Скандал - Пайпер Стоун

у меня перед глазами не поплыли звезды. Если бы любой другой мужчина попытался сделать что-то подобное, я бы сделала все, что в моих силах, чтобы повалить его на пол, а потом вызвать полицию. Но с этим грубым мужчиной я потеряла контроль над собой в самый жаркий момент, когда меня охватил новый взрыв желания.

Он толкался все сильнее, не позволяя сенсационной кульминации пока что уйти. По мере того, как удовольствие стремительно возрастало, то, что он приказывал мне делать, легко исполнялось, и каждый мускул в его теле напрягся, а лицо исказилось, когда он был готов извергнуться глубоко внутрь.

Я выкрикнула его имя.

В этот момент он наполнил меня своим семенем.

Глава 7

Седона

«Я собираюсь трахать тебя до тех пор, пока ты не сможешь стоять прямо. После этого, малышка, я сделаю это снова».

Боже милостивый, я не могла избавиться от непристойных слов этого парня или хриплого тона его голоса. Я все еще чувствовала, как пальцы этого мужчины танцуют на моей коже, несмотря на прошедшие часы.

— Нет, Дженни. Я не лгу тебе, — сказала я в трубку, скрестив пальцы от такой откровенной лжи, а мой пульс все еще скакал.

Дженни неустанно доставала меня накануне, а в понедельник с утра пораньше снова принялась за дело, пытаясь заставить меня выложить все начистоту. У нее были инстинкты льва, и она была уверена, что я ей лгу. Я не была до конца уверена, почему не призналась во всем, хотя никогда не считала себя женщиной на одну ночь, даже высмеивала девушек, которые проявляли такие грязные наклонности.

— Ага. Ты забываешь, что я слишком хорошо тебя знаю, подружка, — фыркнула Дженни. — Я вытяну из тебя всю сексуальную правду. Мое паучье чутье подсказывает мне, что ты была с классным парнем. Признай это. Ну давай же. Это пойдет на пользу твоей душе.

— Тут не о чем говорить, и с моей душой все в порядке.

Когда я направилась на кухню, поняла, что сегодня моя душа, возможно, немного помрачнела после того грязного греха, который я совершила субботним вечером. Джонни трахнул меня еще два раза, шокировав не только своим либидо, но и выносливостью. Мы выпили вместе. Он накормил меня фруктами, заказанными в номер. Мы даже вместе приняли горячий душ и, наконец, рухнули в постель где-то около трех часов ночи.

Но, как и ожидалось, он ушел, не спросив ни моего имени, ни номера телефона. Я продолжала убеждать себя, что все в порядке, что последнее, что мне нужно, — это повторный роман после Мэтта, но каждый раз, когда я двигалась, мне вспоминался этот привлекательный мужчина. Включая мою все еще ноющую попку. Я закатила глаза и, схватив кофейный пакетик с корицей, сунула его в кофеварку «Keurig», прежде чем отправиться к телевизору на кухне. Включила новости, что делала каждое утро, и это чертовски раздражало Мэтта.

Если, конечно, я не переключала на любую спортивную команду, по которой он фанател. Тогда это было нормальным отвлечением на заднем плане. Боже, даже думать о том, что я переживала из-за этого человека, было безумием. Мы ни о чем не договорились.

И, Господи, он ни разу не был таким страстным, как мой таинственный мужчина. Ни разу. Он также не был похож на сексуального альфа-самца. Почему я вообще беспокоилась о своей бывшей занозе в заднице, было выше моего понимания. Теперь я могу подтвердить под присягой, что, лучший способ забыть бывшего, это лечь под кого-то другого.

— На врунишке горят штанишки, — промурлыкала Дженни.

— На мне нет штанов.

Дженни фыркнула.

— Вот и все. Сегодня вечером я приду и принесу вина и твоего любимого мороженого. Возможно, я даже добавлю те рогалики и сливочный сыр, которые ты любишь, из ирландской пекарни неподалеку от меня.

— Пытаешься подкупить меня взятками?

Я заметила, что на канале показывали выпуск новостей за предыдущий вечер, и вздохнула. Если бы мне пришлось угадывать, я бы сказала, что в центре Луисвилля произошло еще одно жестокое убийство. В последние несколько месяцев их число росло, ходили слухи, что причиной ужасного кровопролития стал ирландский мафиозный синдикат, который вторгся в город и его окрестности. К счастью, мне еще не приходилось сталкиваться с кем-либо из членов организации в качестве одного из нескольких крупных прокуроров.

Я надеялась, что эта тенденция сохранится. На данный момент у меня и так было достаточно забот.

— Девушка должна делать то, что должна, чтобы добиться успеха.

— Ты очень плохая девочка, Дженни. Ты знаешь об этом?

— За что ты меня и любишь, сладкая моя. В семь тридцать подойдет?

Какого черта? Может быть, время, проведенное с моей лучшей подругой, станет той изюминкой на торте, которая поможет забыть Мэтта. Может быть, мы сожжём его вещи. О, да. Но он ничего не оставил. Черт возьми. Я бы не возражала против небольшого костра на заднем дворе.

— Конечно. Но мне нечего рассказывать, если только ты не хочешь, чтобы я поведала тебе о флирте ради флирта с симпатичным барменом.

— Неисправима. Отлично. Увидимся вечером.

Рассмеявшись, я закончила разговор, бросила телефон на стол и взяла кружку из чистой посудомоечной машины. Не успела налить кофе и добавить сливок, как мой телефон зазвонил снова. Учитывая, что было только половина седьмого утра, я ожидала, что это Дженни, которая пытается дозвониться в последний раз. Когда заметила, что звонит мой босс, я напряглась Она никогда не звонила, если только это не было срочно или если это не плохие новости.

— Кристина. Доброе утро. Надеюсь, вы хорошо провели выходные?

— Лучше, чем у некоторых, — сказала она.

Моей начальнице было чуть за пятьдесят, и она добилась известности в начале своей карьеры. Это одна из причин, по которой мне нравилось у нее работать: ее отношение и усердие вдохновляли. Ее подталкивали к выдвижению своей кандидатуры, но она по-прежнему была полна решимости вести честную борьбу в Луисвилле.

— Надеюсь, это означает, что с вами все в порядке.

— В полном порядке, но моя неделя началась рано утром со звонка начальника полиции. Если быть точной, то в четыре часа утра. Как вам хорошо известно, я не люблю, когда меня прерывают по утрам.

Это была единственная вещь, которую моя начальница совершенно ясно дала понять с того самого дня, как наняла меня.

— Что произошло?

Я сделала глоток кофе, снова взглянув на экран телевизора. Заголовок был ясен: два жестоких убийства произошли в самых фешенебельных жилых