Корни тьмы - Деми Винтерс

class="p">Конал бросил на нее взгляд, способный сокрушить камень, но Гекла не отступила.

— Я уже не раз тебе говорил, — процедил сквозь зубы Лофтур, — на ферме Хагенссонов провели обряд очищения. Ее нельзя тревожить целый год, чтобы мертвые обрели покой.

Лофтур уже объяснял ей, что поначалу в исчезновении Хагенссонов винили бродячих разбойников, потому и провели обряд. Когда же поняли истинный масштаб беды и отправили весть королю Ивару, Лофтуру приказали оставить фермы для королевских следователей.

Но Геклу не покидало ощущение, что на той первой ферме есть что-то такое, чего Лофтур не хочет ей показывать.

— Как я и говорил, — продолжил Эйвинд с ноткой раздражения, лишь на мгновение задержав взгляд на Гекле, — сегодня мы осмотрим место второго нападения. Ферму Бракссонов.

— Возможно, пока будем там, — произнесла Гекла, стараясь дышать ровно, — мы могли бы хотя бы проверить внутреннюю границу Западных лесов.

Конал скрестил мощные руки на груди, и Гекла почувствовала, как пальцы сами собой сжимаются в кулаки. Боги, она знала этого человека от силы пару минут, а уже хотела его придушить.

— Сегодня, — произнес Эйвинд тошнотворно дипломатичным тоном, — мы осмотрим поля. И ничего больше. — Его предостерегающий взгляд упал на Геклу. — В лес мы не пойдем.

Она смотрела на наследника дома Хаконов, пытаясь понять его мотивы. Почему эти мужчины отметают каждое ее предложение? Почему не верят ее словам и труду, который она вложила в это дело? Гекле уже казалось, что она сходит с ума. Неужели ее идеи и правда настолько безрассудны?

— Нам нужно идти вглубь, — предприняла она последнюю попытку. — Мы уже обыскали поля и ни на шаг не приблизились к разгадке тайны тумана. Время для осторожности прошло. Пора действовать смелее.

— Как я уже сказал, это не обсуждается, — отрезал Лофтур Недалекий.

Эйвинд примиряюще поднял руку.

— Лофтур объяснил мне суть своих затруднений, и, думаю, можно найти компромисс…

Ее терпение лопнуло.

— В чем же твои затруднения, Всеведущий? — в голосе Геклы ясно слышалось, насколько неподходящим она считает это прозвище. — В том, чтобы выхлебать как можно больше эля, пока твои люди гибнут?

Лофтур недовольно крякнул. Стоявший рядом Эйвинд недоверчиво хохотнул, но тут же взял себя в руки под гневным взглядом Геклы. Она пыталась найти хоть одну достойную черту в этом подлизе. Где тот мужчина, перед которым она открылась прошлой ночью?

Словно уловив ее мысли, Эйвинд напряг челюсть, и в его спокойствии впервые появилась трещина.

— Не знаю, как вел дела Взор Секиры, — произнес он жестко, — но я предпочитаю собрать все сведения, прежде чем бросаться навстречу опасности.

Гекла едва сдерживала желание закричать от ярости, и это чувство только усилилось, когда Лофтур и Эйвинд обменялись понимающими взглядами.

— То, чем сейчас поделится Лофтур, — сказал Эйвинд, — должно остаться строго между нами. Если я узнаю, что весть покинула этот зал, клянусь, я выслежу виновных и вырву им языки.

Лофтур поднялся и подтянул пояс.

— У нас в Истре давние и сложные отношения с Западными лесами, — начал он. — Нас когда-то называли Хранителями. Стражами леса. Мы чтили богов и малых духов. Но семнадцать лет назад все изменилось.

Взгляд Лофтура стал отстраненным, и невысказанное прозвучало громче слов: семнадцать лет назад сюда вторглись урканцы и запретили поклонение старым богам Исельдура. Гекла прищурилась, гадая, какую чепуху этот остолоп выдаст на этот раз.

— На протяжении семнадцати лет мы отвергали своих богов, — продолжал Лофтур. — Отказались от обрядов и старых путей. Наша связь с этой землей ослабла. И постепенно боги тоже отвернулись от нас. Зимы стали длиннее. Леса одичали. Появились неестественные твари. А теперь еще и туман. — Лофтур погладил длинную бороду. — Суннвальд явился мне во сне.

Ну началось, — подумала Гекла, подавляя желание закатить глаза.

— Бог Солнца поведал мне, что туман — это знак разлада. Чтобы вернуть равновесие, мы должны вернуть утраченную веру. Потому по воле Суннвальда мы возродим недельный праздник Зимних Ночей, который завершится великим пиром в ночь двойной черной луны. Когда Суннвальд вернется в полную силу, он прогонит туман и исцелит и народ, и земли.

Гекла огляделась, ожидая смеха или хотя бы насмешек, но ее встретила тишина. Она обменялась недоуменным взглядом с Сигрун.

Неужели они верят в этот бред? — спросила Гекла знаками. Сигрун удивленно покачала головой. Но Эйвинд Хаконссон широко улыбнулся Лофтуру.

— Я не вижу изъянов в этом плане, Лофтур, — произнес он весело. Его взгляд быстро нашел Геклу, и стало ясно, что следующие слова предназначались именно ей. — Важно уважать желания Лофтура, пока мы находимся в Истре. Он старый друг моего отца и происходит из древнего рода ярлов.

Гекла захлопнула рот прежде, чем наружу вырвались все мысли, кипевшие у нее в голове. Она смотрела на Эйвинда, стараясь скрыть разочарование. Теперь все становилось ясно. Отец Эйвинда был другом Лофтура. Он приехал сюда не ради жителей Истре по просьбе Рея. Он приехал по приказу отца, чтобы поддержать Лофтура.

Эйвинд окинул взглядом своих людей.

— Сегодня начинается наше новое партнерство. Отряд «Кровавая Секира» объединяет силы с домом Хаконов. — Он кивнул Лофтуру. — Вместе мы одолеем туман и вернем мир в Истре.

Гекле стоило неимоверных усилий не вылететь из зала. Этот человек проигнорировал каждое ее слово и дал обещания, которые не сможет выполнить.

Ты морщишь нос, — показала знаками Сигрун, и Гекла попыталась расслабить лицо.

— Давайте разделим дневную трапезу, — продолжил Эйвинд, указывая на длинный стол.

Гекла подавила едва не вырвавшуюся колкость, когда Гуннар подтолкнул ее локтем.

— Что случилось с твоим желанием произвести хорошее первое впечатление?

Она сердито уставилась на стол. Хорошее впечатление, ничего не скажешь. Их новый лидер просто пес на отцовской привязи. Он только что заткнул ее перед полным залом воинов. Никакой он ей не союзник. Следовало бы сейчас же уйти из медового зала и немедленно отправить послание Взору Секиры.

Но когда Халльдора закружилась по залу со свежим котлом роа, Гекла вспомнила, что жители Истре ни в чем не виноваты. Кто-то должен их защитить.

Она глубоко вздохнула и собралась с мыслями. Гекла не знала, где сейчас находится Взор Секиры, а ее уход только оставил бы Истре в руках этих бездарей. Нет. Если она хочет помочь людям, ей придется играть по правилам этих мужчин и позволить им думать, что они побеждают.

ГЛАВА 4

Гекла постукивала металлическими пальцами по столу медового зала, ожидая, пока воины дома Хаконов поднимутся со скамей и направятся на задний двор. Ее так и тянуло уйти следом и присоединиться к их утренней тренировке, но Эйвинд попросил ее остаться. Судя по