Последний в списке - Эми Доуз

Я останавливаюсь, упираю руки в бока и бросаю на нее убийственный взгляд, прежде чем продолжить. Ее губы раздвигаются, а глаза расширяются и блестят в свете охранной системы, когда она прижимается спиной к белому сайдингу.

Она выглядит как чертов ангел.

— В-третьих, ты не являешься и никогда не сможешь стать удобным трахом. На самом деле ты самый неудобный трах в моей жизни. Именно поэтому мне нужно, чтобы ты выслушала следующую часть.

— Это еще не все? — выдыхает она, касаясь пальцами своих приоткрытых губ.

— Гораздо больше, Кассандра, — рычу я, и мой голос эхом отражается от дома, пока я медленно иду к ней, изучая язык ее тела, чтобы убедиться, что не пугаю ее до чертиков.

Возможно, я пугаю сам себя.

Не уверен, что когда-либо раньше говорил так с женщиной. Даже моя бывшая жена не задевала меня так сильно.

Войдя в ее пространство, я кладу одну руку на стену у ее лица, а другой дергаю за пояс на ее талии. Ее грудь вздымается, когда я раздвигаю тонкий халатик, чтобы показать подходящий короткий комплект, в который она одета. Он зеленый, как и ее глаза. Я провожу пальцем по обнаженной части ее мягкого живота. Мой член в джинсах напрягается при воспоминании о прикосновении моих губ к ее плоти.

Я наклоняюсь к ее шее и глубоко вдыхаю, проводя носом к уху, а затем к волосам. В моей груди зарождается низкое рычание, когда до меня доносится пьянящий аромат кокоса.

Кассандра спокойная, отзывчивая и, к счастью, тихая для того, что я собираюсь сказать.

Мой голос низкий и сдержанный, когда мое дыхание касается ее уха.

— Если ты хоть на одну гребаную секунду подумаешь, что твое тело — это не все, чего я хочу... — Мой голос застревает в горле, когда я провожу ладонью по ее боку, большим пальцем скольжу по ее груди, пока пульс бешено бьется в венах. Делаю глубокий вдох, чтобы взять себя в руки. — Все, чего я так долго жаждал... — Я легонько дую на ее ключицу и наслаждаюсь дрожью, которая пробегает по ее телу. — И все, на что дрочу, когда не могу уснуть по ночам, потому что ты преследуешь меня все моменты бодрствования... — Скольжу языком по своим губам, когда отстраняюсь и жадно смотрю на ее губы. — Значит, ты не так умна, как тебе кажется.

В последней попытке доказать свою точку зрения я хватаю ее руку и кладу на свой пах, вызывая вздох с ее идеальных, пухлых губ. Ее пальцы обхватывают выпуклость моего члена, ощущая его твердость через джинсы.

Ее голова падает мне на грудь, и я наклоняю голову и шепчу ей в ухо.

— Я взрослый мужчина, и меня никогда раньше не вдохновляло делать женщине засосы. Не заблуждайся, ты не просто удобный трах, Кассандра. Ты — трах мечты.

Она смотрит мне в глаза, когда отпускает мой член, чтобы схватить меня за шею и притянуть к себе. Наши рты сливаются, языки скользят друг с другом, а мои руки бродят по ее упругим изгибам, сжимая и ощупывая, когда плотина наконец прорывается.

Я просовываю руки внутрь ее халата и скольжу ладонями вниз к ее попке, поднимая девушку на руки. Ее сильные ноги обхватывают меня, и я несу ее через открытую дверь, закрывая ее за собой, как только мы оказываемся внутри.

Именно так я ожидал что эта ночь закончится. Кассандра в моих объятиях, член плотно прижат к ее теплому центру. Если ей нужно, чтобы я говорил ей, что она чертовски красива, каждый день, чтобы поверить в это, то я так и сделаю. Сделаю это миссией своей жизни. Для нее и для Эверли.

Но об Эверли я думаю меньше всего, когда подхожу к лестнице, ведущей на верх, в ее спальню. Прижимаю задницу Кассандры к перекладинам и пользуюсь случаем, чтобы сорвать с нее халат. Мои губы находят ее грудь, я скольжу руками по ее восхитительным ногам, мои пальцы жадно впиваются в плоть, а от ее сладких звуков мой член пытается прорваться сквозь джинсы. Господи, мне нужно быть внутри нее.

Мой голос — это хриплое рычание у ее шеи, когда я говорю:

— Я все еще утверждаю, что могу перекинуть тебя через плечо, но боюсь, мои способности ограничиваются тем, что я смогу поднять тебя по этой гребаной лестнице. Только если ты не хочешь рискнуть сломать мой член в процессе.

У нее вырывается смех, и от его сексуального звучания все мое гребаное тело наполняется энергией. Я чувствую, что улыбаюсь как дурак, когда целую ее шею.

Черт, я никогда раньше не слышал, чтобы она так смеялась. Это приятный звук.

Кассандра просовывает руку между нашими слившимися телами и гладит мой член.

— Сломанный член мне ни к чему.

— Тогда быстрей карабкайся наверх. — Я подталкиваю ее к ступенькам, и она сексуально прикусывает губу.

Хихикая, девушка поворачивается, чтобы начать подъем, и я не могу удержаться, чтобы не протянуть руку и не шлепнуть ее по заднице. Она вскрикивает и замирает на лестнице, когда я задираю край ее шорт и кусаю ее сочную попку. Боже, она просто неотразима, чтобы не попробовать ее на вкус.

Кассандра поворачивается и смотрит на меня сверху вниз. Ее темные волосы касаются скул.

— Нам нужно обсудить твои извращения?

— Сначала твои, сладкие булочки. — Я одариваю ее непристойной ухмылкой, и в ее глазах вспыхивает что-то, что меня интригует, но девушка быстро поворачивается и поднимается вверх по лестнице, оставляя меня с еще большим количеством гребаных вопросов об этой няне.

Когда я добираюсь до верха, она сидит на краю кровати, выглядя раскрасневшейся и немного нервной. Я подхожу к креслу для чтения и включаю лампу, чтобы получше ее разглядеть.

Стоя над ней, я заправляю прядь волос ей за ухо.

— Ты в порядке?

— Да, — быстро отвечает она. — Почему нет?

Я хмурюсь и опускаюсь перед ней на колени, нежно кладя руки ей на бедра.

— Наверное, сначала нам стоит обсудить, что это такое.

Девушка медленно сглатывает, ее зеленые глаза завораживают меня.

— Это просто развлечение, Макс. Тебе не о чем беспокоиться.

Я серьезно смотрю на нее.

— И ты уверена, что справишься с этим?

— Да, — говорит она со смехом и протягивает руку, чтобы начать расстегивать пуговицы на моей рубашке. — Прости, что я накрутила себя в баре. Ты просто застал меня врасплох своими замашками сталкера.

Я морщусь от этого ярлыка, потому что он до ужаса точен.

— Да, прости за это. Я не из тех,