Суть дела - Эмили Гиффин

— Да, — соглашается Эйприл. — Я бы сразу его бросила.

МК и Роми соглашаются с ней, а затем все они смотрят на меня, дожидаясь моего вклада в обсуждение данного вопроса, не оставляя мне выбора, кроме полного с ними согласия. Что и есть на самом деле. Во всяком случае, мне так кажется.

— Вам труднее было бы простить мужу проститутку или роман? — как будто читая мои мысли, спрашивает Эйприл.

МК фыркает.

— Сгореть заживо или утонуть? — затем поворачивается к Роми: — Прости, дорогая. Неудачно подобрала слова. Черт. Всегда я что-нибудь ляпну...

Роми уныло качает головой и похлопывает МК по руке.

— Ничего, дорогая. Я знаю, что ты имела в виду. — затем она теребит свое бриллиантовое кольцо, дважды поворачивает его на пальце и говорит: — Я бы никогда не простила Дэвида, если бы он переспал с проституткой. Это настолько отвратительно. Я бы не смогла простить ничего столь подлого. Пусть уж лучше он в кого-нибудь влюбится.

— Правда? — удивляется МК. — Мне кажется, я бы смогла пережить что-то физическое... ну, не проститутку, конечно, но чисто физическое, разовое приключение... Но если Рик действительно кого-то полюбит... это совсем другая история.

Эйприл как будто задумывается, а потом спрашивает меня:

— А что больше тревожит тебя, Тесса? Классный секс или любовь?

Я секунду раздумываю, потом говорю:

— Это зависит...

— От чего? — интересуется Роми.

— От того, не занимается ли он классным сексом с девушкой, которую любит.

Они смеются, а я думаю о присланном Нику сообщении, меня даже подташнивает, и я надеюсь, что мне никогда не придется выяснять, как же именно я поступлю в любом из приведенных случаев.

У Чарли Андерсона багровое лицо пришельца.

Вэлери знает, что эти слова навсегда отпечатаются в его сознании, станут частью его неизгладимой жизненной истории вместе с Саммер Тернер, девочкой, которая убедила его снять маску и показать ей шрамы, а потом сделала это жестокое заявление, вызвавшее смех троих детей, и среди них — Грейсона.

Это случилось в пятницу, на первой неделе возвращения Чарли в школу, как раз в тот момент, когда Вэлери наконец-то настроилась оптимистически. Не совсем, конечно, но уже считала себя вне опасной зоны. Она только что успешно оспорила предложение об упрощенном делопроизводстве в присутствии судьи, общеизвестного своими женоненавистническими взглядами, и покидала здание суда с обновленным чувством уверенности в себе, которое приходит с успехом, с ощущением своей способности к чему-либо. Жизнь возвращается в нормальное русло, подумала она, доставая из сумки ключи и проверяя сотовый, и увидела четыре пропущенных звонка: два Ника и два из школы. Она выключила телефон всего час, таковы правила в суде, и хотя представляла, что всякое может случиться за столько короткий промежуток времени, но не думала, что это действительно произойдет. Рисуя в своем воображении новый несчастный случаи и зная, что от Ника она быстрее добьется ответа, чем от армии школьных секретарей, Вэлери не помня себя села за руль и набрала номер Ника, приготовившись к его медицинскому отчету.

— Привет, — ответил Ник таким тоном, который подтвердил Вэлери: звонки были связаны с Чарли и действительно кое-что произошло, но не такое страшное, как она боялась. Паника слегка улеглась, и Вэлери спросила:

— С Чарли все в порядке?

— Да. С ним все хорошо.

— Он не поранился?

— Нет... не физически... Но тут произошел один инцидент, — спокойно произнес Ник. — Из школы звонили сначала тебе...

— Знаю. Я была в суде, — сказала Вэлери, чувствуя огромную вину за отключение телефона, а больше всего за то, что позволила себе полностью сосредоточиться на работе, пусть даже ненадолго.

— Ты выиграла? — спросил Ник.

— Да.

— Поздравляю.

— Ник. Какой инцидент?

— Инцидент... на игровой площадке.

У Вэлери упало сердце, когда он продолжил:

— Одна девочка его обозвала. Несколько детей засмеялись. Чарли разозлился и столкнул ее с перекладины. Девочка немножко поцарапалась. Они оба здесь, в кабинете директора.

— А ты где?

— С Чарли. Я только на минутку вышел из кабинета позвонить тебе... Когда твой секретарь сказала директору, что ты в суде, Чарли дал им мой номер. Он был очень расстроен... из-за обидных слов, из-за этой неприятности в целом.

— Он плачет? — спросила она, сердце ее разрывалось

—Уже нет... Он успокоился... С ним все будет хорошо,

— Прости, пожалуйста... — проговорила Вэлери, немного удивленная поведением Чарли, который позвонил Нику, а не Джейсону или ее матери. — Я знаю, как ты занят...

— Пожалуйста, не извиняйся. Я рад, что он мне позвонил... и я смог приехать.

— Я тоже, — сказала Вэлери, нажимая на педаль газа со смутным ощущением, что однажды уже это случалось.

Я приеду как можно скорее.

— Не спеши. Будь осторожна. Я побуду здесь.

— Спасибо, — произнесла Вэлери. Она уже хотела дать отбой, но собралась с мужеством и поинтересовалась, что сказала Чарли та девочка.

— Что? — переспросил Ник, явно увиливая, изо всех сил стараясь уклониться от ответа.

— Та девочка. Как она назвала Чарли?

— О... это... Да глупости... Не важно.

— Скажи мне, — попросила Вэлери, собираясь с духом.

Поколебавшись, он ответил, так тихо и невнятно, что Вэлери засомневалась, правильно ли его поняла. Но она поняла правильно. Она покачала головой, кипя, почти пугаясь собственной злобы по отношению к шестилетнему ребенку.

— Вэл? — От нежности его голоса на глазах у Вэлери выступили слезы.

— Что?

— Это только закалит его, — сказал Ник.

Через несколько минут школьный администратор вводит Вэлери в кабинет директора, внушительную комнату, украшенную восточными коврами, обставленную старинной мебелью, с большой бронзовой лошадью. Первой Вэлери видит Саммер, примостившуюся на краешке кожаного кресла. Девочка шмыгает носом и баюкает руку.

Длинными платиновыми волосами, ярко-зелеными глазами и изящным вздернутым носиком она напоминает Вэлери куклу «Барби-девочка». Это, очевидно, быстро развивающаяся девочка, одетая в опасно короткую джинсовую юбку и розовые угги, с губами, намазанными сверкающим блеском. Вэлери вспоминает, как еще в первый школьный день, наблюдая, как три девчушки с буроватыми волосами ходят по пятам за Саммер по классу, словно фрейлины, подумала: эта штучка еще даст прикурить. Она также помнит, как порадовалась, что у нее мальчик. Они настолько проще, особенно пока не начинают влюбляться. Во всяком случае, до поры до времени Чарли был невосприимчив к таким, как эта Саммер.