Неслучайное совпадение - Рокси Рэй

по краям. Я могу сказать ей, что она несёт полную чушь, или что рисунки ничего для меня не значат, или даже что она их выдумала.

Но, как ни безумно, я ей верю.

Я глажу кошку, позволяя ей мурлыкать и месить лапками мои плечи, пока мы с Черри сидим в тишине.

Ей наверняка нелегко, особенно если то, что она сказала о своём СДВГ, правда. Внезапно чрезмерное количество кофеина, которое она потребляет, обретает куда больше смысла. Скорее всего, она занимается самолечением.

У оракулов что, не было медицинской страховки?

Об этом стоит подумать в другой раз, потому что я на пределе. Я чувствую то, к чему никогда не был готов. Я не могу отрицать эту связь со странной женщиной, которая лгала мне при каждом нашем взаимодействии. В этом нет смысла, и всё же в этом есть идеальный смысл.

Мне нравится, что для неё я не ВанМарк. Не по-настоящему. Она не видит во мне богатого наследника или возможную пару, которая может обеспечить ей уважаемое положение в иерархии перевёртышей Восточного побережья. Для неё я просто Пол, и она видит, кто такой Пол, так ясно, как никто другой. Даже не я сам.

— Надеюсь, рисунки нормальные. Можешь порвать их, если хочешь. Они не…

Не знаю, что на меня находит, но лёгкая паника, пропитывающая запах Черри, заставляет меня протянуть руку и положить ладонь ей на колено. Сквозь её чёрные легинсы я чувствую плотную мышцу бедра. Это объясняет, как ей удалось так легко запрыгнуть на навес таверны тогда, на базаре.

— Они мне нравятся. Мне не нравится, что ты мне лгала, но я понимаю. Я не могу представить, каково это — жить с таким даром и при этом не иметь никого по-настоящему, кто его понимает. Понимаю, почему ты позволяла людям верить в эту историю с экстрасенсом.

— Ты… ты прощаешь меня? — спрашивает она, глаза у неё расширяются. Потрясение на её эльфийских чертах до смешного милое. — Даже после того, как я так по-королевски облажалась?

— Я не в восторге от того, как пока складывалось наше сотрудничество, но готов дать тебе ещё один шанс, — говорю я. — Но больше никаких секретов, никакой лжи. Если мы собираемся вместе раскрыть убийства в моей семье, тогда мы должны быть равными партнёрами. Больше не экстрасенс и клиент, а оракул и твой…

— Ватсон? — услужливо предлагает она.

— Конечно, пусть будет так.

— О да, чёрт возьми! — она снова вскакивает на ноги. Да, я точно понимаю, почему у неё такие сильные бицепсы бёдер.

Внезапно её руки обвиваются вокруг моих плеч, и она притягивает меня к себе в объятиях.

Положение не самое естественное, учитывая, что я сижу, а она стоит, но разница в росте между нами достаточная, чтобы это не было неловко. По крайней мере, пока она не начинает говорить со мной, её лицо всего в сантиметре от моего.

— Ты об этом не пожалеешь, клянусь. И теперь, когда мне не нужно переживать из-за того, что приходится ходить вокруг да около темы эмоций, мы можем по-настоящему перейти к сути. У меня уже есть план, как вытянуть больше информации из женщины-вышивальщицы и байкера с котёнком, и, думаю, я смогу связаться и с гитарным ведьмаком. Мы выясним, кто убил твоего отца и брата, и позаботимся, чтобы ни один волос не упал с голов твоих родных. Даже Криса!

Она говорит это с такой страстью, с такой радостью, что трудно не поддаться её пылу. Может, её мать была права, и на меня подсознательно влияют её эмоции, но мне на самом деле всё равно. Я отхожу от адреналина, злости и эмоционального коктейля, для которого обычно нужен сеанс терапии и алкоголь крепости для перевёртышей.

И, может, именно поэтому я целую её.

Я не принимаю осознанного решения. В одно мгновение я смотрю на неё, забавляясь её жизнелюбием, а в следующее наши губы сталкиваются. Я оказываюсь захвачен дикой женщиной передо мной так, как никогда не мог ожидать, но в то же время я не сопротивляюсь.

Ни капли.

Каким бы незапланированным ни был поцелуй, и определённо неразумным, длится он всего мгновение. Ровно настолько, чтобы мой мозг успел включиться и спросить, какого хрена я делаю.

Я резко отдёргиваю голову и отпускаю Черри, но она меня не отпускает. Внезапно счастливое выражение на её прелестном лице превращается во что-то куда более жаркое, её обычно яркие глаза мутнеют и полуприкрываются.

— Ты меня поцеловал, — шепчет она. Будь её тон каким-то другим, я бы забеспокоился, что оскорбил её. Но на её лице нет ничего даже близкого к обиде.

— Поцеловал, — отвечаю деловито. Я велел ей больше мне не лгать, так с чего бы мне самому ей лгать? Это сделало бы меня лицемером. Идиотом я, может, и был, но не таким.

Её руки крепче смыкаются вокруг моих плеч, и она наклоняет голову так, что её губы почти касаются моих, когда она говорит:

— Сделай это снова.

Соблазнительная мысль, но вызов в её голосе вытаскивает на поверхность и моего волка, и те части меня, на которые я нечасто обращаю внимание. Я встаю, и одна моя рука мягко обхватывает её шею.

Не чтобы сжать, не чтобы пометить, а просто позволяя ей почувствовать её вес, лежащий, как ожерелье.

Хм… она выглядела бы красиво с брачным ошейником.

Эта мысль выдёргивает меня из забытья, и я резко убираю руку к боку. Если Черри и кажется это неловким, она ничего не говорит. Вместо этого её улыбка становится дерзкой, и она смотрит мне прямо в глаза.

— Я сказала, сделай это снова.

День пошёл совсем не так, как я ожидал. Я прошёл через такую полосу эмоций, что теперь просто хочу разрядки. Хочу поддаться своей первобытной стороне и перестать так много думать.

Это безрассудно. Неуместно. Но зачем отказывать себе, когда Черри так настойчива?

Как давно я позволял себе уступать своей более плотской стороне? Слишком давно. Пиздец как давно.

— Попроси красиво, — рычу я. На этот раз, когда я кладу руку ей на шею, то не отпускаю сразу. Нет, я смотрю на неё сверху вниз, вызывая её продолжать бросать мне вызов и одновременно прослеживая (точнее, вынюхивая) её феромоны. Всё, что я ощущаю, — влечение, похоть и острый интерес.

Потрясающе мощное сочетание.

Улыбка, расплывающаяся по лицу Черри, — нераскаянный, бесстыдный, чистый грех. Сплошная порочность и искушение.

И я совсем не против.

Она приподнимается на цыпочки, вжимается шеей в мою ладонь, требуя большего давления, и смотрит мне в