Оглушающая тишина - Наталья Малышева

Он так давно был лишен этих доступных обывателю радостей, что на секунду пожалел о своей смертельной усталости и неистовом желании поскорее оказаться дома и уснуть. Но желтая машина неслась по мокрому асфальту, оставляя где-то далеко позади и необычную художницу и все ее странные рисунки.

3 / Девушка в жёлтом платье

С открытия той выставки прошло около пары недель, в течение которых Пьеро усиленно занимался вокалом со своим педагогом в Болонье и параллельно записывал пробные сольники для предстоящего тура, чтобы выбрать, с каким материалом выступать в Европе, а с каким в Штатах и в Латинской Америке. Итальянские оперные арии чередовались с полюбившимися хитами из американских мюзиклов, а иногда и вовсе разбавлялись испанской эстрадой. И вроде бы все было как всегда, но что-то изнутри изъедало Бароне, некий внутренний неустрой, не дававший молодому человеку спокойно работать и спокойно спать по ночам.

Иной раз Пьеро пытался анализировать свое состояние, когда необъяснимая тоска особенно сильно сжимала незримыми тисками что-то внутри. Была мысль даже пойти к психологу. А потом на Бароне вдруг снизошло озарение и он отчетливо понял, чего именно ему не хватает.

Сердце парня изнывала без любви. Пьеро не хватало для гармонии с самим собой настоящего, искреннего и глубокого чувства, которое не могли заменить временные интриги с подругами-однодневками. Неожиданно для себя Бароне понял, что созрел до того, что у него появилось желание заботиться о ком-то еще кроме себя любимого.

Одним тихим весенним вечером он поделился этой мыслью с Францем. Братья в тот вечер остались в квартире одни, так как Рита ненадолго улетела к родственникам во Францию. По такому случаю Пьеро вернулся с очередной репетиции с парой бутылок отменного красного вина, которые, неожиданно быстро закончившись, и вдохновили его излить душу брату.

— В последнее время я довольно часто гощу у вас с Ритой, наблюдаю за вами и все отчетливее понимаю, что ищу такого же умиротворения и спокойствия в отношениях с девушкой. Ищу, но не могу найти...

— А что с той блондинкой из теннисного клуба?

— Меня хватило лишь на пару свиданий. Не могу сказать, что было плохо. Вовсе нет, но... Я вдруг понял, что не вижу ее рядом с собой даже спустя месяц, не говоря о более долгом сроке, а потому решил прекратить все, пока у девочки в голове не стали вырисовываться перспективы нашего совместного будущего.

— И как она восприняла ваше расставание?

— Да никак... Сказала, что ее номер у меня есть, и если я вдруг передумаю и захочу отлично провести выходные, она с удовольствием составит мне компанию. И тут мне пришло в голову, что у нее таких компаньенов на выходные может быть несметное количество...

— Собственно, как и у тебя, — резонно заметил Франц.

— Да... Но я... Я так больше не хочу. Я хочу знать, что, где бы я ни был, моя девушка ждет меня и считает дни и часы до нашей встречи,

— Хорошо, что вино закончилось. Оно делает из тебя сопливого романтика. Тебе не идет, — подвел итог всему услышанному старший брат.

Пьеро выругался себе под нос.

— Я тебе душу излил... А ты... - процедил Бароне младший чередуя цензурный текст с нецензурным.

— Вот этого парня я узнаю, — усмехнулся Франц. — Но если без шуток, то я пока слабо себе представляю, что за девушка согласится на сомнительное счастье быть с тобой рядом.

Брови Пьеро непроизвольно поползли куда-то к потолку, выдавая в парне крайнюю степень недоумения. Бароне младший от чистого сердца полагал, что быть рядом с ним — несказанная удача и безграничное удовольствие. Франц, как человек довольно проницательный, заметил удивление брата и поспешил пояснить свои выводы.

— Ты уже больше десяти лет в шоу-бизнесе. С вашим ритмом сложно мечтать о нормальной жизни, если за эти десять лет тебе удалось побывать дома на Рождество от силы пару раз. Да что я тебе объясняю, ты сам все прекрасно видел на собственном примере и из опыта Иньи и Джана. Самые продолжительные отношения у Начо были тогда, когда его половина каталась следом за ним по всему земному шару, разделяя с вами будни мирового тура. Но согласись, это трудно назвать нормальными отношениями.

Пьеро пришлось признать, что брат был абсолютно прав.

— Ты не первый, кому ради карьеры пришлось пожертвовать счастьем в личной жизни. Но разве ты не счастлив, поднимаясь на самые престижные музыкальные площадки мира? Разве не об этом ты мечтал с самого детства?

— Да прав ты, прав, — нехотя признал Бароне младший. — Но как-то мне от этого ничуть не легче... Ладно, я иду спать. Завтра утром репетиция начнется на час раньше. А мне еще в спортзал нужно успеть...

— То есть ты выедешь из дома около девяти? — уточнил Франц. Пьеро утвердительно кивнул, после чего брат продолжил. — Подкинешь меня до базилики Сан-Петронио? Мне утром нужно забрать там на площади одну вещицу.

— Без проблем.

Как и договорились, утром Пьеро подвез брата до площади возле базилики Сан-Петронио, а дальше их пути расходились. Молодой человек включил навигатор, чтобы проверить состояние дорог и решить, как ему быстрее добраться до студии. Пока подгружались карты, Бароне младший бросил взгляд в сторону площади и почти сразу отыскал среди немногочисленных прохожих фигуру брата. Франц о чем-то оживленно разговаривал с девушкой в ярко-желтом платье. Пьеро усмехнулся, так как в последнее время этот цвет неизменно сопровождал его по жизни.

Присмотревшись, с кем именно Франц так мило воркует, пока Рита в отъезде, Бароне младший чуть не подпрыгнул на автомобильном кресле. Девушкой в желтом платье оказалась Эстер, та самая художница с выставки, знакомство с которой стало довольно необычным событием среди однообразия последних месяцев.

Что-то кольнуло в сердце Пьеро. Почему Франц не сказал, что встречается именно с Эстер? Почему не взял его с собой? Хотя... Зачем бы? Пьеро сам запутался в своих чувствах и желаниях.

Эстер передала Францу небольшой сверток в крафтовой бумаге, что-то сказала, указывая на сверток, затем поцеловала Франца в щеку, как и тогда в галерее, и, помахав на прощание рукой, направилась в сторону книжного магазина.

Пьеро поспешил отъехать от площади, пока Франц не успел повернуться в его сторону и заметить сиявшую на солнце желтую Ауди, все еще припаркованную там же, где он ее и оставил.

Эстер. Две недели Пьеро абсолютно не вспоминал о приятельнице брата, но стоило ему увидеть ее этим утром, как что-то необъяснимо новое защемило в груди. К своему собственному удивлению молодой человек вдруг