Танец С Врагом. Эхо потерянных воспоминаний - Алекса Корр

и вернулся в таверну, где отлично выспался, несмотря на шум от застолья с нижнего этажа. А на следующий день при полном параде входил в бальный зал королевского дворца Аркании.

Хоть я и не особо верил, что наш кристалл возможно обмануть какими-то артефактами, но всё равно было интересно взглянуть вживую на эту Дайри Вельскую, которая так сильно кому-то не угодила.

И каково же было моё удивление, когда моя вчерашняя незнакомка и оказалась этой Дайри Вельской!

А потом я почувствовал тот же раздражающий запах, как и от записки от … её родной сестры! Это что же получается, родная сестра пытается избавиться от конкурентки? Хотя, чему я удивляюсь? Это же людишки! Но стало интересно, а зачем это сестрице надо было, в чём соперничество? Присмотрелся и заметил, как эта дамочка бросает украдкой взгляды на хлыща, который трется около Дайри.

Даже жалость проснулась к вчерашней незнакомке. Ненавижу подлость, ненавижу лицемерие…

Но, какие бы ни были мотивы отправительницы записки, стоило всё же проверить то, что было написано. И я решил проверить девчонку во время танца. Это было проще всего, а заодно и пообщаться можно будет. Да, танцы, которые танцевали у людей на балах, отличались от наших, но, как наследник Повелителя, я в своё время получил неплохое образование, и людские традиции и танцы тоже входили в обучение, а поэтому решил тряхнуть стариной и вспомнить уроки учителей. Пригласил виконтессу на танец и аккуратно прощупал её своей магией. И да, уловил едва ощутимый отголосок силы. Прикрыта артефактом?

Разговорились, рассказал про миниатюру, а потом разговор плавно перешел на её родственников. Какая же она наивная и доверчивая! Как любит свою гадюку-сестрицу и даже мысли не допускает, что родственники могут нанести удар в спину.

А дальше… Дальше окончание танца и время принимать решение. Никто не имеет права обманывать нас! Оставь я всё так, как было, людишки совсем страх потеряют.

И я сделал то, что посчитал единственно верным, — показал свою суть и потребовал Дань. А еще и показал всем, кем на самом деле является вторая Вельская.

Больше мне тут нечего было делать, и я с радостью покинул Арканию, взяв курс на дворец Повелителя. С одним вопросом покончил, пришло время решить и свою проблему.

Глава 18

Кайл

До замка Повелителя я добрался достаточно быстро и, перевоплотившись, спустился вниз. Давно я тут не был, но складывалось ощущение, что за прошедшие годы ничего не изменилось. Всё те же гобелены на стенах, всё те же лица вокруг. Только если раньше они смотрели на меня с подобострастием: как-никак я был наследником Повелителя, то теперь в их глазах при виде меня мелькал страх, и они старались быстрее скрыться с моих глаз.

Усмехнулся и, сделав вид, что ничего не замечаю, направился в кабинет к Повелителю. Если я правильно помню, то в это время он всегда проводил встречи или просто работал с документами.

Спустившись на нужный мне этаж, притормозил перед дверью кабинета, давая возможность охранникам предупредить Повелителя о моём визите, после чего вошел внутрь.

Отец, всё такой же крепкий, несмотря на свои 550 лет, сидел за столом и при моём появлении поднял голову от бумаг и отложил их в сторону. Окинул меня цепким взглядом и указал рукой на кресло для посетителей. Я расположился в нем со всеми удобствами и закинул ногу за ногу, хоть и знал, что Повелитель не терпит такого поведения. Но мне было на это глубоко начхать. Я прилетел сюда не в качестве покорного просителя, а чтобы отстоять свои интересы, и отцу, как бы ему ни хотелось обратного, всё-таки придется говорить со мной на равных.

Как я и предполагал, он ничего не сказал на моё поведение, хоть и недовольно поджал губы, прежде чем начать.

— Рад видеть тебя, Кайл. Как всё прошло в Аркании, сведения из записки подтвердились?

— Можно сказать и так. Люди действительно научились обходить наш кристалл, девица имеет небольшие особенности, и я приказал доставить её сюда.

— Хорошо… — отец в задумчивости посмотрел в окно, а потом продолжил. — Ты должен участвовать в этом Выборе и взять себе человечку. Годы идут, сын, и в твоем возрасте у меня уже были вы с Шенаром…

— Нет!

Отец, услышав мой ответ, ударил кулаком по столу:

— Не смей мне перечить!!! Я Повелитель и могу просто приказать тебе! Ты что, забыл, как важна твоя кровь и сила? Что на тебе держится печать основного разлома? Своим твердолобием ты ставишь под удар не только людей, населяющих этот мир, но и свою расу. Я постоянно получаю донесения, что эти драконоборцы предприняли очередную попытку до тебя добраться, а если у них получится? Что будет тогда? А после тебя никого не останется…

— Так вот чего ты боишься, отец! Вот как сейчас заговорил? А как же моя «проклятая» кровь, отравленная Бездной? Как же то, что я стал монстром, который мало чем отличается от тех тварей, с которыми мы боремся? Не твои ли слова? Вы сделали меня изгоем, лишили титула, а теперь вам дитя моего подавай? Чтобы было кому потом прикрывать ваши хвосты? Теперь моя новая сила вам нужна? Так что же никто не решится повторить то, через что пришлось пройти мне в своё время? Драконов много, заставь их…

— Кайл… — Повелитель устало откинулся в своем кресле и прикрыл глаза, — Я прошу тебя… Да, я был неправ и признаю это, но и ты мог бы меня понять. Повелитель — это не благо… Это ежедневные заботы о том, чтобы сохранить хотя бы тех, кто еще остался из нашего народа. Тебя же в своё время этому учили, и ты, как никто другой, должен меня понимать… Ты же видишь, что наша раса вырождается, что наши драконницы стали практически бесплодными, мало кто может выносить и родить малыша, а если кому и удается, то ребенок слабосилок, и только с людскими женщинами, обладающими способностями, рождаются одаренные дети. Не все, но некоторые потом могут стать на крыло…

Я никогда не видел отца таким подавленным, и у меня даже на минуту возникла к нему жалость. Да, это всё мне доносили, и я понимал, что на плечи Повелителя лег тяжелый груз… Его отец, мой дед, который и привел остатки нашей расы в этот мир, открыв портал и пожертвовав своей силой и силой своих единомышленников, когда наш прежний мир постигла страшная участь, недолго потом прожил, и отцу пришлось