Жнец Теней - Линетт Нони

растений и цветов, некоторые из которых светились. Шкаф с редчайшим набором драгоценных металлов и камней — некоторые из них тоже мерцали. И, конечно, длинный рабочий стол, уставленный флаконами с жидкостями, твердыми веществами и дымящимися газами в закупоренных колбах. Вири с опаской покосилась на них, но гораздо больше её беспокоила зловонная коричневая жижа, вытекающая из горячей печи. Она мысленно пометила себе: ни за что не вызываться добровольцем для того эксперимента, как бы Уинтер ни умоляла.

Вири обвела комнату взглядом, пытаясь увидеть лабораторию глазами Сейдж и Джонаса. Она отметила сотни зелий на полках, незнакомые ингредиенты, горы инструментов для измельчения порошков и паст, коллекции мерных стаканов, колб и пробирок, бесчисленные дистилляционные аппараты и бесконечные листы пергамента с размашистыми записями Уинтер. Если бы здесь не было так прибрано, комната казалась бы средоточием хаоса. А так…

— Волшебно, — прошептал Джонас, и его глаза, казалось, вот-вот намокнут. — Это место просто волшебное. Уолнат и я хотим остаться здесь навсегда.

Уолнат, выглянувший из кармана, не казался таким уж зачарованным, хотя его носик очаровательно дергался, впитывая незнакомые ароматы лаборатории.

— Тут есть диван, — сказала Вири, ведя их в дальний конец комнаты и помогая опустить Рива на него. Было странно видеть его лежащим здесь — Вири сама провела на этом диване немало часов, составляя компанию Уинтер или, что гораздо менее приятно, отходя от побочных эффектов её экспериментов. У изножья даже была аптечка с запрещенными магическими средствами, приготовленными Уинтер: успокаивающий гель от ожогов, крем от зуда, согревающее зелье, тоник от тошноты, морфенин для обезболивания и целебная мазь — последняя чаще использовалась для лечения ссадин Вири после охоты, чем для чего-то другого.

Но какими бы полезными ни были эти запасы, ничто из них не могло вылечить магический яд, а судя по виду Рива, времени на пробы и ошибки не было.

Моя вина, моя вина, моя вина. Мысли Вири пошли по кругу, прокручивая момент, когда он закрыл её от кинжала и вырвал лезвие из бока с омерзительным чавкающим звуком. Рот наполнился слюной, и она поняла — она знала, — что никогда не простит себе, если он умрет, спасая ей жизнь.

— Ладно, ты привела нас сюда, — голос Сейдж прервал её внутренний монолог. — А где твоя подруга? Полагаю, именно она, по-твоему, может помочь Риву?

— Ждите здесь, — сказала Вири, направляясь к выходу. — Я разбужу её.

Но она не успела пройти и полпути до двери, как скрытый вход отозвался щелчком, и стена снова сдвинулась.

Сейдж среагировала мгновенно: обнажила два клинка и встала в защитную стойку. Джонас тоже среагировал мгновенно: пискнув от испуга, он нырнул за диван. Вири запоздало осознала, почему он не сражался вместе с друзьями в переулке — без сомнения, он был самым странным жнецом из всех, кого она встречала. Но, тряхнув головой, она переключила внимание на Уинтер, которая замерла в дверях, широко открыв глаза при виде собравшейся компании.

— Я могу объяснить, — выпалила Вири, прекрасно понимая, как она выглядит: расцарапанное лицо, грязная мокрая одежда, в компании троих незнакомцев, один из которых без сознания, а все залиты кровью — в основном Рива. С другой стороны, Уинтер не видела потемневших вен Сейдж и Джонаса, хотя ей не потребовалось бы много времени, чтобы догадаться, кто они. — Я обещаю рассказать всё, но сначала нам нужна твоя помощь.

— Ты с ума сошла? — взвизгнула Уинтер, преодолевая шок и делая шаг вперед; её блестящие черные волосы качнулись. — Ты хоть знаешь, сколько людей ищут тебя? Я проснулась только потому, что Дарик ворвался в нашу квартиру и разбудил маму со мной, заявив, что ты напала на него. У него половина Nox прочесывает город в поисках тебя. И, полагаю, его. — Она ткнула пальцем в сторону Рива. — Это ведь Эштон, так? Правая рука Жнеца-Жреца? — Затем она указала на Сейдж и Джонаса: — А это его дружки-жнецы?

Вири поморщилась, жалея, что её подруга так проницательна:

— Я надеялась, что у нас будет больше времени.

Сапфировые глаза Уинтер наполнились неверием:

— Я за то, чтобы нарушать правила, ты же знаешь. — Она обвела рукой лабораторию, полную магической контрабанды. — Но какого черта, Ви?

— Мне нужна была помощь Рива, — сказала Вири. — Это важно.

— Надеюсь, это вопрос жизни и смерти, учитывая, что ты натворила. Ты хоть понимаешь, в какой глубокой заднице ты находишься?

— Это и есть вопрос жизни и смерти. У него есть информация, которая могла бы…

— Эй! — перебила её Сейдж, на чьем лице отразилось яростное недовольство. — Может, вы поболтаете позже, когда наш друг не будет умирать?

Вири поморщилась, понимая, что Сейдж права.

— Пожалуйста, Уин, — взмолилась она. — Он отравлен гримблейдом.

При упоминании редкого магического оружия глаза Уинтер расширились от удивления, но тут же сузились вновь.

— Почему я должна помогать жнецу?

Ответ вырвался у Вири хриплым шепотом:

— Потому что этот клинок предназначался мне. Он спас мне жизнь. Теперь я должна спасти его.

Наступила пауза: Уинтер изучала Вири, взвешивая решение, но затем тяжело вздохнула.

— Рассказывай. Оружие, действие яда, всё, что видела.

Вири почувствовала прилив облегчения и поспешно выложила всё, что знала — от того, как выглядел кинжал, до симптомов Рива перед тем, как он потерял сознание. Когда она закончила, Уинтер серьезно кивнула, закатала рукава своего кобальтового свитера до локтей и зашагала туда, где лежал Рив.

— Ты, злая девочка с фиолетовыми волосами, — щелкнула пальцами Уинтер. — Поверни его на бок, чтобы я могла осмотреть повреждения.

— Это Сейдж, — быстро представила её Вири. — А Джонас прячется за диваном.

Услышав свое имя, светловолосый парень выбрался из укрытия и неловко помахал рукой.

Уинтер моргнула:

— У тебя в кармане кролик?

— Его зовут Уолнат, — сказал Джонас, почесывая кролика за ушком. — У него развивается тревога разлуки, если я оставляю его одного слишком надолго. Технически он вислоухий карликовый кролик — они гораздо меньше обычных. Как вечные крольчата.

Уинтер снова моргнула:

— Это… до странности мило, — пробормотала она, прежде чем снова переключить внимание на Рива, который теперь лежал на здоровом боку, открыв рану.

Увидев масштаб повреждений, Уинтер издала рвотный звук:

— Фу, кровь. Мерзость.

Глаза Сейдж метнулись к Вири:

— Мне казалось, ты сказала, что она разбирается в медицине?

— Она учится на врача, — ответила Вири. И тише добавила: — Просто у неё это не очень хорошо получается.

— Попрошу, — нахмурилась Уинтер. — У меня отлично получается. Или получалось бы, если бы мне позволяли лечить людей так, как я хочу.

— Она имеет в виду, что предпочитает использовать магию, — пояснила Вири для Сейдж и Джонаса. — А в случае