Тесса. Мало того, что мне вообще не нравится идея с устранением беременной девушки, кто бы ни был её в утробе. Так это ещё и сделать непросто, она слишком сильна. Всегда была, а теперь ещё у неё есть магия ребёнка и орда демонов, готовых её защищать. Ты даже на милю к ней приблизиться не сможешь. Это самоубийство.

— Лучше я, чем ты, — ответила Тесса, не колеблясь ни секунды, как будто всё уже для себя решила. — У меня больше опыта. К тому же я твоя старшая сестра. Я не позволю им жертвовать тобой.

— Поэтому я должна позволить тебе жертвовать собой? — Я пронзила её взглядом. — Ни за что.

— Ты всегда была такой упрямой?

— Почти.

Она улыбнулась, но эта улыбка не коснулась её пепельно-серых глаз.

— Есть кое-что, что я хотела тебе рассказать. — Её тон резко перестал быть шутливым.

Я вопросительно приподняла бровь.

— Не знаю, говорила ли я, но последние несколько недель я пыталась отыскать маму, — начала она, внимательно наблюдая за моей реакцией. — Короче, я нашла её.

Я моргнула. От одного упоминания нашей матери сердце покрылось коркой льда.

— И?

— И мы с ней встретились.

— Зачем ты мне об этом говоришь?

— Она хочет снова тебя увидеть, Джем, — сказала она, наконец, переходя к делу. — И я думаю, тебе нужно согласиться.

— Зачем? — ледяным тоном спросила я. Прошло несколько месяцев с тех пор, как Совет пробудил её от вечного сна,