Избранница Ледяного принца - Lita Wolf

— А где именно он располагался, ты случайно не знаешь?

— Кажется, где-то в районе пещеры, в которой мы ночевали в первый раз. Возможно, даже в ней самой. Уж не собрался ли ты тоже попытаться его распечатать? — не без сарказма поинтересовался он.

— Хм, — задумчиво улыбнулся Одерли. — До этого момента, честно говоря, и в мыслях не было. Но вообще, если запечатан портал был с помощью именно огненной магии — наверное, у огневика всё же побольше шансов, нежели у зимников? — он хитро посмотрел на друга.

— То есть искать дорогу в Малварию ты уже передумал? — язвительно осведомился тот.

— Конечно же, не передумал, — возразил брюнет. — Насчёт портала это я так, на будущее. С ним ведь не горит. А вот в Малварию как бы нам вовсе не опоздать, — он резко помрачнел. — Вдруг ледяной гад уже заморозил Мэйси насмерть?

— Вряд ли принц похищал её для этого.

— Проблема в том, мы понятия не имеем, зачем она ему понадобилась! — досадливо воскликнул огневик. — Что вообще за бред — «растопить его ледяное сердце»?! Как можно жить с куском льда в груди?! Это противоречит всем законам природы! Сердце обязано перекачивать кровь в организме — разве это способна делать ледышка?! Так что он либо должен быть каким-то ходячим зомби — чего по нему, честно говоря, никак не скажешь. Выглядел не мертвее нас с тобой! — Одерли окончательно разгорячился. И чем больше прокручивал в голове аспекты, тем страннее ему казалась вся эта история. — Либо… А вот нет у меня никаких реалистичных «либо», — развёл он руками.

— Да уж, в арсенале у нас только это туманное пророчество, — вздохнул Энрил. — Которое, к сожалению, никак не объясняет возможности существования ледяного сердца.

— Значит, возвращаемся к варианту с зомби? — почти с ужасом повторил огневик собственную версию.

Однако зимник покачал головой:

— Ты же сам признаёшь, что на ходячего мертвеца принц не похож. Да и зачем бы мертвецу могла понадобиться живая девушка? Ну не съесть же, — усмехнулся блондин.

А Одер невольно содрогнулся.

— Спасибо, добавил оптимизма, — пробурчал он.

— Перестань. Еду вовсе не обязательно было тащить через пол-Артана.

— Может, он её по частям жрёт, — окончательно углубился в самую чёрную версию огневик.

— Только в нашей пещере Мэйси однозначно ночевала живая и невредимая, — возразил Энрил.

— Ты это точно знаешь? — всё же переспросил Одерли.

— Уж поверь.

— Ладно. А вдруг этот зомбак похитил её для какого-то кровавого ритуала — в результате которого должен таки ожить сам? — продолжил он выискивать наихудшие варианты.

— Тебе что-то известно о таких ритуалах? — иронично вскинул бровь зимник.

— Нет, естественно. Только я и о реальных ходячих мертвецах никогда не слышал.

— Однако сам же выдвинул данную версию и упорно её муссируешь.

— У тебя есть идеи получше? — ехидно вопросил огневик.

— Да, — улыбнулся блондин. — Возможно, пророчество вообще носит аллегорический характер. Растопить сердце — значит, научить его любить.

— Что?! — буквально взвился брюнет. Даже на ноги вскочил. — И это ты называешь ЛУЧШЕ?!

— То есть ты бы предпочёл, чтобы Мэйси съели или принесли в жертву в каком-то жутком ритуале? — саркастически вопросил Энрил.

— Нет, конечно, — опомнился Одерли, замотав головой. — Только и твой вариант никак нельзя назвать утешительным. Если она влюбится в проклятого Ледышку — это же конец всем нашим надеждам! Неужели сам не понимаешь?! Нас и так трое — четвёртого, более удачливого соперника уже ни одному из нас не превзойти в её глазах!

— Понимаю, конечно, — тоскливо вздохнул зимник.

— Пока мы сидим в этих демоновых горах — этот гад же вовсю окручивает там Мэйси! — прорычал огневик, стискивая кулаки.

31-2

— Остаётся надеяться, что Мэйси оценит наше стремление вызволить её из плена, — произнёс Энрил.

— Да демона с два! С три! С сотню! — вскричал Одер. — Влюблённая женщина не замечает уже ничего и никого вокруг!

— Вообще-то в пророчестве, если я его верно интерпретирую, говорится о том, чтобы принц влюбился в свою избранницу, — напомнил блондин. — О её влюблённости там нет ни слова.

— Полагаешь, безответная любовь способна растопить сердце?! — ехидно возразил брюнет.

— А ты полагаешь, можно влюбиться в похитителя?! — парировал зимник.

— Понятия не имею, — признался огневик. — Лично я бы никогда не влюбился! Но женщины так непоследовательны…

— Ну, что ты бы не влюбился в похитителя — нисколько не сомневаюсь, — засмеялся Энрил. — Мужчины тебя вроде бы никогда не интересовали. А вот насчёт непоследовательности не соглашусь, — добавил уже серьёзно. — Уверен, это не про Мэйсвил — она с головой как раз дружит. Ладно, двинули, что ли, дальше. Хотелось бы сегодня всё-таки разобраться с этой пещерой.

— Да, идём, — с готовностью согласился Одерли.

— А завтра нужно будет съездить в посёлок — пополнить запасы провизии.

— Ну вот, ещё день потеряем, — расстроился он.

— В принципе, сгонять за едой мне нетрудно и в одиночку — сказал зимник. — Только  толку-то — отправить на поиски прохода тебя одного я никак не могу.

— Может, тогда я съезжу в посёлок, а ты продолжишь поиски? — предложил огневик.

Но Энрил помотал головой:

— Нет. Тебе ехать в одиночестве так далеко тоже опасно.

— А если с волками? — не унимался тот. Бездарно терять целый день для него было как нож острый.

— Одер, я сказал — нет, — отрезал блондин. — И как вообще ты собрался впереться с волками в посёлок?!

— Прикрою их невидимостью. Или отводом глаз. Либо вовсе оставлю вдалеке.

— А где гарантия, что они тебя послушаются?! То, что волки не кидаются на тебя и позволяют себя почёсывать, ещё вовсе не означает, будто признают в тебе вожака.

— Ладно, — вздохнул брюнет. — Я понял. Милые, как собаки, они с нами лишь благодаря твоему присутствию.

— Нет, пытаться вами закусить волки действительно не станут и без меня, — ободряюще улыбнулся ему друг. — Иначе разве я оставил бы их с Крэйдиром? Привыкнуть они к вам уже привыкли. Но послушание — это другое. А повелеть им слушаться тебя не в состоянии даже я.

— Кстати, почему ты уверен, что нам вообще необходимо пополнять запасы продуктов? — поинтересовался Одерли. — Вдруг мы с минуты на минуту выйдем из пещеры наружу? Ведь уже сколько часов тут кружим!

— Во-первых, с