Чудовище - Дженни Даунхэм

Ну, началось.

Касс хотел «выйти поговорить». Парню же этого совершенно не хотелось, и он повторял:

– Слышь, успокойся. Успокойся, я тебе говорю.

Ни крови, ни драки. Касс тряс парня, а тот повторял: «Отстань, чувак». Девица с пирсингом обвела взглядом лужу на полу и сказала: «Предки меня убьют».

Значит, это ее дом. Сейчас она выглядела уже не так круто, как раньше. И казалась моложе – лет на шестнадцать. Я-то думала, она совсем взрослая.

– Извини, – сказал Касс, – я бы помог тебе все убрать, но мне надо сестру домой отвезти.

– Никакая я ему не сестра, – возразила я. – Я его вообще впервые вижу.

– Не обращай на нее внимания, – вмешался Касс.

– А ты не командуй, – огрызнулась я.

Он схватил меня за руку и потащил за собой из дома. На улице было пусто, и сразу показалось, что вечеринка где-то далеко.

– Ты принимала наркотики, – сказал Касс.

– Неправда. Я даже не успела, ты мне не дал!

Он тянул меня за собой мимо домов к парку.

– Ты в курсе, сколько народу передохло от этой дряни, закиси азота?

– Я ее не пробовала.

– А с этим пацаном у тебя что? Ты его хоть знаешь?

Я попыталась вырваться.

– Знаю. Он мой дилер. Ах нет, на самом деле он мой сутенер.

– Очень смешно. Кто бы он ни был, держись от него подальше. Он полный мудак.

– Тебе виднее.

Мы стояли лицом к лицу и пристально смотрели друг на друга. Кровь ударила мне в голову. В ушах звенело. Руки совсем замерзли.

Касс поволок меня через дорогу в парк. Ворота были закрыты, но рядом стояла скамья.

– Сядь, – велел он.

Я скрестила руки на груди.

– Не хочу.

Меня бесило, что я дрожу, что слезы щиплют глаза, что я промерзла насквозь.

– Ну а теперь объясни, зачем ты туда пришла, – попросил Касс.

– Просто так. Это же вечеринка.

– Знаю. Но что ты на ней делала?

Он произнес это совсем как Джон, будто я его достала и вывела из себя.

– Мы с Керис решили развлечься.

– Что-то я не припомню, чтобы вы с ней были подругами.

– Ты многого обо мне не знаешь.

– Оставь ее в покое.

– Она сама решит, с кем ей дружить.

Касс прикусил губу и отвернулся.

– По-хорошему надо бы отвезти тебя домой, и пусть отец с тобой разбирается.

– Правда, что ли? Ты сам-то себя слышишь?

– Сколько можно с ним ругаться? Неужели нельзя хоть раз сделать так, как он сказал?

– Я всегда делаю, как он сказал, и все равно вечно оказываюсь виновата. Поэтому теперь я стараюсь держаться от него подальше. Таков мой новый план.

– Да ладно? И как, работает? – Касс запустил руку в волосы и оглянулся на дом.

– Волнуешься за свою девушку?

– Заткнись.

Он от меня ускользает. Я давно это чувствую.

– Я по тебе скучаю, – призналась я. – Ты так давно уехал.

– Я же теперь учусь в университете. Потому и уехал.

– Ты почти не звонишь. Всегда я тебе звоню. Почему ты меня избегаешь?

– Я же приехал, разве нет?

Он сел на скамью. Я рухнула рядом с ним. Мы молчали, изо рта у нас вырывался пар.

– Прости меня, – наконец сказал Касс.

– За что?

– Долго объяснять. – Он опустил глаза. – Как бы тебе сказать… Когда я один, мне легче, понимаешь?

– Почему?

– Потому что вас рядом нет.

Сердце вырывалось у меня из груди.

– Но мы же семья. Ты не хочешь с нами общаться? И со мной тоже?

Он покачал головой.

– Не надо так. Я приехал только ради тебя.

– То есть мне теперь нужно обязательно швырнуть стулом в окно, чтобы ты приехал?

– Меня все это достало, – напряженно сказал Касс.

– Что – это? Я? Твой отец?

– Все. Голова от всего этого кругом. – Он повернулся ко мне. – Слышала бы ты, что о тебе говорит мой отец.

– И что же?

– Он говорит, что ты больная.

– Да? И чем же именно я больна?

– Откуда мне знать. Но он хочет показать тебя какому-то своему знакомому врачу.

– Он меня не заставит! Он мне не отец!

– Он-то нет, но твоя мама с ним согласна.

– А что за врач? Который лечит психов?

– Черт его знает.

– Какой-нибудь урод, который поджаривает людям мозги электричеством?

– Лекс, успокойся. Я с ним поговорю. Он просто злится из-за этой истории с окном.

У меня перехватило дыхание, отнялся язык. Казалось, мир сплющился в гармошку, и меня зажало в складках.

– Эй, ты чего, плачешь? – удивился Касс. – Ты же никогда не плакала.

– Мама мне ничего не сказала. А сама с ним согласна. Ты тоже считаешь, что я больная?

– Нет.

– А если я правда больна? Если выяснится, что у меня нервное расстройство, из-за которого я то и дело взрываюсь и не способна справляться с гневом? Вдруг окажется, что я псих?

– Ты не псих.

– Так вот почему твой отец так меня не любит! На вечеринке он всем рассказывал о своей замечательной жизни, на руках у него сидела Айрис, мама стояла рядом, а обо мне он даже и не вспомнил, словно меня там нет.

– Это было до или после того, как ты послала его босса в жопу?

– Не смешно. Он меня стыдится, потому что я неидеальна.

Касс взял меня за руку. Я сама была себе противна из-за того, что реву при нем.

– Никто из нас не идеален, Лекс. Я-то уж точно.

– Слушай, так, может, у тебя тоже расстройство? Помнишь, как мы раньше доводили твоего отца? Как потом прятались и убегали? Между прочим, чаще всего это ты все придумывал.

– Мы же тогда были маленькие.

– А теперь, значит, ты большой и все иначе? – Я вытерла нос рукавом, Касс рассмеялся, и я его стукнула. – Ничего смешного! Я не хочу быть единственной сумасшедшей.

– Ну ты и надралась, – заметил Касс.

– Между прочим, твой отец сказал директрисе, что дома от меня одни проблемы, а она ответила, в школе то же самое и я вечно всех достаю. А мама сидела и молчала. Даже слова не сказала в мою защиту. Почему она всегда молчит?