Месть носит Prada - Лорен Вайсбергер

– Очень рад снова вас видеть, сэр, – произнес официально Макс.

– Надеюсь, вы простите нам это вторжение, – сказал Валентино с легким полупоклоном. – Со мной планировал быть Джанкарло, но я приехал в Нью-Йорк, чтобы встретиться с этой очаровательной леди, и мне захотелось снова посетить мою яхту.

– Мы в восторге, что вы почтили нас своим присутствием, сэр.

– Брось это «сэр», Максвелл. Твой отец был моим близким другом. Я слышал, ты хорошо ведешь дела?

Макс напряженно улыбнулся, не зная, вызван ли вопрос Валентино простой вежливостью или в нем кроется подвох.

– Стараюсь. Позволите предложить вам и… мисс Пристли что-нибудь выпить?

– Миранда, дорогая, это Максвелл Харрисон, сын покойного Роберта Харрисона. Максвелл сейчас управляет «Харрисон медиа хол…

– Мне это известно, – перебила Миранда, глядя на Макса с холодным безразличием.

Валентино удивился не меньше Энди.

– Ага! Я не знал, что вы знакомы, – сказал он, ожидая объяснений.

Макс пробормотал:

– Мы не знакомы.

И одновременно Миранда произнесла:

– Да, мы знакомы.

Последовала неловкая пауза, которую Валентино поспешил заполнить пронзительным смехом.

– А-а, я чувствую, за этим кроется интересная история! Буду ждать, когда вы мне ее расскажете! Ха-ха-ха!

Энди до крови прикусила кончик языка. Снова накатила дурнота, во рту словно лежал кусок мела, и она, хоть убей, не знала, что сказать Миранде Пристли.

К счастью, Макс, более привыкший к светским разговорам, обнял Энди за талию и сказал:

– А это моя жена, Андреа Харрисон.

Энди едва не поправила мужа: вообще-то Сакс! – но вовремя поняла, что он намеренно не упомянул ее девичьей фамилии. Хотя это уже не имело значения: Миранда заметила кого-то интересного на другом конце кают-компании, и не успел Макс договорить, как она уже была в двадцати футах от них. Она не поблагодарила Макса и даже не взглянула на Энди.

Валентино с виноватым видом поспешил за Мирандой, сжимая в объятиях мопса.

Макс повернулся к Энди.

– Мне очень жаль, я понятия не имел…

Энди положила ладонь ему на грудь:

– Все нормально. Правда. Все прошло даже лучше, чем я смела надеяться. Она на меня и не взглянула. Никаких проблем.

Макс поцеловал жену в щеку, сказав, как прелестно она выглядит, попросил никого не бояться, по крайней мере славящуюся своей грубостью Миранду Пристли, и пообещал принести воды. Энди слабо улыбнулась мужу, отвернулась и стала смотреть, как матросы поднимают якорь и яхта отходит от берега. Она прижалась к металлическим перилам и глубоко вдыхала холодный октябрьский воздух, чтобы успокоиться. Руки дрожали, поэтому она обхватила себя за плечи и закрыла глаза. Ничего, вечеринка скоро кончится.

Наутро после яхтенной вечеринки, когда в шесть часов у Макса прозвенел будильник, Энди показалось, что она готова раздавить его (или Макса) в лепешку. Только после настойчивого тормошения она вылезла из кровати и натянула спортивные штаны и старую фуфайку «Браун». Медленно жуя банан, который Макс вручил ей на выходе из квартиры, она вяло поплелась в соседний квартал. Попытка провести карточкой спортклуба через щель отняла у нее все силы. Энди взобралась на беговую дорожку, не без оптимизма поставив таймер на сорок пять минут, но это был предел ее возможностей: когда программа перешла от разминки к сжиганию жира, Энди нажала кнопку аварийной остановки, схватила свою «Весну в Польше»[4]и «Ю-эс уикли» и удалилась на лавочку. Мобильный зазвонил так внезапно, что Энди от неожиданности чуть не выронила его. На экране высветился номер Эмили.

– Сейчас шесть пятьдесят две! Ты что, прикалываешься надо мной? – спросила Энди, внутренне собираясь перед неизбежным напором подруги.

– А ты разве еще не встала?

– Я-то встала, естественно. Я в спортзале. А вот ты почему не спишь в такую рань? Или ты звонишь из тюрьмы? А может, из Европы? Второй раз за неделю ты вскакиваешь, не дожидаясь девяти!

– Энди, ты не поверишь, кто мне только что звонил! – Подобная степень возбуждения у Эмили предназначалась обычно для знаменитостей, президентов или бывших бойфрендов, с которыми еще не все закончилось.

– Никто. Еще семи утра нет.

– Угадай.

– Эм, ну хватит!

– Я тебе подскажу: тебе этот человек покажется очень-очень интересным!

Энди вдруг сразу все поняла. Ну вот зачем эта звонила Эмили? Облегчить нечистую совесть? Оправдаться признанием в истинной любви? Объявить, что беременна от Макса? Несомненно, это она.

– Кэтрин, что ли?

– Кто?

– Бывшая Макса, с которой он встречался на Бермудах?

– Ты его так и не спросила об этом? Энди, ну это уже ни в какие ворота не лезет! Не тупи, никакая не Кэтрин, с чего ей вообще мне звонить? Звонили из «Элиас-Кларк»!

– Миранда! – прошептала Энди.

– Не совсем. Какой-то тип по имени Стэнли, который не заморачивался подробностями или должностями, но я, погуглив, узнала, что он у них главный консультант.

Энди согнулась, опустив голову между колен. Из комнаты велотренажеров ударила громкая «Позвони мне, может быть». Энди встала и зажала свободное ухо.

– Я понятия не имею, зачем он звонил, но он оставил сообщение почти ночью с просьбой перезвонить как можно быстрее по крайне важному делу.

– С ума сойти! – Энди заметалась между женской раздевалкой и ковриками для пилатеса. Макс на силовом тренажере мерно качал мышцы спины.

– Интересно, правда? Должна сказать, я заинтригована.

– Это все Миранда. Я видела ее вчера. Сперва лично, а затем в ночных кошмарах. Очень долгая выдалась ночь.

– Ты ее видела? Где, по телевизору?

– Ха-ха! У меня настолько незавидная жизнь, что ты даже не веришь в такую возможность? Я видела ее на яхтенной вечеринке! Она была с Валентино. Мы вместе пили коктейли, а затем вчетвером отправились в «Да Сильвано» ужинать. Миранда была сама любезность. Признаюсь, я удивлена.

– Гос-по-ди, я сейчас умру! Как ты могла не позвонить мне, едва вернувшись домой? Или из туалета в ресторане? Энди, признавайся, ты сейчас наврала! Быть такого не может!

Энди засмеялась.

– Конечно, я тебя дурю. Неужели ты поверила, что мы с Мирандой съели по порции тальятелле, и я тебе не сказала? Да, она появилась на празднике, но даже не взглянула в мою сторону. Все мое общение с ней свелось к вдыханию «Шанель № 5», когда она прошла мимо, не подавая виду, что узнала меня.