Все лики любви - Татьяна Алюшина

Вера спросила про правила игры, ребята с радостью и энтузиазмом принялись посвящать ее, половину информации Вера пропустила мимо ушей, с удовольствием наблюдая за людьми вокруг и уже начинавшимся соревнованием. Но главное поняла – надо выбрать за кого болеть! Выбрала парня, который поменьше всех участников был, решив, что ему поддержка не помешает.

И ошиблась: он оказался самым вертким и шустрым и выиграл это соревнование. Но болела она от души, покрикивала со всеми и откровенно радовалась. И после первой же игры решила, что здесь все посмотрела и вполне созрела, чтобы пообедать. А для этой цели Вера еще в Москве подумала, что обязательно пойдет в рекламируемый в проспектах и в Интернете ресторан национальной кухни, работающий в этом парке. Туда и направилась, сверившись с планом парка в буклете.

* * *

– Егор Денисыч, – склонившись к его уху, тихо произнес Вася, – Игнат очень просил зайти, он специально для вас там что-то придумал эдакое.

– Протежированием занимаешься? – хмыкнул Бармин. – Сколько он тебе отвалил за это?

– Ну, не отвалил, а так, немножко заплатил, – ни секунды не собираясь отнекиваться, тут же признался Василий. – Но вы же его знаете, он мужик толковый, хочет встать и в области, и рестораны у него достойные. Вы ж хвалили.

– Вась, ты мне тут Меншикова изображать бросай, – покосился на него Егор. – И потом, мы же сюда не только есть приехали. Ты у Осипа не наелся, нет?

– Нет, место в животе берег, – рассмеялся Василий.

– Ладно, пошли, отработаем твой гонорар, тем более есть у меня к нему одно предложение, – решил Бармин.

Игнат был известный не только в области и районе, но и во всем крае ресторатор, который занимался кухней, основанной исключительно на местных рецептах и только из дичины. И некоторые идеи для Игната у Егора имелись давно, да все некогда было поговорить с ним за другими гораздо более важными и срочными делами. Так что представившийся случай оказался вполне подходящим.

Ресторатор даже пошел на такой крайний шаг, как закрыть заведение на спецобслуживание, так ждал Егора Денисовича Бармина. Ну и встретил уж как полагается.

* * *

А в ресторан этот известный Верочка не попала, его закрыли на какое-то специальное обслуживание, и видимо, весьма высокопоставленных особ, судя по тому, что на входе стояли два охранника.

Ну, ничего, она завтра собирается снова сюда приехать, попробует еще разрекламированные блюда. Дичина, так, кажется, называл их Егор. А о ком еще она могла вспомнить, она только о нем и думала. Посмотрела еще раз на интересно сделанный в этническом стиле дом, в котором расположился этот ресторан, и отправилась в соседнее заведение.

Вера Брацкая медленно прошла под окном ресторана, в этот самый момент Егор Денисович Бармин усаживался за стол, стоявший прямо у этого окна.

Она довольно вкусно пообедала и, что особенно порадовало, вполне недорого, а затем уже совсем ленивым, неспешным прогулочным темпом отправилась дальше.

То, что она видела на этом празднике, ее искренне поражало, удивляло и восхищало в некоторых случаях, но все эти чувства проходили, как волны по поверхности океана, на фоне глубокой внутренней грусти, в которую Вера не позволяла себе полностью скатываться, стараясь контролировать чувства. Она не станет поддаваться печали, придет время, когда можно будет спрятаться в своем мире и проживать тоску день за днем. Не сейчас!

Ей хотелось сохранять в душе эту праздничность, радость, ведь она за тем и приехала – познакомиться с деяниями Бармина – вот и знакомилась. И гордилась им необычайно, и отдавала должное его таланту и упорству. И поражалась, как любят и уважают его простые люди. Она старалась держаться за это приподнятое чувство радости, чтобы не поддаться тянущей изнутри темной печали.

Ну не будет она с Егором. Ну что поделаешь. С ним ли, без него, но любовь никто не отменял и отменить не может.

И Вера запрещала себе об этом думать. Успеет еще надуматься.

И шла дальше, поражаясь, очаровываясь атмосферой искрящейся радости, царившей сегодня в «Народном парке» Барминка!

Несколько раз ее пытались затянуть то в хоровод, то на сцену петь со всеми песни, то еще в какие-то действия, многочисленное количество которых происходило по всему парку, и большинство гуляющих людей с удовольствием принимали участие в этих театрально-художественных постановках. Вера смеялась со всеми над шуточными соревнованиями, аплодировала художественной самодеятельности, пробовала бесконечные угощения. Она подошла к огороженной просторной площадке, у которой собиралось все больше и больше людей, и выяснила, что здесь сейчас начнутся соревнования по национальной борьбе среди самых маленьких – мальчиков семи-восьми лет.

* * *

– Ну, спасибо тебе, Игнат Савельевич, – поблагодарил Бармин хозяина, прощаясь у выхода из ресторана, – и удивил, и уважил. А лосятина получилась исключительная. Рецепт дашь?

– Э нет, Егор Денисович, – пожимая ему руку, хитро прищурился хозяин. – Тогда тебя к нам не зазовешь, сам делать станешь, зачем тогда по ресторанам ходить.

– Хитер, – похвалил Егор и попрощался: – Ну, пора. На следующей неделе приходи, обговорим все в деталях. Вон с Сашей прямо сейчас согласуйте дату и время.

И вышел из ресторана, окруженный охраной и сопровождающими лицами.

С охраной – это отдельный цирк.

Бармин не понимал и не признавал личной охраны. Да на кой? Если что-то тревожное, так он и сам почувствует, заметит и с траектории сойдет. Но появившийся у него с момента вступления в должность главы области начальник службы безопасности пусть и не переубедил, но прислушаться к своим доводам заставил.

Антон Федорович Борин, лет под пятьдесят, подтянут, строен, быстр, форму не то что не растерял, а только отточил еще к этому возрасту. Да и мужик оказался не просто серьезный, а весьма и весьма крученый. Прошел многое, из бывших спецслужб, грамотный дядька, его Егору сам Дудин порекомендовал, заодно помогая Борину на время убраться из Москвы по важным и достойным причинам.

Вот как он пришел, так спор и начался.

– А то, что твое кресло многим спать от зависти не дает, ты, Егор Денисович, понимаешь? – сразу на «ты», но по имени-отчеству начал Борин.

– И что, прямо меня тут травить и стрелять начнут? – упорствовал недовольно Бармин.

– А почему нет? – усмехался Борин. – Ты всем местным кислород перекрыл своим назначением, а заказать сейчас кого угодно не проблема.

– И что ты мне прикажешь, с охраной в клозет ходить и по бабам?

Спорили какое-то время, были недовольны друг другом, но Борин свое дело знал и налаживал внутреннюю безопасность грамотно. Присмотрелся к нему Егор и пригласил с собой в тайгу. Вернулись не друзьями близкими, но соратниками и людьми глубоко уважающими друг друга. Борин тот вообще настолько был потрясен навыками и умениями Егора, что Бармин стал для него неким уникумом, степень уважения к которому у безопасника имела наивысший балл.