Счастье за гроши, или Трюфельный бизнес попаданки - Мелина Боярова

уже достиг наших домов. Взглядом, полным отвращения, он посмотрел в сторону полыхающего зарева, и злорадно усмехнулся.

— Что случилось? Вы, случайно, не знаете? — наплевав на недавнюю ссору, поинтересовалась у мужчины. — Это же дом графа Эстариана горит? Надо ведь помочь как-то! Вдруг он там пострадал?

— Пусть горит! — фыркнул Тарвек, смачно сплюнув на землю. — Туда ему и дорога, проклятому! Может, наконец-то, подавится треклятыми зельями, и воздух в округе станет чище. Нечего было магию на всякие гадости тратить!

Я поморщилась, в очередной раз убеждаясь, какой Эдвин мелочный и жестокий человек. Его безразличие и злобные пожелания были в сто раз страшнее угроз.

— Почему? — вырвалось у меня шепотом. — За что вы его ненавидите? Ведь там же пожар! Что, если он на лес перекинется? Сюда доберется? Надо помочь человеку…

Эдвин обернулся, смерив меня презрительным взглядом, в котором сквозило удивление моей наивности и глупости, неспособной понять очевидные для него вещи.

— Потому что от его магии сплошной вред! — рявкнул голосом, эхом разносящимся по гулкой тишине. — Не слышала, что ли, граф Лион Эстариан — проклят?! Все его зелья годятся лишь на то, чтобы мышей и крыс травить. Сколько скота у крестьян погибло после его экспериментов, знаешь? А сколько посевов погнило? А ему плевать! Заперся в своем поместье и варит отраву день и ночь, а мы все страдаем. Ты еще спрашиваешь, почему никто не помогает? Да мы бы его давно на вилы подняли, если б не жандармы! Эти зажравшиеся мундиры графа покрывают. Видимо, он хорошо им платит, чтобы закрывали глаза на его бесчинства!

Слова Эдвина сыпались, как град, насыщенный ядом и ненавистью. Я невольно поежилась, представляя себе гниющие посевы и гибнущих домашних животных. Неужели эксперименты графа настолько безжалостны? В моем представлении магия несла добро и пользу, а тут совершенно противоположный эффект. Но я опасалась верить Тарвеку, который ненавидел всех без разбора. Вопрос ведь в том, что было на самом деле. Насколько опасен граф с его экспериментами и не приписывают ли жители обычным магическим манипуляциям несуществующих свойств? Пока я не видела, чтобы граф кому-то вредил.

— Жители шепчутся, что по ночам из поместья видны странные вспышки света и доносятся неприятные запахи, — продолжил Эдвин, явно желая посмаковать досужие сплетни. — Говорят, граф демонов призывает и заключает сделки с Азагором. Оттого и проклятие на нем, не иначе! Это все кара за грехи! Только ты, Верлиана, в облаках витаешь и ничего не замечаешь. Или не хочешь замечать?

— Не замечаю что? — Уставилась на соседа с укором. — Вы сыплете в сторону графа проклятиями и наслаждаетесь его несчастьем точно так же, как злорадствовали над моей бедой. Вы бы только обрадовались, если бы я погибла в лесу. А граф Эстариан меня спас, принес в таверну и вылечил своим зельем. Значит, не такие уж они и плохие, а вполне действенные. Как видите, я не умерла. Вы только наговариваете на человека, не подкрепляя слова доказательствами. Нельзя стоять и смотреть, как горит чужое жилище! Ведь в другой раз беда может коснуться вас, и тогда тоже никто не придет на помощь.

Оставив Тарвека на улице, я вернулась в дом, чтобы предупредить помощницу и прихватить с собой что-то, что помогло бы при пожаре.

— Синна, оставайся здесь! Закрой двери на засов и никому не открывай, пока я не вернусь.

Помощница закивала, обещая в точности исполнить поручение.

— Госпожа, а вы куда собрались? — спросила она испуганным голоском.

— Схожу к дому графа, узнаю, нужна ли помощь. — Я прихватила кувшин с водой, приготовленной на утро.

Грошик подбежал ко мне и прижался к ноге, виляя хвостиком. Он явно намеревался идти со мной, а я не стала возражать. Малыш уже доказал свою полезность. Возможно, и на этот раз пригодится. Или хотя бы мне не так страшно будет идти через лес.

— Идем, Грош, — прошептала, погладив пига по голове. — Нам нужно попасть к графу!

Я вышла на улицу и бросила взгляд на соседние дома, высматривая, собирается ли кто-нибудь оказать помощь графу. Но нет, на улице не оказалось ни единой души. Даже Тарвек ушел, раздосадованный моей отповедью. А ведь пожар мог коснуться любого. Неосторожный порыв ветра запросто перебросит пламя на большое расстояние. Выходит, местным жителям наплевать на чужие трудности? Или же они боялись графа и того, чем он там занимался?

Эта мысль кольнула сердце. Как можно