Скандал - Пайпер Стоун

он ждал, приподняв одну бровь, так как был уверен, что я выполню его резкий приказ.

Когда я непроизвольно это сделала, меня пронзила новая волна вожделения и шока.

— Очень хорошая девочка.

Странная фраза вызвала у меня трепет, который должен был вызвать озноб, а не сильный жар, который она вызвала. У меня внезапно закружилась голова, и я затаила дыхание, когда он попятился, наблюдая за изгибом кожаного ремешка, когда он опускался, словно в замедленной съемке. Я не была до конца уверена, что резкий щелкающий звук был вызван не соприкосновением его запястья с толстым ремнем.

Но когда прилив эндорфинов пронзил меня от боли, пронзившей каждую мышцу, я точно поняла, что испытываю. Черт. Черт. Черт. Я пнула его, пытаясь удержать позицию. Я и глазом не моргнула, пристально изучая его, пока он проводил жесткими подушечками пальцев от одной стороны моей попки к другой.

Легкое прикосновение было таким же волнующим, как и его горячие поцелуи. Я была поражена тем, как сильно хотела этого мужчину. Я жаждала почувствовать, как его толстый член проникает так глубоко внутрь, что не могла дышать.

Я все еще размышляла о своем греховном желании, когда он снова отступил, ударив ремнем по мне четыре, может быть, пять раз. Я не была уверена. Все, что я знала, это то, что боль была ужасной, моя задница горела огнем, а пульсация между ног продолжала усиливаться. Все это было безумием, и, конечно, я не могла рассказать об этом никому из своих друзей, включая Дженни. Признание в том, что крутой адвокат позволила неизвестному мужчине отшлепать ее, было не самым лучшим моментом в моей жизни.

Он продолжил порку, не торопясь, словно я нарушила все его основные правила. Я закрыла глаза, наконец-то смирившись с моментом и его дикими действиями, и не смогла открыть их снова, даже почувствовав, что он отбросил ремень в сторону.

Но когда он обхватил своими массивными руками мои груди, притягивая меня к своему разгоряченному телу, я не смогла игнорировать опьяняющие вибрации и невероятный мужской аромат. Он проник в мой организм с такой силой, что я внезапно перестала дышать.

Спаситель осыпал поцелуями мою шею, покусывая кожу каждые несколько секунд. Когда я, наконец, набралась смелости открыть глаза, его взгляд был еще более пронзительным, чем раньше, и блеск в них недвусмысленно говорил мне, что он опустошит каждый дюйм моего тела.

И, Боже милостивый, я хотела, чтобы он это сделал.

На самом деле, я никогда ничего не хотела так сильно, как того, чтобы он овладел мной, как дикое животное. Он не разочаровал меня, прижав кончик члена к моим половым губкам, прежде чем вернуть руку к моей набухшей и ноющей груди.

— Maintenant, je vaistebaiser, ma belle, jusqu'àce que tu cries mon nom.

— Что ты сказал?

— Я сказал, что собираюсь трахать тебя, красавица, до тех пор, пока ты не будешь выкрикивать мое имя.

— Я не знаю твоего имени.

— Думаю, нам нужно это изменить. Джонни.

— Выебать меня тебе никогда не удастся, Джонни, — хрипло прошептала я, больше не узнавая свой голос. В его имени было что-то мальчишеское. Это был не Джонатан или Джон, а чувственный и властный Джонни. Когда я произносила эти слова, меня словно током ударило, и я чуть не рассмеялась.

— О, да, так и будет.

Очевидно, этот мужчина был чертовски высокомерен, что добавляло ему имиджа плохого парня, но это также заставило меня захотеть его еще больше.

Он прикусил мочку моего уха, а затем ввел свой член внутрь на всю длину. Я была потрясена до такой степени, что вскрикнула, мое сердце бешено колотилось, когда мышцы моей киски напряглись, отчаянно пытаясь приспособиться к его огромному размеру. Ни один мужчина никогда не наполнял меня так полно, почти доводя до оргазма. Хотя он целую минуту не двигался, его тело оставалось напряженным настолько, что электричество, бьющее из каждой поры, было ошеломляющим.

— О. О... боже...

— Вот так, малышка. Я хочу услышать, как ты кричишь. — Он полностью вышел из меня, толкаясь во второй раз, и у меня мгновенно закружилась голова.

Боже милостивый, этот мужчина мог рычать наравне с лучшими из них.

Он снова почти полностью вышел из меня, на его лице появилась зловещая улыбка. В тот момент, когда он ущипнул меня за соски, больно покрутив их, я запрокинула голову с прерывистым стоном. Только тогда он снова погрузил свой член в мое влажное лоно, бормоча что-то еще по-французски. Я бы с удовольствием послушала, как он говорит, и ничего больше, но эти… его дикие поступки были невероятны.

Когда он снова погрузился в меня, я ударила руками по стеклу, удивляясь, что отражающая поверхность не рухнула на пол. Ритм, который он использовал, был чем-то средним между собственническим и брутальным, но я встречала каждый сильный толчок, выгибая спину настолько, насколько позволял жар его тела.

Все в нем было чувственным, включая то, как выглядели его полные губы, когда он издавал гортанные звуки. Я застыла на месте, пытаясь контролировать свое дыхание, пока он трахал меня. Я была очарована, мы оба задыхались. Ощущения, охватившие меня, были мощно разряжены, заставляя мой пульс биться еще быстрее, чем всего несколько мгновений назад.

Даже звук его жесткого траха, когда наши тела слились воедино, был потрясающим, добавляя непристойной страсти. Это, должно быть, был грех, но я мечтала об этом неделями, черт возьми, может быть, даже месяцами.

Джонни снова ущипнул меня за соски, и, хотя боль была настоящей, такой же взрывной, как и раньше, я приблизилась к моменту экстаза. Мой таинственный любовник, казалось, почувствовал это, шепча мне на ухо прямые команды.

— Кончи для меня, cherie. Кончи на мой толстый член. Заставь меня гордиться моей малышкой.

Его малышка. Я упала в обморок, услышав эти слова, потрясенная, когда мое тело отреагировало так же, как и на его восхитительный рот. Порыв был мгновенным, унося меня прямо в блаженный мир чистого экстаза.

— О-о-о.

Я не могла поверить в нахлынувшие ощущения и эмоции. Он запустил руку в мои волосы, запрокидывая мою голову назад, прежде чем впиться зубами в шею. Я смотрела в потолок, когда один оргазм сменился другим, почти полностью лишив меня контроля. Я уже была в полном изнеможении, слизывая пот с верхней губы, а он продолжал входить так глубоко, что я была уверена, что он достигнет входа в мою матку.

Его хватка была собственнической, мужчина доказал свою точку зрения, переместив пальцы на мое горло и сжимая до тех пор, пока