До самой смерти - Элис Вайлд

Резкий, удушливый запах, наполнявший комнату отца, когда он лежал больной.

Он внезапно накатывает на меня, словно вырывая воздух из груди. Воспоминание настолько яркое, что мне кажется, будто я снова стою в той комнате.

Тогда этот запах тонул среди множества других, и я не смогла сразу распознать его.

Но теперь все очевидно.

Запах, что преследовал меня, постепенно исчезает, а осознание обрушивается всей тяжестью.

Отец был отравлен.

Неужели это способ Смерти доказать мне, что мой отец погиб не по его вине?

Если так, значит, несмотря на все мои старания, даже наша сделка не могла спасти его от преждевременной смерти.

Пока его убийца все еще жив.

Резко оборачиваюсь к Церберу, готовая засыпать его вопросами. Но за решеткой пусто.

Я открываю рот, не зная, смогу ли призвать его обратно, но вместо слов с губ срывается только испуганный вздох в тот момент, когда по комнате прокатывается скрежет металла.

Я поворачиваюсь и вижу, как дальняя стена медленно раздвигается, открывая арену за ней.

С замиранием сердца я смотрю на широкий простор и в тот же миг слышу, как называют мое имя.

Глубоко вдохнув, я сжимаю записку в ладони… а затем делаю шаг вперед, навстречу арене и испытанию, что ждет меня внутри.

31. Смерть

Я выхожу на арену, настороженно замирая перед массивными воротами, ведущими в главный зал.

Мой взгляд скользит по пространству. Простая открытая площадка, созданная для того, чтобы воины демонстрировали свои боевые умения.

Над ареной уже собралась толпа богов и чудовищ. Они заполняют трибуны, следят и ждут, когда начнется испытание.

Я знаю, что будет происходить, но не как. Одного этого достаточно, чтобы я держался настороже. Не могу даже представить, что сейчас чувствует и думает Хейзел, когда оказывается здесь, одинокая и неподготовленная.

Стиснув челюсти, я делаю шаг вперед.

И тут же разум мой пустеет.

Пространство передо мной меняется прямо на глазах, и я моргаю, пытаясь сфокусировать взгляд.

Я дома.

Хмурясь, я делаю шаг вперед, пытаясь вспомнить, где был до этого.

Но ничего. Ни воспоминаний о том, где я, ни о том, кто я… или что я.

Есть только это мгновение – возвращение домой после долгого пути.

Что-то теплое греет мою ладонь. Опустив взгляд, я замечаю в своей руке маленький стеклянный флакон, он пуст.

Я хмурюсь.

Почему я держу его?

Покачав головой, я двигаюсь дальше, вглубь дворца.

Достигнув холодного камина, ставлю флакон на полку и на секунду застываю, глядя на него.

Не могу вспомнить, зачем он мне, но взгляд мой падает на сам камин.

Меня тревожит, что в нем нет огня.

Но почему?

Раньше меня это никогда не волновало. Я любил холод, мрак, пустоту.

По крайней мере, я так думал.

Теперь я уже ни в чем не уверен.

Сбитый с толку, я вновь беру флакон. Кажется неправильным оставлять его здесь, над холодным очагом. Я прячу его в карман и иду дальше, пытаясь вернуться к привычным делам.

Но странное чувство не отпускает, пока я хожу по дворцовым коридорам.

Глаза цепляются за пустые стены, за пыльную кухню, за безупречно чистые полы.

Каждый мой шаг отзывается одиноким эхом.

Как будто чего-то не хватает.

Как будто у меня отняли нечто важное без моего ведома.

Но что?

Я останавливаюсь в коридоре. Смотрю по сторонам.

Все кажется безжизненным.

Но почему это меня тревожит?

Сделав несколько шагов, я останавливаюсь снова.

Медленно поворачиваюсь к двери, которую никогда не открываю, и резко распахиваю ее.

Комната пуста, как и ожидалось.

И все же я знаю, что когда-то здесь что-то было. Что-то бесценное. Я в этом уверен.

Но память упорно отказывается подсказывать, что именно.

Раздосадованный, я выхожу и быстрым шагом направляюсь в свои покои.

Я распахиваю дверь и подхожу к зеркалу. Приблизившись, я смотрю на свое отражение без маски.

Моргаю.

Испуганный, я осознаю, что вижу свое лицо – настоящее, неприкрытое, а затем мои глаза перемещаются к кровати.

Сердце сжимается, живот сводит от предчувствия.

Я вижу женщину, лежащую там. Ее волосы обрамляют лицо, тело едва прикрыто тонкими шелковыми простынями моей кровати.

Не в силах остановиться, я делаю шаг.

Женщина открывает глаза и улыбается.

– Добро пожаловать домой, – звучит мягкий, ласковый голос.

Я хмурюсь.

Кто она?

Она смеется, и я понимаю, что задал этот вопрос вслух.

– Я твоя жена, – отвечает она. – Что за глупые вопросы? Иди сюда, я скучала по тебе.

Я отступаю. Хочу лишь увеличить дистанцию между нами.

– Нет. У меня дела, – слова сами срываются с языка.

Она капризно надувает губы, изгибаясь так, чтобы соблазнить меня.

Но я не чувствую ни капли влечения.

Что-то здесь не так, но я не могу понять, что именно.

– Хорошо, – произносит она наконец. – Тогда хотя бы убедись, что с детьми все в порядке.

– Детьми? – эхом повторяю я.

Она тяжело вздыхает:

– Неужели ты притворяешься, будто забыл и их тоже?

В ее взгляде вспыхивает злость. Я спешу смягчить ее обещанием проверить, как там дети, хоть сам отчаянно пытаюсь вспомнить их лица. Но у меня ничего не выходит.

Я выхожу, раздраженный и встревоженный, мои тени колышутся в такт моим шагам.

Пальцы машинально сжимают флакон в кармане, и в этот миг жар пронзает руку.

Я останавливаюсь, вытаскиваю флакон.

Он наполовину наполнен густой золотистой жидкостью.

Что-то знакомое шевелится в глубине сознания. Но прежде чем я успеваю ухватить это воспоминание, до меня доносится смех.

Я прячу флакон и иду на звук.

Открываю дверь и вижу троих детей, играющих на полу. С ними светловолосая женщина, она наблюдает с нежной улыбкой.

Я замечаю, что дети идеально сочетают в себе ее и мои черты.

Посмотрев на них мгновение, я не могу удержаться, чтобы не сделать шаг в комнату. Картина теплая и уютная, почти правильная.

Дети поворачиваются и, улыбаясь и смеясь, бросаются ко мне.

В последний миг я отступаю, не позволяя им прикоснуться ко мне. Я качаю головой и прищурившись смотрю на женщину.

Это неправильно.

Она встает, ее лицо расстроено.

– Ты ведешь себя как чудовище, – говорит она. – Не приветствуешь жену, не обнимаешь детей. Разве за такого монстра я выходила замуж?

Я качаю головой, отворачиваюсь и выхожу.

Это неправильно.

Это не мой дом.

Она… они не моя семья.

Не разбирая дороги, иду прочь, пока не оказываюсь на границе Долины Смерти. Без колебаний пробираюсь сквозь туман и выхожу на золотые поля.

Навстречу мне выбегает Кнакс. Я улыбаюсь и глажу его по морде. Впервые за