Поцелуй опасного мужчины - Синди Майерс

– Значит, мы где-то здесь. – Она ткнула в пересечение реки и дороги на карте и затем повела палец к нарисованному ручкой кружку вверху листа. – Недалеко отсюда.

– За исключением этой отметки ни на одной дороге нет номера или названия. Это могут быть туристические тропы, еле заметные и короткие. Никаких пояснений к карте или указания на ее масштаб тоже нет, и определить расстояние между точками нельзя.

– Да, ничего знакомого. Пока не за что зацепиться.

Он отложил карту в сторону. Следующим в пачке был буклет.

– Это… не по-русски ли? – Андреа взглянула на первую страницу буклета.

– Похоже на то. – Джек перелистал буклет, но перевести хоть слово из кириллического текста не смог. Отложил его в сторону.

Последним в пачке оказался лабораторный отчет, с указанием процентного содержания разных минералов в основной выборке. Взгляд Джека остановился на слове «уран». Андреа тоже его заметила.

– Они добывают в Колорадо уран, – сказала она. – Или раньше добывали.

Он положил бумаги обратно в рюкзак.

– Надо будет как следует со всем этим разобраться. А сейчас поехали отсюда. Я отвезу тебя с Ианом домой и оттуда свяжусь со своими товарищами.

В комнату вбежал Иан.

– А ты сходишь со мной на речку, Джек? – спросил он.

– Сейчас некогда, дружище. – Джек хлопнул его по спине. – Пора возвращаться домой.

– А ты поедешь с нами?

– Да, поеду.

Через несколько минут они уже собрались. Андреа хотела навести порядок в доме, но Джек ее отговорил:

– Криминалисты так или иначе все перевернут вверх дном.

– Пожалуй, ты прав. Просто не хочется оставлять грязные тарелки в раковине и незаправленную постель.

– Не бери в голову, лучше расслабься по дороге, – заметил он, ведя ее к машине.

Джек освободил для Иана место на заднем сиденье, и тот пристегнулся ремнем. Пока они выезжали из лагеря, никто не произнес ни слова, только Андреа бросила взгляд на остатки сгоревшего дома. На дороге до хайвея им никто не встретился.

– Как думаешь, та машина еще стоит на мосту? – с тревогой в голосе спросила Андреа.

– Если стоит, надо будет ее передвинуть, чтобы мы могли проехать.

– А у нас это получится?

– У меня в багажнике есть пара цепей с крюками. Однако никакой машины на мосту не было. Да и самого моста почти не было видно. Его занесло снегом по самые перила, а дорога к нему была одним сплошным сугробом.

– Снегоочистители явно пока сюда не добрались, – заметила Андреа.

– Конечно.

Не очень хорошая новость. Время работало на Андерсона и его дружков, помогало им скрыться.

– А как мы здесь проедем? – спросил Иан.

В глазах Андреа застыл такой же вопрос. Джек посмотрел на снежные заносы. Он вряд ли решился бы их пересечь, даже если бы находился в машине один.

– Придется вернуться в лагерь. Позвоню в наш штаб и попрошу прислать помощь.

По пути обратно Андреа не произнесла ни слова, лишь сидела с бледным лицом и так сжимала края сиденья, что костяшки ее пальцев побелели. Джек припарковался у домика, в котором они переночевали, и они снова в него вошли. Андреа рухнула на диван, а Иан лег рядом с ней.

– Что мы теперь будем делать, мама? – спросил он.

– Посидим тихонько, пока Джек будет звонить по телефону.

Он набрал номер спецагента, который занимался их делом.

– Блессинг! – прогудел басовитый голос.

– Джек Прескотт. У меня проблемы.

– Какие проблемы? Где вы?

– Все еще в лагере рыболовов. Снегопад прекратился, но дороги занесены. Без посторонней помощи нам отсюда не выбраться.

– Вам, доктору Макнейл и ее сыну ничто не угрожает?

– Нет, ничего.

– Я свяжусь с местной полицией. Они лучше знают, когда какие дороги будут расчищаться. Но все равно раньше чем через несколько часов вас оттуда не вызволят.

– Понимаю. Дайте им этот мой номер. Описать вам Андерсона и тех двоих?

– Похоже, тот, которого убили, нам знаком. Это Джерри Алтенхауз. Лет десять назад его посадили за вымогательство, и в тюрьме он снюхался с Андерсоном. Их несколько раз видели вместе. А вот кто третий – непонятно.

– А какие-то связи с Дуэйном Бресвудом не прослеживаются?

– Разве что у Андерсона.

– Есть что-то новое о Бресвуде?

– Агент Прескотт, вы все еще в отпуске по ранению.

– Но я остаюсь членом вашей команды. Блессинг не то вздохнул, не то простонал.

– У нас есть ниточка к Бресвуду, и мы этим занимаемся. Мы уже знаем, что он жив и отнюдь не сидит сложа руки.

– Я осмотрел лагерь и нашел рюкзак с документами, которые могут оказаться полезными. Я захвачу их с собой, когда мы будем отсюда уезжать, и эксперты их осмотрят.

– Еще что-нибудь важное?

Джек посмотрел на диван, но Иан с Андреа увлеченно играли в крестики-нолики на листе бумаги, который нашли на полке. Он понизил голос:

– Человек, которого застрелили, – его тела здесь нет. Не знаю, забрали ли его Андерсон с дружком, или он сам пришел в себя и ушел. Хотя это маловероятно. В него стреляли в упор, в спину, из револьвера 44-го калибра.

– В спину? – резко спросил Блессинг.

– Он собирался застрелить меня, но Андреа – доктор Макнейл – в этот момент выстрелила в него самого.

– Все это должно быть в вашем отчете.

– Да, сэр. – Джек подавил в себе желание заметить, что для составления такого отчета ему надо получить разрешение вернуться к работе.

От сдавленного голоса Андреа и смертельной бледности ее лица у Джека замерло сердце.

– Сэр, мне надо идти.

– Держитесь и ни во что не ввязывайтесь. Я буду на связи, – сказал Блессинг.

Джек положил телефон в карман, подошел к Андреа и взял ее за руку:

– Что случилось?

Взглянув искоса на Иана, который сидел у кофейного столика и выводил какие-то каракули на клочке бумаги, она потянула Джека в кухню. Ее всю трясло:

– Да что такое? – переспросил он. – Ты дрожишь как осиновый лист.

– Пока нас не было, кто-то сюда заходил. Кто-то был в доме. – Их взгляды встретились, и ее глаза потемнели от страха и ненависти. – Мы здесь больше не одни, Джек. И у меня очень нехорошие предчувствия.

Джек проверил револьвер в кармане куртки. – А почему ты решила, что здесь кто-то был? Она показала на кухонный стол с остатками их завтрака: