Даже если я упаду - Эбигейл Джонсон

– Это же… – говорит один парень. – Так и есть. Это же сестра того парня, который…

– Брук? Что случилось? – Хит идет ко мне, не замечая повернутых в нашу сторону голов, как будто их и нет. Он кладет руку мне на плечо и с тревогой вглядывается в мое лицо, забывая или попросту не беспокоясь о прикованном к нам внимании.

– Мне следовало бы позвонить. – Я поднимаю на него взгляд. – Ты мог бы встретиться со мной на улице или где-нибудь еще наедине. – В ответ он нежно потирает мое плечо, успокаивая меня, даже не догадываясь о том, насколько мне это необходимо, хоть я и знаю, что меньше всего заслуживаю утешения от него.

– Расскажи мне, что происходит.

Я открываю было рот, но, прежде чем успеваю что-то сказать, позади меня раздается шорох пластиковых шторок и вплывает та женщина с губами цвета фуксии. Ее взгляд прикован ко мне.

– Расстроена ты или нет, но никто не давал тебе права заходить в любую дверь. Давай-ка отсюда. – Она отступает в сторону и жестом велит мне выйти вон. – Извини, Хит, я пыталась ее остановить.

– Все в порядке, Айрин, – говорит Хит. – Она моя… – Он замолкает, поглядывая на меня так, будто я знаю, как закончить фразу. Я теряюсь, тем более когда вокруг столько любопытных глаз и ушей.

Я узнаю двух парней из нашей школы. Среди них – Эдди Леонард, один из так называемых бывших лучших друзей Джейсона, который поживился на страданиях моей семьи и заработал свои пятнадцать минут славы, раздавая интервью направо и налево. Это он разнес слух о том, как в старших классах Джейсон разбил машину какого-то парня за то, что тот пригласил на свидание девушку, которая ему нравилась. Под прицелом его глаз я вынуждена спрятаться за спину Хита, поздно осознавая, что тем самым только подогреваю нездоровый интерес со стороны окружающих.

Айрин замечает руку Хита на моем плече и то, как он ненавязчиво прикрывает меня собой, и громко вздыхает, поглядывая на него почти по-матерински. Меня она окидывает уже не таким суровым, но все-таки неодобрительным взглядом. И тогда я догадываюсь, что, выпроваживая меня, она пытается избавить Хита от неловкой ситуации, а вовсе не сводит счеты со мной. Сам он, может, и не подозревает о том, какими последствиями обернется для него мой сегодняшний визит, но уж у нее точно нет никаких сомнений.

– Ей нельзя здесь находиться.

– Все в порядке, – говорит Хит.

Айрин кивает – не в знак согласия, а просто уступая.

– Вы можете воспользоваться моим кабинетом. – Напоследок она бросает на меня укоризненный взгляд, и упрек сквозит в каждой черточке ее лица, прежде чем она хлопает в ладоши, призывая всех вернуться к работе.

Хит берет меня за руку, чем вызывает мое немалое удивление, и ведет нас к двери с табличкой «Айрин Уиллис. Генеральный менеджер». Как только мы оказываемся в кабинете и посторонний мир остается за закрытой дверью, я обхватываю себя руками и отстраняюсь от его прикосновений.

– Прости, что подвела тебя. – Я киваю на дверь и на всех, кто по ту сторону. – Мне следовало подумать о том, что может случиться, если я появлюсь здесь, где все тебя знают. «И знают, кто мой брат», – добавляю я про себя.

– Айрин поймет, а остальные меня не волнуют. – Он подходит ко мне и хмурится, когда я отступаю в дальний угол.

– Я даже не знаю, зачем пришла. К тебе, как ни к кому другому, я не вправе обращаться с этим…

Жилка дергается на шее Хита, но взгляд, устремленный на меня, по-прежнему твердый.

– Это связано с твоим братом?

Я смотрю в серые глаза Хита, и мое тело наполняется теплом, какого я никогда еще чувствовала, но оно уходит, как только я отвожу взгляд, снова погружаясь в холод и оцепенение.

– Это всегда о моем брате, не так ли? – Я заставляю себя опустить руки, освободиться даже от столь хлипкой защиты. – Все, что мы делаем, что делали… Хит, что мы делаем?

– Я не заставлял тебя появляться у того дерева.

Мой взгляд падает на его ботинок, и я поднимаю глаза. Он стоит достаточно близко, чтобы при желании снова прикоснуться ко мне, и у меня за спиной только стол Айрин, так что отступать больше некуда. Его голос ласкает слух, когда он снова говорит.

– Ты пришла, потому что хотела чего-то от меня, так же как я хотел чего-то от тебя. Брук, я…

– Это насчет моего брата. – Я останавливаю его руку, которая уже тянется к моему лицу, единственным известным мне способом. – Я говорила тебе, что собираюсь к нему сегодня. Обычно мы ездим с мамой, но Лора заболела, и мама осталась дома. Я впервые виделась и разговаривала с Джейсоном один на один с…того самого дня.

Хит по-прежнему смотрит мне в глаза, но видно, что он напряжен, как будто готовится к взрыву бомбы. Он не далек от истины.

– Я спросила его о той ночи, чтобы понять, что же произошло.

– Брук. – Мое имя в его устах никогда не звучало так горько и печально. Он предупреждает меня и в то же время умоляет, и я едва сдерживаю слезы, когда продолжаю. Я должна ему сказать.

– Я только об этом и думаю. Меня преследует один и тот же кошмарный сон, в котором Джейсон и Кэл ругаются, только я никак не могу разобрать их слов. И от меня ускользает тот момент, когда мой брат…

– Стоп! – Я вздрагиваю, когда Хит выкрикивает это и крепко зажмуривается. – Ты должна остановиться. Он убил моего брата. Этим все сказано, и, если ты будешь настаивать… – он делает глубокий вдох через нос и выдыхает, – поверь мне, это не поможет. Ничего не поможет.

– Что это значит? – Он никогда не говорил со мной так. Так, будто знает что-то, чего не знаю я, и все во мне замирает в ожидании его объяснений.

Он открывает глаза и смотрит на меня в упор.

– Это значит, что больше нельзя позволять прошлому управлять нашим будущим. Это значит, что нам не нужно искать оправданий, чтобы встречаться, если мы этого хотим. – Он тянется к моим рукам. – Это то, чего я хочу.

Все во мне протестует, кричит на него. Он не может хотеть этого, меня, нас. Мы останемся чумой друг для друга, и, если ему нужно убедиться в этом, мне достаточно открыть дверь, чтобы он увидел все эти охваченные ужасом лица, ожидающие снаружи. Или еще лучше, я могу привести его к нам домой, познакомить с родителями и Лорой, посмотреть, как они корчатся и разбегаются, но прежде рассыпаются вдребезги на наших глазах.

Он возьмет меня с собой на выпускной? Попросит свою маму помочь ему выбрать для меня корсаж? Наши семьи соберутся вместе на барбекю, будут сидеть бок о бок на пятничных футбольных матчах? Захочет ли Лора тащиться за нами на свидания, как бывало с Джейсоном и Эллисон? Пожелает ли он видеть меня в радиусе мили, когда наступит годовщина смерти Кэла, или одна только мысль обо мне вызовет у него приступ тошноты?

Мне и самой уже тошно, потому что я знаю единственный возможный ответ, и он не имеет ничего общего с тем, чего хочу я. Высвобождая руки из ладоней Хита, я продолжаю: