Эндорфин - Лана Мейер

Ребёнок: мужского пола

Вес: 2 кг 850 г

Состояние: стабильное

Пальцы дрожат, когда я беру телефон из его рук. Приближаю экран ближе, читаю снова и снова.

Состояние: стабильное.

Стабильное.

Не мёртвый.

– Это… это правда? – голос срывается, превращается в шёпот.

– Да. – Алекс пролистывает дальше. – Смотри. Запись через два часа после родов.

Новый документ. Перевод ребёнка в отделение интенсивной терапии.

Диагноз: недоношенность, респираторный дистресс-синдром.

Лечение: кислородная поддержка, мониторинг.

Состояние: стабильное, под наблюдением.

– Есть все шансы, – шепчу я, и голос ломается окончательно. – Что Кайс не врет, Миша правда существует.

– Да. Но дальше следы обрываются, – Алекс пролистывает ещё. – Официально ребёнок умер через три дня. Вот свидетельство о смерти.

Читаю строчки сквозь слёзы:

Причина смерти: дыхательная недостаточность, осложнения недоношенности.

Подпись: доктор Фарид аль-Хашими.

Дата: 18 февраля 2022 года.

– Но это ложь, – продолжает Алекс тихо. – Посмотри сюда.

Открывает другой файл с банковской выпиской.

Получатель: Фарид аль-Хашими

Сумма: $300,000

Отправитель: offshore account, Cayman Islands

Дата: 22 февраля 2022 года

– Через четыре дня после «смерти» Миши доктор получил триста тысяч долларов на офшорный счёт, – объясняет Алекс. – От анонимного отправителя. Но я проследил цепочку транзакций. Деньги пришли с одной из подставных компаний Кайса.

Ноги больше не держат. Опускаюсь на перевёрнутую коробку, не в силах стоять.

– Какой кошмар, – слова выходят механически, словно я озвучиваю чужие мысли. – Неужели люди правда готовы продать все что угодно. Они все обманули меня…а все эти врачи – соучастники дьявольского преступления.

– Да уж, человечного здесь мало, – подводит черту Алекс. – Но мы на верном пути и последнюю точку в этом расследовании поставит еще пара документов и ДНК-тест. Но вероятность того, что ребенок правда есть и это твой реальный сын, Мия, очень высока.

Я смотрю на Алекса и слёзы застилают глаза так сильно, что его лицо размывается.

– Где он? Есть ли примерная информация, где он может находится? Где Кайс его прячет географически? В Дубае?

Алекс слегка обхватывает меня за плечи, замечая, насколько сильно меня трясет.

– По предварительным данным, он даже ходит в частный детский сад в Дубае. Называется «Garden of Angels». Закрытая территория, круглосуточная охрана, камеры по всему периметру. Только для детей элиты. Мои люди нашли там уоминание мальчика по имени Майкл аль-Мансур.

– Мне нужно увидеть его. Как-то договориться с Кайсом о реальной встрече…

– Мия, успокойся. В любом случае, тебе нужна защита и все нужно делать обдумано, поскольку козыри сейчас в рукаве Кайса. Вряд ли он просто так подпустит тебя к ребёнку, не требуя ничего взамен. Нужно ждать удобного и правильного момента.

– Сколько? – шепчу я. – Сколько мне нужно ждать?

– Не знаю точно. Несколько недель. Мне нужно время, чтобы собрать все доказательства. Найти способ безопасно получить доступ к Мише. Взять образец ДНК. Построить юридическое дело против Кайса, которое он не сможет обойти. Козыри сейчас в руках аль-Мансура. Он контролирует ребёнка, контролирует врачей, контролирует документы. Один неверный шаг с нашей стороны и он спрячет Мишу так глубоко, что мы его не найдём, либо использует как финальный рычаг против тебя и Дэймоса. Нам нужно подготовиться, а это займет время. И ещё кое-что важное: Дэймос не должен знать об этом. И ты не расскажешь ему, если он тебе дорог. Кайс только и ждет ошибки с его стороны. У Дэймоса сейчас проблемы повсюду. В США его уже преследуют, в Дубае его заблокировали – Кайс постарался, используя свои связи в правительстве ОАЭ. Единственное место из стран «первого мира», где Дэймос пока свободен это Европейский Союз, но и здесь он на тонком льду.

Алекс наклоняется ближе, голос становится совсем тихим.

– Если Кайс найдёт способ доказать, что ATLAS помогает финансировать что-то серьёзное: например, связь с организациями, которые находятся под жестким наблюдениями спецслужб, Евросоюз закроет ему двери мгновенно, даже Максвелл и Дункан не помогут. И тогда Дэймосу останется только сдаться. Потому что деваться будет некуда. США. Дубай. Европа. Везде. Кайс не идиот. Он прекрасно понимает, как это работает, он хочет окончательно загнать Дэймоса в угол перед нападением. Думаю, и Форд имеет против него похожий план. Последнее, что ему нужно сейчас это ещё один фронт. Поэтому, время, Мия…

– А что, если за это время что-то случится? С Мишей…или просто, что-то пойдёт не так.

– Не случится, – уверенно звучит Алекс. – Пока ты ничего не предпринимаешь, он расслаблен. И думает, что контролирует ситуацию.

– А я должна просто жить дальше? Плыть по течению? Скажи мне, что делать мне?

– Ты не решаешь эту партию, Мия, без обид. Как и пешка в шахматах не решает игру, она просто стоит и ждёт. Сейчас твоя задача – не высовываться. Жить как обычно. Ходить на мероприятия с Дэймосом, улыбаться, делать вид, что всё нормально. Не метаться. Остальное, оставь мне. Сейчас я думаю над тем, как найти крота, который достанет образец ДНК Миши, чтобы мы точно во всем убедились.

Киваю медленно, хотя внутри всё кричит.

Как я могу жить спокойно, зная, что мой сын в нескольких часах полёта от меня?

Как я могу улыбаться Дэймосу, скрывая от него такую огромную правду?

Но Алекс прав.

Если я сорвусь сейчас, я потеряю Мишу навсегда.

– На твой взгляд, ребенок похож на тебя или на Кайса?

– Не уверена. На видео понять тяжело. На Кайса он точно не похож, но и от меня как будто прям конкретных черт нет. Глаза серо-зеленые, но у меня полностью серые. Если бы был сильно похож, я бы не сомневалась…

– Ладно, мы с этим разберемся и будем с тобой на связи. А сейчас, возвращайся на мероприятие. Я выйду через пару минут. Чтобы не привлекать внимания.

Я коротко киваю и поправляю платье, а Алекс на мгновение подбадривающе касается моих плеч, и это, черт возьми, фатальная ошибка. Входная дверь в подсобку вдруг резко распахивается, и мы оба вздрагиваем. В дверном проёме появляется Дэймос: его лицо просто каменное. Челюсть сжата. Глаза тёмные, холодные, опасные.

Он смотрит на нас – то на меня, со слезами на лице, то на Алекса, который всё ещё стоит слишком близко. И в этом взгляде я вижу ярость: ледяную, контролируемую, смертельную.

Время останавливается, а сердце падает в пропасть.

За несколько минут до этого

Дэймос

– Надеюсь, вы приняли решение и нашли путь осуществления нашей пока еще устной договоренности? – обращаюсь к Дункану и Максвеллу, когда мы покидаем бар и оказываемся в сигарной комнате.

Нам нужно завершить нашу сделку. Мне – отчаянно нужно. Годами я держал