Дом холодных сердец - Тея Авари

близко, что казалось, его ресницы касаются ее виска. Ева зажмурилась…

Но вампир лишь запечатлел на челе девушки целомудренный поцелуй.

– Спокойной ночи, Ева, – тихо прошептал он, отпуская ее, – пусть твои сны будут мирными, как сегодняшняя ночь.

Он скрылся в темноте ночного сада, оставив взволнованную девушку одну на крыльце дома. Прогулка с Евой взволновала его. Он чувствовал ускорившееся биение ее сердца, видел, как она смутилась и покраснела. Какой же невинной она была! Ее доброе сердце согласилось помочь им, осталось лишь уберечь ее саму.

Оставшись один, Кассий посвятил всю ночь изучению древнего текста. Вновь и вновь вчитывался в кривые мелкие буквы и размышлял, все ли они имеют для удачного совершения ритуала.

А под утро, следуя к месту своего сна, Кассий встретил братьев. Торн, по своему обыкновению, развалился в кресле, держа в руках свернутый лист бумаги, и явно ждал его, Кассия, чтобы поделиться новостью. Милтос нервно мерил шагами комнату.

– Письмо от Каэдэс, – объявил Торн, ухмыляясь и помахивая листком бумаги. – Ждут нас на коленопреклонение. И кстати, требуют, чтобы мы привели девчонку.

Кассий вырвал письмо из его рук. Несколько раз перечитал и нахмурился.

– Откуда Каэдэс вообще узнали про нее? – спросил он.

– Хороший вопрос, – откликнулся Торн. – Кто из вас, мерзавцев, проболтался?

– Отвечай лучше за себя, – рыкнул на него Милтос. – Мы безвылазно сидим в этой халупе. Это ты пропадаешь по ночам и вечно играешь с огнем, ища встречи с людьми.

– Но именно ты недавно был в деревне, – справедливо заметил Кассий.

Спор снова перерос в рычание и шипение и напоминал волчью свору, пока терпению Торна не пришел конец.

– Нет, с вами действительно скоро превратишься в зверя! – сказал он, откидываясь на спинку кресла. – Вот что. Пораскиньте-ка лучше мозгами, что мы теперь можем сделать.

– Не приводить ее, – тут же предложил Кассий.

Он очень не хотел рисковать Евой.

– Хорошая идея, – согласился Торн, вырисовывая на лице саркастическую полуулыбку. – Согласишься заплатить за это своей головой?

– Скорее отдам ваши, – устало ответил Кассий.

– Я в тебе не сомневался, брат.

Обменявшись шпильками, они замолчали, обдумывая варианты.

– Нет, – покачал головой Торн. – Все-таки мы должны привести ее. И защитить любой ценой.

– Что, если Каэдэс задумали убить ее? – спросил Кассий.

– Найдем другую, – хмыкнул Милтос. – Делов-то…

– Другую? – Челюсть Кассия сжалась от гнева, а глаза запылали яростью. – Другую?! Где ты найдешь такую «другую»? Это Ламия не знала меры, рожая тварей, таких же чудовищ, как мы. А отыскать дитя Астарты – подобно чуду!

– Согласен, – кивнул Торн. – За всю свою жизнь я не видел ни одной.

– Так поискал бы получше, – язвительно прошипел Милтос. – А то пока ты способен лишь рыскать по деревням да проверять девок на невинность.

– Замолкни, пока я не выкинул тебя наружу и не оставил там, чтобы солнце спалило тебя до состояния головешки, – процедил Торн.

Милтос собирался было ответить, грубо и вызывающе, но в ссору вмешался звонкий голос:

– Господа! Что произошло? В чем причина вашей распри?

Это была Ева, спускающаяся, чтобы помочь Альбе с утренними хлопотами.

– Почему ты не спишь?

Кассий поспешил к девушке, галантно подав ей руку, чтобы та преодолела последние две ступеньки. Жест необязательный, но приятный.

– Вот-вот рассветет, – пояснила девушка. – В монастыре принято вставать рано. К тому же мне хотелось еще застать вас бодрствующими.

Вампиры переглянулись между собой.

Эти слова Евы были простыми, но отчего-то бальзамом пролились на сердце каждого, так что пыл ссоры просто захлебнулся в смятении перед добротой души девушки.

– Надеюсь, у тебя есть наряды поприличнее? – спросил Милтос, чувствуя, что не может совладать с внезапным порывом сказать какую-нибудь гадость.

Кассий остолбенел от такой наглости брата. Торн страдальчески закатил глаза.

Ева смутилась.

– У меня немного вещей, – сказала она, разглядывая носки своих туфель. – А вам… не нравится, как я выгляжу?

– Очень нравится, – поспешил успокоить ее Кассий, – и мы решим все вопросы с нарядом, не беспокойся.

Ева решительно ничего не понимала.

– А почему мне надо беспокоиться? – спросила она и, поняв, что вытрясти из братьев правду будет не так-то просто, тут же переключилась на «учительский» тон, который использовала в монастыре при обучении младшегодок. – Рассказывайте немедленно, что у вас здесь происходит!

Смена тона вампиров огорошила. Они уставились на Еву так, словно действительно в чем-то провинились, затем снова переглянулись.

Кассий протянул ей письмо:

– Ты приглашена на бал вампиров, Ева.

– Вопрос, хочешь ли ты на нем оказаться? – добавил Торн, оценивающе глядя на девушку.

– И быть съеденной, – не забыл украсить «вишенкой» гору новостей Милтос.

Ева вчиталась в написанное. Еще и еще.

– Тут написано, что, если я не приду, не сносить вам голов… – произнесла она и недоуменно посмотрела на братьев.

– О наших головах не беспокойся, – сказал Торн, поднимаясь из кресла. – Беспокойся о своей.

Он подошел к девушке и, кажется, впервые за все время внимательно вгляделся в ее глаза.

– Уже утро, – тихо сказал он, словно их взгляд его ослепил, – чудовища должны спать, давая юным девам от них отдохнуть. А ты. – Он вздернул руку, будто хотел коснуться лица Евы, но тут же одернул себя, бессильно сжав пальцы в кулак. – Ты должна больше спать, иначе растеряешь всю свою красоту. Не стоит жертвовать сном ради мимолетных встреч с Кассием…

Сказав это, Торн стремительно удалился из зала. И пока Ева ошеломленно провожала его взглядом, его место занял Милтос, добавивший язвительное:

– Впрочем, ты и так не очень-то красива…

Выпалив грубые слова, он тоже ушел и оставил Еву один на один с Кассием.

– Что это с ними?.. – спросила она среднего брата.

Кассий пожал плечами и хладнокровно солгал:

– Понятия не имею.

На самом деле он понимал: как бы те ни отрицали, сердца братьев начинает точить червь изводящей ревности.

* * *

– Обязательно нужно ехать, – постановила Альба за завтраком, услышав новость от Евы. – Если ты не явишься, они нагрянут сюда сами. И тогда нам всем точно несдобровать.

Ева посмотрела на Астэс, сидящую рядом и уплетающую кашу.

– Про девочку, похоже, они не знают, раз не сказали ни слова, – подумав, заключила Альба. – Пусть так и остается.

– А что, если меня убьют? – спросила Ева.

Она размышляла: может, ей стоило покинуть поместье навсегда и забыть все, как страшный сон? Но куда ни посмотри, во всех возможных вариантах будущего ей грозила смертельная опасность. А в некоторых случаях – не только ей.

– Не бойся вампиров, деточка, – отмахнулась Альба. – Я ведь их не боюсь. Сама к ним пришла. Они давно не жрут людей, как скот. А старейшие из них контролируют младших,