Слово Вирявы - Анна Бауэр

привычный хаос, но ни на мониторе, ни на клавиатуре не было ни пылинки. Сзади, на пробковой доске с вырезками и записками, красовался портрет Руслана. Варя подошла ближе и с внутренним удивлением стала его рассматривать. И чем он ее взял? Почему понравился? Зачем повесила его на всеобщее обозрение? Какая пошлость и глупость…

– Недавно это фото упало. Я его обратно прикрепила, – отчиталась Людмила.

– Спасибо, но не стоило. Я сама его сорвала. – Варя вспомнила, как сдернула снимок, даже не потрудившись вытащить кнопку. От места прокола до самого края протянулся рваный зигзаг. Это было в тот день, когда Руслан позвонил ей, чтобы предложить «немного пожить порознь».

– Ты это… не из-за него случаем? – понизив голос, спросила Людмила.

– Не-е-ет, что вы! Он такого точно не заслуживает.

– Никто не заслуживает. Никто, – одобрительно закивала Людмила.

Куйгорож сцапал фотографию и пробил в ней клювом дырки вместо глаз.

– Это уже чересчур, – одернула его Варя, но совозмей с размаху ударил еще два раза. Теперь на лице Руслана появились две дополнительные дырки – вместо носа и вместо рта.

– Ак! – изрек он на птичьем, что, видимо, должно было означать что-то типа «так ему».

Людмила прикрыла ладонью рот и прыснула.

– Ох, хорошо, что вы тут появились! Ну, для вас это горе, я понимаю. Извини, что опять ляпнула. Просто мне так одиноко. А с вами сразу даже как-то светлее стало. – Ее глаза снова увлажнились.

Варя погладила Людмилу по руке.

– Вы тут совсем одна?

– Да нет. Главный тоже тут. Ну и к нему ходят иногда всякие.

– Главный редактор? Львовский? А он-то когда успел?..

– Да не-е-ет, который до него был. Скалкин. Ты его, наверное, и не застала.

Варя вспомнила блеклую фотографию с черной лентой наискосок на доске почета.

– Не застала.

– Тогда пойдем знакомиться?

– Да-да, конечно, сейчас… Можно только еще один вопрос? Это все, – она широким жестом обвела оргтехнику, – работает?

– Разумеется, – как-то обиженно ответила Людмила. – А ты включи свой компьютер-то, включи!

Варя нажала на кнопку, и через несколько секунд на экране появилась знакомая заставка.

– Интернет тоже есть?

– Есть, но… с ограничениями. Как и телефон.

– С какими ограничениями?

– Звонить или писать живым отсюда нельзя. Можешь ради интереса попробовать. – Людмила указала на стационарный телефон-трубку.

Варя ненадолго задумалась, а затем быстро набрала домашний номер родителей. Раздался гудок, потом щелчок, и голос робота произнес: «Этот абонент пока недоступен».

Варя медленно отложила пикающую трубку.

– А если я позвоню умершему человеку?

– Тут все как обычно: если захочет – ответит. Может не услышать.

– А мобильные телефоны тут есть? Или только стационарные?

– Есть и мобильные, а как же? Но если номер передали живому человеку, то не будет работать.

– А как тогда?..

– Пойдем сначала к Скалкину. Он тебя оформит.

– Зачем? Что значит «оформит»?

– Ну… так положено. Поставит ваши вайме на учет.

Варя посмотрела на Куйгорожа, пытаясь скрыть панику.

– А это долго?

– Да нет. Но Скалкин любит поговорить. Часа два продержит. Делает вид, что проводит собеседование, – хмыкнула Людмила. – Меня даже спрашивал, читала ли я «Войну и мир».

– А если бы не читали, то что?

– Я и не читала! – Она искренне рассмеялась. – Все равно б оформил. Куда ему деваться-то?

Варя приподняла уголки рта, хотя ей было не до смеха. Какие два часа болтовни, если у них с Куйгорожем примерно столько местного времени и оставалось в запасе! Она постаралась незаметно посмотреть на часики Люкшавы.

– Людмила… а нельзя ли мне сделать несколько звонков? Рабочих, разумеется.

Людмила поджала губы.

– Надо бы оформиться. Все звонки сначала шеф одобрить должен. Ну и примерное время переселения побыстрее вписать надо. За неучтенные вайме тут могут поругать. Или даже наказать.

– Кто? Кого тут бояться?

Уборщица огляделась, подошла ближе и шепнула:

– Масторпаз – строгий хозяин. Порядок любит.

Куйгорож фыркнул и перелетел на подоконник к горшку с фиалками. Покрутил головкой, почесался и начал методично обдирать лепестки.

– Эт-то что такое? Ну-ка брысь от моих цветов! – прикрикнула Людмила и бросилась к окну.

Куйгорож вспорхнул и вмиг оказался на соседнем подоконнике, потянул лапкой за лист фикуса и свалил горшок на пол.

– Ах ты гадина такая! Вот я тебя! – У Людмилы даже ноздри раздулись.

Совозмей обхватил хвостом кашпо с лилией и, тяжело хлопая крыльями, вылетел вместе с ношей в коридор.

Уборщица, охая и матерясь, побежала за ним.

– Что бы я без тебя делала… – тихо произнесла Варя.

Она быстро ввела пароль и разблокировала компьютер. Два клика мышкой – и поисковик зажелтел привычным интерфейсом. Удивительно, но даже последние новости тоже были тут как тут. Мертвые оставались в курсе всех дел Среднего мира, только никак не могли в них вмешиваться. Интересно, а соцсети у покойников есть? Какой-нибудь Тоначиграм? Варя поругала себя за дурацкие мысли и попыталась сосредоточиться на своей задаче. Надо было найти что-то вроде телефонного справочника. Недаром же здесь ставили «на учет».

Адреса дома лесника, где можно было бы застать Тату, Варя не помнила, но быстро вычислила по карте. Однако онлайн-справочник, обещавший выдать контакты при вводе адреса, оказался пустышкой. Телефоны справочных служб нашлись только из реального, то есть живого, мира, и вместо ответа оператора проигрывалась одна и та же запись про абонента, который «пока недоступен». Кому надо умереть в справочной, чтобы телефон заработал?

Варя застыла, пронзенная догадкой. Раз имеется интернет, значит, в Тоначи есть и свои айтишники. Разумеется, почившие. А раз есть айтишники, то кто-то из них наверняка уже запустил местную соцсеть. Недолго думая, она ввела в строку поиска: «Тоначиграм».

Бинго! Tonachigram.mrd с мордовской звездочкой на иконке выскочил самой первой строкой. Чтобы начать поиск и общение, сеть просила зарегистрироваться. Имя, фамилия, дата рождения, дата смерти… Варю передернуло. Нет уж. Только фейковый аккаунт. А то так и накаркать недолго. Словно в подтверждение, из коридора раздались гортанный крик Куйгорожа и ругань уборщицы. Если они продолжат в таком же духе, шеф скоро сам придет с ней знакомиться.

Варя вписала первый пришедший в голову ник – Березонька Белая; наобум заполнила обязательные поля и приступила к поиску Татьяны Стратовой, благо интерфейс оказался предельно понятным. Она мысленно поблагодарила местных разработчиков. Вот уж у кого годы опыта… Пользователей с такими именем и фамилией за последние сто лет было на удивление немного, однако ни один профиль не казался подходящим. Варя откинулась на спинку кресла. Кто вообще сказал, что жена Трофимыча есть в соцсети? Может, она и компьютером не умеет пользоваться? С другой стороны, если хочешь, чтобы тебя побыстрее нашли родственники и друзья, присоединившиеся к небытию, разве не сделаешь все для этого? Варя вот специально скрывается. А Тата должна была… Тата! Конечно! Близкие звали ее именно так – ласково и нежно.

Тата Стратова.

Новый поиск выдал один-единственный аккаунт.

– Что здесь происходит? – Из коридора донесся мужской голос с капризными нотками.

Варя открыла профиль Таты. Статус гласил: «Пишите скорее сюда, как найдете меня. Я на связи».

– Че за птица? Откуда? – возмутился тот же голос снаружи.

«Тата, я пишу вам…» – Варя поморщилась. Но дописала: «…по просьбе вашего мужа. Срочно свяжитесь со мной».

Когда она вернется в мир живых, то обязательно придумает, как мотивировать людей выходить на связь, не манипулируя их слабостями. Но это – когда вернется…

– И где же эта Варя? – громыхнуло совсем рядом с дверью.

Она успела отправить номер своего рабочего телефона, прежде чем в кабинет быстрой, но мягкой поступью зашел подтянутый молодой мужчина в полурасстегнутой белой рубашке и мешковатых брюках. Варя не сразу сообразила, что это и