Другая семья моего мужа - Лу Берри
— Где ты был? Задать вопрос удалось на удивление ровным голосом, хотя внутри меня все дрожало и бушевало. Рудольф посмотрел в ответ с досадой, с нескрываемым раздражением. — Василис, ну что ты фигню спрашиваешь? Знаешь же прекрасно, что на работе! А я и впрямь знала. Знала, что он мне врет. Потому что несколько часов тому назад видела его в школе, куда пришла на собеседование. Мой муж сидел там на родительском собрании. Хотя наши дети учились не здесь. И к ним он на собрания не ходил ни разу… Так я узнала о том, что у моего мужа есть другая семья: любовница, которая родила ему ребёнка и её дети от другого мужчины, которых мой муж принял, как родных. Это был конец нашего брака, но для меня он стал только еще началом кошмара.
Внимание! Аудиокнига может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних прослушивание данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в аудиокниге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту pbn.book@gmail.com для удаления материала
Читать книгу "Другая семья моего мужа - Лу Берри"
Директор гневно вскочила с места.
— Тогда, может, своими частными уроками и займётесь полностью?! Зачем вам школа, которая была к вам добра и которую вы теперь не желаете выручить в трудной ситуации?!
Я встала следом за ней. Вежливо, но твёрдо сказала…
— Хорошо, я напишу заявление сегодня же.
На этих словах направилась к двери — больше говорить было не о чем.
В спину мне прилетело:
— Но отработать все равно придётся! Учтите!
Глава 2
Две недели в аду — судя по всему, именно под таким лозунгом мне предстояло доработать свои последние дни в школе. ве недели в аду — судя по всему, именно под таким лозунгом мне предстояло доработать свои последние дни в школе.
Эта мысль крутилась в голове, когда я открыла дверь квартиры. Судя по небрежно брошенным в прихожей ботинкам — Рудольф уже был дома. Что-то подсказывало мне, что новость о моем увольнении мужа совсем не обрадует.
Я водрузила свою сумку на привычное место, аккуратно поставила ботинки мужа на полку, разулась сама и прошагала в комнату.
Сын — Паша, сидел за уроками. Дочь возилась с планшетом, по всей видимости врученным ей отцом, который, сидя на диване, по телевизору смотрел футбол…
Я подошла к сыну, поцеловала его в макушку, в очередной раз радуясь тому, каким ответственным он растёт. Ни разу за все школьные годы я не заставляла его делать уроки из-под палки — Паша справлялся сам.
Направившись к дочери, я присела с ней рядом, обняла…
— Игрунья, ты уроки-то сделала? — поинтересовалась мягко.
— Да сделала я, сделала! — поморщилась она.
Я посмотрела на мужа:
— Ты проверил у детей уроки?
Ноль реакции.
— Рудольф!
Ноль эмоций.
Но я знала, как обратить на себя внимание.
Встала прямо перед телевизором, закрывая экран, сложила на груди руки…
— Вась! — мигом прозрел он. — Ну я же смотрю! Там как раз голландцы атаковали, а тут ты!
— А тут я, — подтвердила спокойно. — И я ничуть не хуже твоих голландцев.
Хотя в последнее время Рудик об этом, похоже, порядком подзабыл.
— Ну отойди, — недовольно проворчал он.
— Не раньше, чем ответишь на вопрос.
— Да какой ещё?
— А вот думай теперь.
— А вот давай без этого, а! Ну не слышал я тебя! Ты же знаешь, что когда я смотрю футбол…
Я терпеливо повторила:
— Ты проверил у детей уроки?
— Проверил!
Выпалил слишком быстро, с явным желанием поскорее отвязаться.
— Не проверил он ничего, — донёсся спокойный голос сына.
— Предатель, — мрачно констатировал Рудольф.
Паша лишь плечами на это пожал и снова натянул наушники.
Я тихо вздохнула. Отошла от телевизора, сама посмотрела на экран…
До конца первого тайма — семь минут.
— Как будет перерыв — жду тебя на кухне, — скомандовала мужу.
Только по короткому кивку поняла, что он услышал.
Пройдя на кухню, устало посмотрела на бардак в раковине. По почерку поняла, что это работа мужа. Только он никак не мог запомнить, что грязную посуду надо сразу грузить в посудомойку, а не строить Вавилонскую башню из тарелок, которые грозили закончить так же плачевно.
Я как раз заварила себе чай — аппетита после такого малоприятного дня совсем не было — когда Рудольф послушно появился на кухне.
— Посуду загрузи, куда положено, — устало напомнила, указав на то, что творилось в раковине.
Мужчины иногда хуже детей, честное слово. Последних ещё можно было хоть как-то приучить к порядку, а вот эти великовозрастные дитяти дрессировке уже практически не поддавались.
Он уперся руками в бедра.
— Ты меня за этим сдернула?!
— Не только.
Я пригубила чай, собираясь с мыслями, но вскоре отставила чашку в сторону и просто сообщила…
— Я уволилась из школы.
Он уставился на меня непонимающе, а потом выдал то, чего я никак не ожидала…
— Ты что же… теперь дома сидеть будешь?!
Глава 3
В его глазах, в его голосе было столько откровенного возмущения, почти обвинения, что я сама мигом ощетинилась. Какого черта на мои слова об увольнении, не узнав даже причин подобного решения, он реагировал так, будто я призналась не в том, что ухожу из школы, а в каком-то страшном преступлении? Можно подумать, что я не работу бросаю, а по ночам ловлю невинных котят и пожираю их без соли и перца!
Он так заметно занервничал, что я мстительно решила, что муж вполне заслуживает того, чтобы на его нервах сыграли, как на скрипке. И неважно, что я — пианистка.
Присев в кресло у окна, я нарочито расслабленно откинулась на спинку, снова взяла в руки чашку и сделала глоток. Медленно, безмятежно, невозмутимо.
Рудольф шагнул ближе. Раздражённо проговорил…
— Ничего больше сказать не хочешь?
Я закинула ногу на ногу, ласково улыбнулась…
— Хочу. Это прекрасная идея, дорогой. Спасибо за поддержку!
Его лицо приняло крайне забавное выражение. Я так и видела, как бешено бурлит его мозг, пытаясь найти ответ на расхожий вопрос: «Просчитался, но где???»
В конце концов он просто тряхнул головой, и, не выдержав, спросил прямо…
— Ты, блин, о чем?..
Я снова пригубила чай. Бросила на него взгляд искоса, спокойно пояснила…
— О твоём предложении, чтобы я сидела дома, конечно же!
— Это не предложение!
Он выпалил это так поспешно, что хотелось рассмеяться. Я бы не удивилась, если бы он ещё нервно подпрыгнул на месте, пробив головой потолок.
— Да? Как жаль. Но я все равно склонна согласиться.
Он смотрел на меня некоторое время в упор. А затем его лицо расслабилось, просветлело… Видимо, до Рудика дошло, что я специально испытывала его на прочность.
И эту проверку он не прошёл.
— Вась, это не смешно, — заключил муж мрачно.
Я пожала плечами.
— Да я, вроде бы, и не смеюсь. Кроме того, разве не ты так любишь подчёркивать, что вся семья только на тебе и держится, а я приношу домой сущие копейки? Тогда что страшного случится, если мы потеряем эти, как ты говоришь, крохи?..
Он вздохнул, явно не готовый к тому, что к нему ядовитой стрелой прилетят обратно его же слова.
Я терпеливо ждала.
Кто-то, послушав нас, наверняка задался бы вопросом: зачем эти люди вообще живут вместе, если у них друг к другу такие претензии?
Я ответила бы на это просто:
