Создатель злодейки. Том 2 - Sol Leesu

и даже «крушить». И все потому, что в моем присутствии монстры становились абсолютно беспомощными, и картина действительно напоминала бойню.

Иногда они в шутку называли меня «серийным убийцей монстров».

Но это уже чересчур, правда?

– Куда идем?

– На этот раз собираемся зайти подальше, миледи. Возможно, придется день-другой ночевать в лесу.

– Не пойдет.

Эм?

Я не успела даже рта открыть, как Киллиан холодно, словно полоснув лезвием, отказал им. Я уставилась на него.

Он стоял, ослепительно улыбаясь. Я уже отлично научилась различать все виды его улыбок: «по-настоящему радуюсь», «вежливо притворяюсь» и «сейчас всем вам голову оторву».

На этот раз он демонстрировал последний вариант.

«Он реально злится…»

Даже когда Киллиан играючи загонял кого-то в угол своей демонической аурой, он выглядел менее опасным.

Я повернулась к рыцарям и повторила слова Киллиана:

– Не пойдет.

Тогда он одобрительно потрепал меня по голове, будто я сделала что-то очень правильное. Обычно он лишь подсказывал путь или метод, но никогда не вмешивался в мои решения. То, что он сделал сейчас, было плохим знаком. Лучше с ним не спорить.

«Действительно… всякий раз, когда я ходила на зачистку, он выглядел недовольным».

Киллиан молча поддерживал меня первые несколько раз, но по мере того как охота учащалась, он, казалось, становился все более недовольным и иногда бросал на рыцарей взгляд, который говорил, что он считает их совершенно ненадежными.

Наше поведение ввело рыцарей в ступор. Дворецкий, смело перебивающий госпожу, которой он служит? Да еще и небрежно треплющий ей волосы, как ребенку? Интересно, о чем они думали в этот момент.

– Разве вы не личный слуга миледи? – последовал подозрительный вопрос.

– Я ее личный дворецкий и наставник. И отвечаю за распорядок дня и за все занятия госпожи.

– П-понятно…

Ну, это все решило. Больше нечего сказать.

Однако рыцари, казалось, были убеждены, что исключить меня из экспедиционного отряда немыслимо.

Они замялись, переглядываясь, а затем один из них все-таки решился:

– Но ведь игнорировать волю миледи недопустимо! Какой бы вы ни были слуга, окончательное решение должна принимать она!

– И в каком месте вы увидели, что я не уважаю ее волю?

– Вы ответили за нее!

– Но вы, несомненно, уже услышали ответ из уст самой госпожи.

– И это вы называете уважением? Больше похоже на угрозу…

«Ого…»

Я внутренне восхитилась и посмотрела на произнесшего это Браума совсем другим взглядом. Осмелиться возражать Киллиану в лицо, да еще когда тот максимально раздражен. Надо же… не так он прост, этот мальчишка…

Но, знаешь ли, Браум…

«Ты ведь только что подписал себе смертный приговор».

Я увидела, как Киллиан молча подносит руку к губам, зубами прихватывает край перчатки и медленно стягивает ее.

Это выглядело настолько… опасно привлекательно, что у меня нос зачесался… но на деле означало лишь одно: Брауму конец.

– Думаете, вы меня напугаете? Я лишь сказал то, что хотел. У вас нет права навязывать свое мнение миледи.

Ох, Браум. Зачем ты это делаешь? Тебе жить надоело? Теперь стало ясно: это не смелость, а глупая удаль щенка, который не знает, на кого порыкивает.

Когда он расписывал мои подвиги на пиру, уже тогда можно было понять, что он чуть ли не почитает меня как спасительницу. С его точки зрения, Киллиан, должно быть, пытался распоряжаться мной как вздумается, вот Браум и бросился защищать меня, не подумав о последствиях.

Мне даже послышался щенячий лай.

– А что насчет вас? – Киллиан встретился с ним взглядом и мягко улыбнулся. – Ваше стремление использовать мою госпожу для меня недопустимо. Кто кого тут имеет право упрекать?

– И-исполь… зовать?!

– Я неправ? Стоило оставить госпожу ради тренировки – и что? Вместо помощи вы норовите сесть ей на шею, повиснуть, поныть, повизжать… Да от охотничьей собаки больше толку.

Стойте. Если вдуматься, выходит, он сам использует рыцарей для моей тренировки? Но Браум, ошарашенный его словами, не уловил подспудного смысла и фыркнул:

– Но ведь миледи сама изъявила желание участвовать в зачистках, поэтому-то вы и остались в Казене! Это не использование, а взаимная помощь!

– Но и не повод для вас отираться возле нее. Мое присутствие куда полезнее. Не заставляйте миледи тратить время на то, что ничему ее не учит. Ее время, в отличие от вашего, золото.

Ну, до такой степени заботиться о моем свободном времени вовсе не обязательно… Я ведь сама хотела тренироваться, пока не появится Шарлотта.

Браум явно хотел возразить, но не находил слов. Его лицо то багровело, то становилось бледным как полотно.

«Почему он вообще разозлился?»

Я уставилась на Киллиана.

Отчего он просто не использовал свои способности? Обычно, чтобы не тратить нервы, он подавлял людей еще до того, как начинался разговор, и простым движением пальцев обрушивал на них несчастья.

Да, рыцари действительно кое в чем полагались на меня, но я вовсе не чувствовала себя использованной. Они никогда не просили ничего лишнего, не давили и не требовали.

«Может, Киллиан решил, что раз пользы с них кот наплакал, то стоит их выкинуть? Или польза была, но, высосав все соки, он решил, что можно их выплюнуть?»

На самом деле Киллиан с первого дня советовал мне оценивать людей с точки зрения полезности. Для него это норма.

И я впервые увидела, что в будущем он поступит точно так же со мной: однажды посчитает бесполезной и избавится.

Внезапно мне сделалось тоскливо. Прикусив губу, я шагнула между ними и сказала:

– Я пойду. На зачистку.

Реакции двух мужчин разительно отличались. Лицо Браума расцвело, будто ему подарили весь мир, а Киллиан резко нахмурил брови и тяжело выдохнул, тихо пробормотав в мою сторону:

– Надо было ликвидировать ядро с самого начала.

Я не поняла, что он имеет в виду. Не будь ядра, монстры исчезли бы, Шарлотту никто бы не атаковал и ничего бы не случилось.

Но ясно одно: одна лишь мысль о том, что я отправлюсь с рыцарями на зачистку, привела его в бешенство.

* * *

– Миледи! Вам стоит подойти сюда!

Какой удачный день для похода.

Снаряженные всем необходимым, мы отправились на вылазку, когда я наконец услышала долгожданную новость: нашли людей, похожих на императорских рыцарей. Несомненно, тех самых, которые сопровождали Шарлотту и Леннокса. Говорили, что люди были одеты в золотые доспехи с имперским гербом, поэтому сомнений не оставалось.

Первым нашел их один из наших рыцарей и с очень тяжелым видом сообщил:

– Их состояние… ужасно.

А? Почему?

Мы с Киллианом двинулись следом за ним, удивленные его печальным тоном.

«Ох!»

Однако по прибытии перед нами предстала следующая