Яд темной любви - Лана Ежова

капитан, я уже не слышала. Упав на колени рядом с фаянсовым другом, поделилась с ним своим завтраком. Давно меня так мучительно не рвало. Обидно, но очистка желудка не принесла облегчения, одну только слабость.

А еще издевательски весело зазвенели переполненные магией топазины в ушах. Парадокс, но резерв успел восстановиться – и серьги-накопители принялись собирать излишки. Их было много, чересчур много… Кажется, я только что пережила новый энергетический скачок. И смерть моя на шаг ближе…

– Хельена, тебя отравили?

Ярвуд здесь?! Пошел за мной? О боги, стыд какой… Я застонала, когда кромешник заботливо придержал мою косу.

– Это точно яд, – сделал он поспешный, неправильный вывод.

Возразить не успела: по моей коже хлынула тьма. Прохладная, щекотная волна силы. Мягкая, как пуховый платок, нежная, как дорогой шелк. Тьма окутала, обняла, проникая под одежду, под кожу… забираясь внутрь.

На миг я забыла, как дышать. Застыла, боясь пошевелиться.

Его тьма во мне…

Во мне… тьма…

– Странно, яда нет, – удивился Ярвуд. – Тогда что с тобой, Хельена?

Я выдохнула и мысленно выкрикнула: «Прочь!» Жгуты тьмы вынырнули, оставляя после себя приятное опустошение.

– Уйди, Аль, – прошипела тихо. – Пожалуйста, уйди!

Я вскочила на ноги и сердито уставилась на него. Разве не осознает, как бестактно себя ведет?

Он не выглядел смущенным, нисколечко!

Кивнув, он довольно заметил:

– Это не яд, но тебе стало лучше.

Лучше?.. А ведь он прав. Желудок успокоился, резерв не бил ключом… И тьма. Разве она не разъедает, не уничтожает живое? Почему помогла мне?

– Кстати, мы перешли на «ты», как ты и хотела, на корабле, когда стали ближе.

Непробиваем… Недаром дети дразнят рыжих бесстыжими!

Хорошо, раз он не смущается, то и я не буду. И вообще, кого из нас еще на первом курсе отучили от стеснения на лекциях по анатомии?..

Глава 15. Аномалия

В каюту без стука влетел Даньяр, словно за ним гналась оголодавшая нечисть. Седые волосы всколочены, будто он их рвал в отчаянии.

– Что же вы натворили, леди Горейская? Зачем выходили? Такой позор! – истерично запричитал он. Не давая вставить и слова, подскочил ко мне и выпалил: – Вы целы, леди Горейская?

Я отшатнулась от неожиданного натиска.

Телохранители, нагло ввалившиеся в каюту, встали по бокам от Даньяра, их руки нервно сжимали эфесы мечей. В угрюмых взглядах, направленных на меня, осуждение и досада.

Хорошо, что в каюте нет посторонних. Иначе кто-то обязательно задался бы вопросом: почему верный слуга, давший клятву на крови, беспокоится не о своем принце, а о какой-то чужачке?

– Такой позор! – продолжал стенать Даньяр. – О, Светоносный! И зачем вы лечили матроса? Он из низших!

– Что? – Ярвуд тенью скользнул к слуге и, схватив за одежду на груди, приподнял над полом так, что его ноги беспомощно задергались в воздухе. – В чем именно выражается позор?

Телохранители синхронно шагнули вперед – и натолкнулись на ощерившуюся шипами тьму. Она непреодолимой страшной стеной выросла перед ними, заставляя отступиться.

Даньяр, поняв, что помощи не дождется, побледнел. Его губы затряслись:

– П-позор? Какой позор? – Он закашлялся, пытаясь вырваться из железной хватки. – Леди… она же…

Ярвуд легонько тряхнул его, как тряпку.

Обычно я на стороне слабых, но не когда они подло подставляют союзников. Скрывая важные сведения, Даньяр поставил нас и наше задание под удар. Сколько еще «мелочей» утаил от нас этот старый лис?

– Леди Горейская не носит под платьем вайсы, и весь бриг об этом теперь знает, – с легким смущением произнес старик, старательно не встречаясь со мной взглядом. – А я же говорил, чтобы вы не покидали каюту!

– Детали, – сурово потребовал Ярвуд и вернул Даньяра на пол. – Все, без утайки.

Пять минут спустя картина прояснилась.

По незнанию я нарушила священное табу: не надела традиционные заохийские вайсы – широкие штаны из струящейся ткани, низко сидящие на бедрах и ниспадающие до пят. И дело было не только в самом одеянии, а и в вышитых символах – переплетении знаков защиты и плодородия. Ходить без таких – грех в глазах Светоносного.

– На мужских трусах тоже должны быть символы плодородия? – с сарказмом поинтересовался Ярвуд, но глаза оставались холодными, как лезвие меча.

Даньяр поморщился, будто хлебнул уксуса.

– Нет, ваш гардероб в порядке. На корабле есть другие женщины, но леди ведь не согласится на чужие вайсы.

Ну как сказать?.. Во время практики в горах, после того как упала в ледяную реку, леди несколько часов сидела в мужских подштанниках. И ничего, выжила, никто не покарал. И вообще, брезгливый целитель – плохой целитель. Но признаваться в этом сейчас неуместно.

Ярвуд склонился к дрожащему Даньяру, подавляя силой тьмы.

– Теперь объясни, почему капитан Гайрун предложил леди Горейской замужество? – продолжил он допрос. – С чего вдруг он решил, что принц откажется от своей невесты? Только из-за ее ошибки с подбором одежды?

Даньяр съежился, его пальцы судорожно вцепились в темно-синее одеяние.

– И это тоже. Он решил, что его высочество несерьезен по отношению к чужачке. А получить красавицу из гарема принца почетно… Тем более целительницу, отмеченную силой Светоносного…

– Так ваш принц еще и работорговец? – В голосе Ярвуда прозвучала тихая ярость.

– О Светоносный, нет!

– Он дарит бывших любовниц, словно они вещи, – не согласился кромешник.

– Нет! – повторил Даньяр, и его глаза фанатично заблестели. – Его высочество благороден, он желает счастья даже тем, кто ему не подошел. Девушки идут замуж добровольно, по зову сердца! С леди Горейской все иначе. Цветок Светоносного…

– Про цветы я уже слышал, – перебил его Ярвуд. – Почему капитан сказал «когда принца не станет»? Он обошел клятву крови и примкнул к заговорщикам?

Даньяр замер. По его лицу пробежала тень.

– Нет-нет! Дело в другом… в дяде принца. Он слишком силен, даже сторонники его высочества допускают, что регент победит.

Ярвуд задумался.

И я решительно спросила:

– Что в трюме? Что за скопление магии?

– О чем вы, леди Горейская? – изумился Даньяр. – Какое скопление?

Слишком наигранно удивился.

Я припомнила свои ощущения. Если не перепутала, тянуло из меня магию, как в накопитель…

– Это артефакт? – сделала смелое предположение.

– Артефакт? – проблеял Даньяр испуганно.

Ага! Я угадала! В трюме все-таки стоит накопитель чудовищной силы, попытавшийся осушить мой резерв, пока я лечила. Пока слуга в шоке, можно вытянуть из него правду, слегка поднажав.

Корабль внезапно дрогнул. Из коридора донеслись звуки свистка и крик дозорного:

– Великий Предел! Мы приближаемся!

Мы с Ярвудом переглянулись.

Великий Предел – это ведь магический водораздел, аномалия, которую не могут пересекать корабли? Граница, которая делит океан, не пуская жителей нашего материка на