Теряя надежду - Юлия Динэра

Выходя из центра, я увидела, знакомый мне байк и знакомую спину, облокотившуюся на него. За все эти дни, я представила себе десяток картин, что могло приключиться с Ренатом. Я предполагала, что он разбился на мотоцикле, что один из его дружков прибил его в лесу, даже что он покончил с собой, а он стоит тут и покуривает сигарету. Он меня не видит, я и не хочу, поэтому я осторожно спускаюсь по порожкам и пытаюсь незаметно проскочить. Я натягиваю на голову капюшон своей толстовки, стараясь затолкать туда копну рыжих волос, перекидываю сумку через плечо и уверенно шагаю вперед.

— Куда-то спешим? — Слышу я. — Насколько я знаю, у тебя еще есть пол часа до работы.

Черт! Как он меня заметил? Засунув руки в карманы, я разворачиваюсь на пятках и молча смотрю. Ренат выбрасывает сигарету, тушит ее ботинком и идет ко мне. Он снимает с меня капюшон и приглаживает мои растрепавшиеся волосы.

— Думала, я не узнаю тебя в нем?

Я как дура, пожимаю плечами и молчу.

— Скучала по мне? — Спрашивает он, ухмыляясь.

— Еще чего. — Говорю я.

— Я не собирался, снова появляться, но тут такое дело.. — Ренат трет переносицу. — Нам нужно где-то поговорить.

— Говори.

Он берет меня за предплечье и оглядывается по сторонам.

— Не здесь. Пойдем, знаю одно место.

Мы идем по улице вдоль дороги, Ренат постоянно смотрит по сторонам, он нервничает и меня это бесит. Три раза свернув налево, мы выходим в какие-то мало знакомые мне дворы. Мы заходим в двух этажный недостроенный кирпичный дом и спускаемся в подвал. Ренат достает из кармана ключ, открывает большой дверной замок и толкает железную дверь, проходит вперед и ведет меня вниз. Помещение холодное, но кажется уютным. Комната около пятнадцати квадратных метров, в углу стоит телевизор с «ди ви ди», по правой стене от двери разложенный диван, напротив два кресла, на полу большой немного затоптанный ковер. Интересно, что это за комната?

— Присаживайся.

Я сажусь на диван, чувак из группы поддержки рядом.

— Ты типа зависаешь здесь?

— Ага. Никто не знает про это место. Этот дом бросили строить пару лет назад.

— Ну и, зачем мы сюда пришли?

— Я хотел сказать, чтобы ты была осторожней. Не ходи туда, куда не следует, не связывайся с ребятами, которые похожи на тех, что ты видела в лесу.

— Что? Зачем ты говоришь мне это?

— Какой-то чмошник рассказал о тебе Биру. Я пока не знаю, кто из этих ублюдков сделал это, но..

— Какой к черту Бир? Какое я имею отношение к этому Биру и вашей шайке?

— Нельзя, чтобы нас видели. Поэтому, скорее всего мы больше не увидимся.

— Ты больше не вернешься в центр?

— Меня давно нет в списках. — Он улыбается.

— То есть? — Я не понимаю.

— Около месяца назад, предки разрешили бросить мне эту богадельню, но появилась ты.

— Ты хочешь сказать.. — Я не верю своим ушам.

— Да, я ходил туда из-за тебя.

— Но, почему? — Я хмурюсь.

— Мне нравилось наблюдать за тобой и все еще нравится. — Ренат кладет свою ладонь мне на щеку и я закрываю глаза. Как давно, я не чувствовала ничего подобного. Знакомое тепло растекается по моему телу, внутри что-то трепещет. Неужели, мне нравится чувак? Неужели, я все еще могу это чувствовать. От осознания этого, я слегка улыбаюсь и открываю глаза. Еще несколько секунд мы смотрим друг на друга, потом парень уже не из группы поддержки убирает руку с моего лица и встает.

— Нужно идти. Выходи первой, я пойду сзади, буду держаться от тебя на расстоянии нескольких метров. Иди и не оглядывайся, но знай, что я позади. Поняла?

Я кивнула.

— Ты не расскажешь мне, что происходит?

— Нет. — Резко отвечает он.

— Тогда, почему я должна слушаться тебя, если ты ни черта не говоришь?

— Потому что ты веришь мне.

— Ну, да. С чего ты взял? Я даже не знаю, кто ты.

— При одном из наших первых разговоров, ты утверждала обратное.

— Я просто, просто. — Я замолкаю, не зная, что сказать.

Я выхожу на улицу, не оборачиваюсь, как и сказал Ренат. Не понимаю, почему, но чувствую, что могу ему верить, и еще чувствую, что мы во что-то вляпались, хотя я уж точно не могла никуда вляпаться. Я почти ни с кем здесь не знакома, я хожу на работу и в группу поддержки, я бываю в продуктовом магазине пару раз в неделю. Я понимаю, что этот идиот Ренат, запросто мог вляпаться в какую-то хрень, но у меня в голове, не укладывается, причем здесь я. Кто такой Бир? И почему я должна бояться этих людей, когда не имею к ним никакого отношения?

Подойдя к книжному, я останавливаюсь и все же решаю обернуться. Чувак уже не из группы поддержки стоит, облокотившись на соседнее красное здание почты.

— Я освобожусь в восемь. — Говорю я и вхожу в магазин.

Я определенно, хочу встретиться с этим сумасшедшим загадочным парнем еще раз. Я сказала, что работаю до восьми, это означало, что я буду ждать его в это время. Я не надеюсь, что он придет, и в глубине души, я даже опасаюсь, что он придет. Я не буду его ждать, больше чем тридцать секунд, я выйду из магазина ровно в восемь и, если его не будет, я сразу же пойду домой.

Пятьдесят второй день в городе N

Я уволилась с работы, поэтому уже почти две недели сижу дома. С Альбиной проблем не возникает, мне нравится проводить с ней время, и помогать ей, это не занимает так много времени, как я думала. Утром и вечером с ней мама и «исчадие ада», а днем я. Мы экспериментируем на кухне, смотрим фильмы. Каждый день я вывожу Альбину на улицу, мы гуляем по торговому центру, который ближе всего к нашему дому. Пару раз мы гуляли в парке на набережной, кормили птиц, и даже пели караоке на площади. В такие моменты, я действительно, ощущаю нас семьей. Я счастлива, когда моя сестра улыбается, а сейчас я часто вижу ее улыбку. С Андреем мы видимся почти каждый день, так как он все еще живет у нас дома. Мы сталкиваемся либо на кухне, либо у Альбины в комнате. Мы почти не разговариваем, после той ситуации в моей комнате. Для видимости общения, мы можем перекинуться парой незамысловатых фраз. Честно говоря, я стараюсь его избегать, но это не так просто, живя под одной крышей. К ужину я обычно не выхожу, хотя в последнее время, мама вдруг с чего-то начала волноваться о том, что я очень худая, и заставляет меня ужинать вместе со всеми. А под прицелом глаз «исчадия ада» кусок в горло не лезет. Когда он смотрит на меня, мне хочется заползти под стол и не выползать оттуда, пока Андрей не исчезнет с горизонта. Я и раньше чувствовала дискомфорт в его присутствии, но теперь все стало еще более невыносимей. Мы как нашкодившие дети «выглядываем из-за угла», мы почти не разговариваем, даже не хамим друг другу, мы только переглядываемся, а точнее «исчадие ада» испепеляет меня взглядом изо дня в день, а всегда отвожу глаза, потому что мне не нравится, этот зрительный контакт. Лучше бы мы «грызли» друг друга. Иногда, мне хочется наброситься на Андрея и избить до полусмерти. Откуда во мне столько злости, я не знаю. Порой, мне даже саму себя хочется ударить.