Неудержимое влечение - Адриенна Джордано

– Но ты только что сама сказала, что сейчас испытываешь смешанные чувства. По-моему, сегодня твои чувства в чем-то отличаются от того, что было раньше. То, что происходит сейчас, для тебя вовсе не в порядке вещей. Если только ты не говоришь всем своим знакомым мужчинам, что тебе приятно, когда они рядом. В таком случае большинство мужчин охотно подчинятся твоей воле, и тебе придется делать в своем доме турникет вместо обычной двери.

Да, он остер на язык! Аманда живо представила, какими могут быть перепалки между ним и его сестрой.

– Ты хоть понимаешь, что только что сказал?

– Да, понимаю, хотя сам вовсе не считаю, что ты такая. Мне кажется, то, что между нами происходит, для тебя не в порядке вещей. Ты сама сказала. И для меня тоже. С последней подружкой мы расстались врагами… Это было год назад, и мне казалось, что я неплохо живу и сам по себе. А сейчас? – Он пожал плечами. – Мне приятно рядом с тобой. Почему бы не посмотреть, что будет дальше? Не поплыть по течению?

– Потому что тогда мне придется поверить в то, что ты не разобьешь мне сердце. Что взлеты не будут слишком крутыми, а падения – слишком резкими. – На минуту она замкнулась. – Дэвид, у моей мамы постоянно чередовались взлеты и падения. Ее состояние мучило и ее саму, и нас, ее близких. Середины не было. Никакой, как ты выражаешься, нейтральной передачи! Я не хочу жить в состоянии вечного стресса. Моя жизнь меня вполне устраивает. Я не несчастна. Я не одинока. Я независима и вполне могу о себе позаботиться!

– Может быть, и так. – Он пожал плечами. – Но я не хочу, чтобы ты постоянно держала меня на расстоянии, потому что боишься страданий. Вот сейчас, сидя рядом, я точно знаю, что завтра хочу снова увидеться с тобой. Мне нравится пламя, которое разгорается во мне. Мне хочется броситься в него с головой. Правда, для этого тебе придется захотеть того же самого.

Она смотрела на него в упор. Его жар передавался ей. Почему все, что он говорит, кажется ей правильным, хотя сейчас ей меньше всего этого хочется? И вместе с тем она умирала от желания целовать этого мужчину. Попробовать его губы на вкус, чувствовать его дыхание, гладить его кожу.

– Давай же, Аманда, расслабься немножко.

– Я тебя ненавижу, Дэвид Хеннингс!

– Знаю.

Он быстро склонился к ней и поцеловал в губы.

Она потянулась к нему, скользнув ладонями по плечам его мягкой кожаной куртки. Ноздри уловили его мускусный, очень мужской аромат. Свободной рукой он зарылся в ее волосы, а рот завладел ее губами и языком. Аманда тихо застонала от удовольствия, и ей показалось, что она сейчас растает, как мороженое.

Так жарко. Так… поразительно.

– Знаешь, это… очень стимулирует. Может, ты тоже заметила?

– Да, заметила. Особенно в машине и среди бела дня.

Он пожал плечами:

– Ну и что? В любое время, когда захочешь повторить, я к твоим услугам.

На следующий день Дэвид стоял посреди пустой гостиной, а Лекси расписывала преимущества темно-коричневой краски, которой она мазнула на стену в виде образца. Оттенок назывался как-то вычурно; ему же краска казалась просто коричневой.

– Аманда! – крикнул Дэвид. Через минуту она высунулась из гостевой спальни, в которой устроила свою временную студию. – Что ты думаешь об этой краске?

– Мне нравится. Цвет мужской и в то же время нейтральный. С ним будут хорошо смотреться малиновый, оранжевый и желтый… а также красный.

Хм… ему бы ничего подобного и в голову не пришло!

Прежде чем Аманда снова скрылась, Лекси подняла руку:

– Что там с твоим домом?

– Пока точно не знаю. Мой домовладелец пытается все выяснить.

После того как Лекси ушла, Дэвид прислонился к дверному косяку и стал смотреть, как Аманда прикладывает к облепленному глиной черепу что-то вроде узких резиновых полосок. Потом она поставила череп на постамент и вставила в глазницы стеклянные протезы – карие глаза. Что-то в груди Дэвида дрогнуло. Все это время они говорили о черепе как о предмете, но сейчас, хотя Аманда еще не воссоздала лицо, череп начал превращаться в человека.

В жертву.

– Что это такое? – Он вошел в комнату.

– Маркеры, так называемые маячки толщины мягких тканей. С их помощью можно определить толщину кожных покровов в каждой области лица. Маркеры созданы на основе таблиц, разработанных антропологами-криминалистами. После того как я расставлю маркеры по местам, начну накладывать глину до нужной толщины…

– Круто! А почему глаза карие?

– Кое-что я угадываю. Рядом с черепом нашли черные волосы. Хотя черные волосы не всегда свидетельствуют о карих глазах, но так бывает чаще всего. Я прислушалась к своему чутью.

Ее доводы казались разумными. Дэвид встал у нее за спиной.

– Твоя работа – просто чудо! Из ничего постепенно появляется лицо.

– Это и правда чудо! Все равно что наблюдаешь за тем, как складывается головоломка из пяти тысяч кусочков. – Она взяла еще один маркер. – Я поговорила с детективом Макколом. Мой эскиз передали во все местные газеты и на два федеральных новостных сайта. Если уж жертву и опознают, то, скорее всего, по трехмерной реконструкции…

Он нагнулся и поцеловал ее в плечо.

– Не хочешь сделать перерыв в работе?

– Нам что, по шестнадцать лет? Уходи. У меня работа. Кстати, напоминаю, работа, которую оплачиваешь ты!

Отлично!

– Кстати, мы уже обсудили твой гонорар? Погоди. Не отвечай. Это не важно. Я заплачу тебе за сверхурочные.

Она цокнула языком:

– Ты настоящий дьявол! А теперь уходи. Прокатись на своем мотоцикле, займись еще чем-нибудь. Просто уйди.

Она оказалась крепким орешком.

– Ты меня выгоняешь?

– Да. – Зазвонил ее мобильный телефон, и она посмотрела на экран. – О, мой домовладелец! – Она положила маркеры на стол и схватила телефон. – Алло! Да, мистер Лэндри. О! Вы шутите?

Дэвид развернулся к ней. Что бы там ни было, новости явно плохие.

– Он побеседовал с инспектором строительного управления. Там говорят, что здание заражено плесенью. Это ложь! Разве я не говорила – у меня сильнейшая аллергия на плесень?

Вот это да! Дэвид не был врачом, но, занимаясь юридической практикой, он часто имел дело с врачами и пациентами.

– Если бы здание в самом деле было заражено, тебя бы наверняка уже госпитализировали.

– Судя по тому, сколько времени я обычно провожу в доме, я была бы уже мертва.

Аманда закинула руки за голову и с силой выдохнула. С ума можно сойти! И так утомительно… Мало того что ее могут лишить жилья и студии, ей придется провести еще одну ночь в отеле. Вчера она здорово не выспалась.