Теряя надежду - Юлия Динэра

— Здарова бро!

Парень выглядит старше Рената. Они пожимают руки и хлопают друг друга по плечу. Черноволосый чувак со шрамом под правым глазом смотрит на меня.

— Что за цыпочка, бро?

Ренат, только открывает рот, чтобы что-то сказать, но я опережаю его.

— Я тебе не цыпочка, бро. — Я понижаю голос, парадируя его «бро».

— Мы здесь, не любим нахалок, принцесса. — Он приближается ко мне, но чувак из группы поддержки перекрывает ему путь.

— Полегче. Она не из наших.

Что значит «Не из наших»?

— Тогда, зачем ты привез ее сюда? Ты знаешь правила, бро.

— Мне плевать.

— Биру это не понравится.

— Срать мне на Бира, он мне не указ.

— Я просто предупредил. Ты мог, пустить на фарш, хоть все пальцы Дарка, но Бир, ты же знаешь его… Ты же не..? О, святое дерьмо.

— О, заткнись.

Бир, Дарк, что за имена? Господи, куда я попала?

— Пойдем. — Ренат кивает мне, и я следую за ним.

— Кто эти люди? — В полголоса спрашиваю я. — Твои друзья?

— Можно и так сказать.

— Кто такие Бир и Дарк?

— Не важно.

— Ну ладно.

Мы подошли к столу. Трое чуваков играют в карты, рядом с ними сидят две девушки, похожие на гоу-гоу танцовщиц. Ренат прочищает горло, и все смотрят на нас.

— Это Женя, привез ее на экскурсию.

— Она же.. — Произносит парень лет двадцати пяти на вид. Волосы его по бокам сострижены и выкрашены в рыжий цвет, короткий ирокез цвета смолы уложен гелем, и выглядит это ужасно, на мой взгляд.

— Заткнись. — Рычит парень из группы поддержки.

Я конечно, до этого никогда не была в логове байкеров, но вся эта ситуация более странная, чем я могла подумать, я будто оказалась по ту сторону мира. Никогда не слышала более дурацких прозвищ, и более загадочных фразочек.

— Бир скоро приедет. — Говорит парень с татуировкой змеи на шее. Из-под кожаной куртки, я вижу только ее голову и длинный язык. Интересно, откуда начинается эта татуировка.

— Ладно. Пойду, покажу даме окрестности.

В настроении Рената что-то изменилось, когда мы приехали сюда. Он больше не выглядел забавным достающим меня мальчиком. Он стал серьезным, отстраненным и каким-то дерганным. Будто, очень волновался.

— Ты часто зависаешь здесь? — Спрашиваю я, когда мы подходим к куче покрышек сваленных у большого дерева. Ренат плюхается на одну из них, а я продолжаю стоять.

— Почти каждый день. — Он проводит рукой по лицу.

— Это типа секты? Чем вы тут занимаетесь? Убийства, жертвоприношения?

Я усмехаюсь. Чувак из группы поддержки никак не реагирует, он не смотрит на меня, его локти уперты в колени, руки придерживают голову, глаза закрыты. Я не понимаю, зачем я здесь. Я не боюсь этого парня, но эта обстановка постепенно нагоняет ужас, я чувствую себя некомфортно. Я в лесу в нескольких километрах от города с парнем, который без всякого труда может лишить человека пальца. Я думаю, мне пора начинать волноваться.

Я присаживаюсь на корточки, напротив Рената.

— Зачем, ты меня сюда привез? Ты знаешь, что я не боюсь тебя, но это все мне не нравится.

Он поднимает голову и смотрит мне в глаза, скрещивает руки у своего рта и продолжает смотреть, а я жду, когда он ответит. Я хочу прочитать, что отражает его лицо, но не могу. Его взгляд хмурый и вдумчивый, он бегает по всему моему лицу и волосам, будто что-то пытаясь найти. Внезапно, Ренат встает и хватает меня за руку, увлекая за собой. Я чуть не падаю, зацепившись правой ногой за левую.

— Эй, куда ты меня тащишь? — Я пытаюсь вырвать руку. Парень из группы поддержки чуть ли не бежит, а я тащусь за ним.

— Эй, кретин! Я с тобой говорю. — Я начинаю беситься и сожалеть, что вообще поехала с ним.

Мы выходим на саму мото-площадь, Ренат свистит, и все оборачиваются на нас.

— Я надеюсь, вы ребята умеете держать языки за зубами, потому что, если нет, вы знаете, что будет, и так же вы знаете, что Бир вам не поможет. Эта девушка. — Чувак из группы поддержки указывает на меня. — Ее никогда здесь не было. Ясно? Вы никогда ее не видели. Я был здесь один.

— Мы поняли, бро. — Кричит парень со шрамом.

— Мы уезжаем. — Шепчет мне Ренат.

— Что происходит?

— Быстро. — Он тянет меня к байку, запрыгивает на него, а потом протягивает мне шлем.

Сорок второй день в городе N

Мы не поговорили с Жанной, мы попали под дождь, мы застряли на дурацкой дороге черт знает где, и нас вытащили только около трех часов дня. Когда закончился дождь, мы вышли на главную дорогу и остановили первую попавшуюся машину. За рулем оказалась девушка и, кроме того, чтобы дать нам позвонить, она ничем не могла нам помочь. Мы были похожи на бродяг, и блондинка на красной «Тойоте», даже какое-то время колебалась, чтобы дать нам телефон, странно что она вообще остановилась.

Возвращение домой для меня было волнующим, потому что там нас встретила мама.

— Господи, где вас носило?

Мы с «исчадием ада», похожие на оборванцев, стояли у порога. Вид у нас был, как у провинившихся школьников.

— Жеесть. — К нам подъехала Альбина. Она что-то жевала, и выглядела так, будто сейчас заржет. Мы с Андреем переглянулись.

— Я спрашиваю, где вы были?

— Мам. — Говорю я, но «исчадие ада» перебивает.

— Извините, теть Лор, это моя вина. Дурацкая ситуация вышла..

— Я думала, что-то случилось. Вы оба пропали, дозвониться до вас невозможно, я черт знает, что тут надумала себе.

— Мам, извини.

— Ладно, живо в душ, переодевайтесь и к столу, потом поговорим.

— Боже, я умираю с голода. — Говоря я.

— Я не пущу тебя в таком виде за стол. И скажи спасибо, что я не спрашиваю, почему ты вообще в таком виде.

— Мы..

— Живо в душ. Андрей, а ты задержись на минутку, пожалуйста.

Я поднимаюсь вверх по лестнице, оглядываясь назад. Мама провожает меня косым взглядом, а Альбина поджимает губы, сдерживая смех. Мне нравится видеть сестру в таком настроении, нравится видеть, что хоть кого-то забавляет эта дебильная ситуация.

Приняв душ, я закутываюсь в теплый махровый халат и спускаюсь вниз, на кухню. От запаха еды, мой желудок начинает «разговаривать». Я чувствую запах, запеченной в духовке курицы, потом я нахожу эту курицу на столе. Господи, я сейчас умру от желания, затолкать себе ее в рот. Я сажусь на стул, мама присаживается напротив. Андрей, как всегда с Альбиной, по правую сторону от меня.