Бриджит Джонс без ума от мальчишки - Хелен Филдинг

Я швырнула пульты на диван и, подражая соседке, танцующей походкой двинулась к плите, чтобы поставить чайник.

– Мама! – рассмеялся Билли. – Ты опять все выключила!

20:30. В конце концов все устроилось как нельзя лучше. Билли поиграл в приставку, Мейбл посмотрела «Губку-Боба», а я полежала на диване с чашкой кофе и газетой. Потом мы вместе отправились гулять в Хэмпстед-Хит[26], и пока дети вертелись на каруселях, я думала о мистере Кожаная Куртка и о том, как приятно было с ним целоваться. От этих мыслей я снова почувствовала себя сексуально и в конце концов пришла к выводу, что Том абсолютно прав, и мне необходимо жить, как живут все нормальные женщины. Пожалуй, даже будет не очень плохо, если в моей жизни появится какой-нибудь мужчина, а раз так, позвоню-ка я Талите и возьму у нее номер мистера Кожаная Куртка.

Как говорится, попытка не пытка, верно?

61 кг; калорий – 3250; проверка поступивших эсэмэсок от мистера Кожаная Куртка – 27 раз; эсэмэсок от мистера Кожаная Куртка – 0; покаянных мыслей – 47.

02:00. Все ужасно! Отправила эсэмэску Талите с просьбой прислать мне номер мистера Кожаная Куртка. Только что получила ответ: оказывается, она не только взяла у него номер, но и дала ему мой! Этого вполне хватило, чтобы я утратила уверенность в себе. Если у него есть мой телефон, тогда почему он не звонит?!

05:00. Больше никогда, никогда не буду иметь дел с мужчинами! За прошедшие годы я совершенно забыла, какая это пытка – ждать звонка и гадать, почему он не звонит.

21:15. Уложила детей, приготовила все к школе и пребываю в растрепанных чувствах. Почему мистер Кожаная Куртка не позвонил или не прислал сообщение? Почему?! Несомненно, он считает меня безумной старухой, которая отчаянно хватается за самый призрачный шанс, – и он абсолютно прав. А самое обидное, что я сама во всем виновата. Решено, отныне буду просто матерью, чтобы мои дети, приходя из школы, каждый день получали на обед свежеприготовленную рисовую запеканку и пудинг с вареньем на десерт. Вечером буду читать им «Ласточки против Амазонок» и укладывать в постель, а потом… Да, что потом? Смотреть до посинения «Аббатство Даунтон», мечтать о сексе с Мэттью[27], а по утрам заливать кипятком «Витабикс» для Мейбл?

21:16. Позвонила Талите и все ей рассказала. Она сейчас приедет.

21:45. – Будь так добра, смешай мне что-нибудь выпить.

Я налила ей ее любимую водку с содовой.

– Все это началось только потому, – начала Талита, делая из бокала хороший глоток, – что какой-то парень, с которым ты разговаривала меньше минуты, тебе не перезвонил. Ты раскрылась навстречу возможностям, которые предлагает жизнь, а теперь тебе кажется, будто их грубо выхватили у тебя из-под носа. Что ж… Закономерный вопрос, дорогая: почему бы тебе не позвонить ему самой? На худой конец можно послать эсэмэску…

– Никогда не гоняйся за мужчиной, это не принесет ничего, кроме разочарования, – процитировала я слова, которые мы твердили как мантру в те годы, когда всем нам было чуть за тридцать. – Анжелика Хьюстон никогда не звонила Джеку Николсону.

– Ты понятия не имеешь, о чем толкуешь, дорогая. С тех пор многое изменилось. В те времена не было текстовых сообщений. Электронной почты – и той не было, и людям приходилось объясняться друг с другом исключительно по телефону. Кроме того, современные молодые женщины отличаются значительно большей сексуальной агрессивностью, тогда как мужчины стали еще ленивее. Чтобы мужик тобой заинтересовался, надо его как минимум стимулировать.

– Не вздумай ничего ему писать! – Я сделала попытку завладеть мобильником, который Талита достала из сумочки.

– Я и не собиралась, – ответила она. – Все уже сделано. Когда мы обменивались телефонами, мне удалось тонко намекнуть этому парню, что ты – вдова…

– Ты сказала ему?!

– А что тут такого? Быть вдовой лучше, чем разведенной. Это романтично и оригинально.

– То есть, если называть вещи своими именами, ты используешь смерть Марка, чтобы свести меня с мистером Кожаная Куртка?

Талита не успела ответить. Наверху послышались шаги, и на площадке лестницы появился заспанный Билли.

– Мама, я забыл сделать уроки!

– Поздоровайся с тетей Талитой, – машинально подсказала я. – И когда здороваешься, обязательно смотри на человека, а не в потолок. – Интересно, почему родители придают такое большое значение правилам вежливости? Поздоровайся. Скажи «пожалуйста». Скажи «Спасибо, папа и мама, за то, что вы произвели меня на свет»… С другой стороны, если не обучить детей правилам этикета до того, как они окажутся в реальной жизненной ситуации, нет никакого смысла…

– Привет, Талита!

– Привет, дорогой, – отозвалась Талита, не поднимая головы. – Он у тебя ужасно милый!

– Ты сделал уроки, – напомнила я. – Мы с тобой еще в пятницу вместе решили все задачи.

– Хорошо, а как насчет вот этой проблемы? – Талита бросила на меня быстрый взгляд, потом снова уткнулась в телефон.

– Там был еще листок, – сказал Билли. – Вот, смотри… Это по труду.

О господи, только не труд! Последние полтора месяца Билли мастерил из обрезков фетра мышонка. Когда же работа была закончена, ему выдали несколько проверочных листков с абстрактно-концептуальными вопросами. Листок, который сын держал в руке, я мельком видела. Среди прочих меня буквально потряс вопрос: «Чего вы хотели достичь, когда создавали свою мышь?»

Мы с Билли переглянулись в полном отчаянии. Хотела бы я знать, как именно нужно отвечать на подобный вопрос – развернуто или сжато, максимально конкретно или в глобально-философском ключе?..

– Ну, давай попробуем… – вздохнула я, протягивая Билли карандаш. Он сел на диван и довольно быстро вывел на листке:

«Я хотел, чтобы у меня была мышь».

– Молодец, – похвалила я. – Отлично, просто отлично. А теперь давай-ка я уложу тебя в постельку.

Он кивнул и взял меня за руку.

– До свидания, Талита.

Мейбл спала на нижней койке, крепко прижимая к себе Слюню и развернувшись головой к ногам.

– Мам, полежи со мной, – попросил Билли, вскарабкавшись к себе. Я подумала об оставшейся внизу Талите и, взобравшись за сыном на верхнюю койку, легла на свободное место между Пуфлей номер Один, Медвежонком Марио и Мистером Лошадкой.