Развод. Верни мне сына - Оксана Владимирова

них. — Государство само восстановит правосудие, а кто будет своевольничать того тоже в тюрьму отправят.

— Она хотела убить собственного сына! — возмутился кто-то из толпы.

А у меня даже ноги подкосились, и я бы упала на землю, если бы не рука стражника подхватившего меня уже возле кареты. Он по-быстрому затолкал меня в черную повозку с решётками на окнах. Хотя я несколько раз пыталась вырваться, чтобы расспросить о судьбе Райна. Меня грубо затолкали в карету и привязали магией к сидению.

— Что с моим сыном? — спросила я мужчину, который сел напротив. — Он жив? Не покалечился?

Всевышний, зачем я отпустила его с Грэйс? Слёзы навернулись на глаза. От боли меня согнуло.

— Успокойтесь госпожа, скоро вы всё узнаете, — безразлично ответил стражник, не отводя от меня безэмоционально взгляда.

— Пожалуйста, просто ответьте жив мой ребенок или нет? — со слезами на глазах стала я умолять стражника. — Я никогда бы не убила собственного сына, понимаете, это кака-то ошибка. Я наоборот люблю сына, спросите любого!

— В вас только что кидали камни ваши же горожане, о чем тут спрашивать? Всё, итак, понятно, — отвернулся от меня стражник. — Будешь тут истерики устраивать залеплю тебе рот.

Я смотрела на него не в силах поверить, что это всё происходит со мной. Как такое может быть? Что могло случиться? Я смотрела на стражника, пытаясь сопоставить факты, чтобы хоть как-то разобраться в ситуации. Слёзы ручьём бежали из глаз, мысли хаотично перескакивали то с моего ареста, выкриков людей, то на утренние события, что были доме.

Ехали мы недолго. Всё это время стражник молчал и кидал на меня неприязненные взгляды, я же умоляющими глазами смотрела на него.

— Приехали, — недовольно кинул мужчина.

Карета остановилась. Стражник выскочил из повозки, мне помогли выйти и под руки повели в здание, где был полицейский участок. Когда мы переступили порог, то я увидела внутри Грэйс, которая билась в истерике на плече Лукаса.

Едва заметив меня, она завизжала, выставив на меня палец:

— Убийца! Как ты посмела поднять руку на моего сына!

Вокруг люди засуетились. Кто-то поднёс к Грейс стакан воды, а я смотрела на Лукаса.

— Ты веришь в это? — спросила я.

Муж сжал жену в своих объятиях и прищурился.

— Я предупреждал тебя, Алекса! Но ты превзошла саму себя!

— Да как ты мог подумать обо мне такое?! Ты же прожил со мной четыре года? — не смогла я сдержаться.

Но тут Грэйс вырвалась из объятий Лукаса, подскочила ко мне и залепила мне звонкую пощёчину.

— Да как ты смеешь, наглая шлюха, орать на моего мужа? Сдохни, тварь в тюрьме!

Щёку обожгло как будто язык костра коснулся её. Я смотрела в глаза Грэйс, там плясала ненависть вперемешку с превосходством. Ярость клокотала внутри, эта женщина добилась своего. Притихла, а потом ужалила, как ядовитая змея.

— Что случилось? — спросила я у мужа, — Как Райн? — потому что сейчас не время предаваться эмоциям.

— Твои артефакты чуть не довели сына до могилы, — сжал кулаки Лукас.

— Мои артефакты?

Я стала рыться в памяти обереги не могли убить Райна, тот артефакт, который я создала для защиты тоже.

— Достаточно, — ткнул меня в спину стражник.

Мне пришлось идти за ним. Сначала по коридору, потом вниз в подвал, где были клетки для преступников.

— Сдохни, сука! — неслось мне вслед пожелание от Грэйс.

Глава 21

Моя камера была сухая и чистая. Около часа я ходила по ней, как загнанный зверь, тщательно вспоминая все заклинания, которые я навертела на защитный артефакт. Ошибки нигде не было. Я всё сделала правильно. Дело было не в моём артефакте.

От осознания того, что произошло, я даже присела на твёрдую кровать, что тут стояла. Выходило, что мой артефакт блокировал чьё-то нападение.

Грудь сдавило, от чувства страха за сына я чуть не задохнулась. Кто-то попытался его убить. Не просто ударить или обидеть, а убить каким-то сильным заклинанием, раз артефакт сломался.

Я подскочила на ноги и бросилась к прутьям клетки.

— Защитите моего сына! — закричала я. — Пожалуйста, приставьте к нему охрану! Умоляю! Его кто-то хочет убить!

— Да замолчи ты! Прекрати ломать комедию, — закричала какая-то женщина из соседней клетки.

— Вы не понимаете! — закричала я, глотая слёзы. — Райна хочет убить жена моего бывшего мужа. Прошу, пожалуйста, разберитесь со всем поскорее!

Заключенные из других камер стали возмущаться, что я нарушаю их покой, а мне было всё равно. Мой крошка сейчас рядом с убийцей, потому что больше никому не выгодна его смерть. Грэйс лишь притворяется любящей матерью, на самом деле ей наплевать на моего сына. Вернее, даже не наплевать. Он ей мешает! Потому что является наследником состояния Лукаса.

Всевышний! Да услышит меня кто-нибудь?

— Что за шум? — лязгнула дверь, которая загораживала охранников от заключённых.

— Да эта сумасшедшая орёт, что её сына убивают, — пожаловался один из мужчин.

— Пожалуйста, прошу, разберитесь с этим делом как можно скорее. Я знаю, что произошло. Прошу, пока есть время, спасите моего ребёнка! — постаралась я донести до охранника всю сложность ситуации.

Охранник швырнул в мою камеру магию. Тут же меня от всех отгородил звуконепроницаемый щит.

Я тут же замолчала, потому что как бы я ни кричала, ни звала, меня никто не услышит. Магии у меня не было, и снять щит с камеры я не могла.

В груди словно холод поселился. Меня как будто заморозили. Все мои чувства, ужас, возмущение и чувство безысходности как будто поставили на паузу. Я смотрела, как охранник ходит между камер, перекидывается словами с заключенными, проверяет их клетки.

Мне не на кого положиться. Я одна в этом мире. Что я могу сделать со своей честностью и деликатностью?

Осев на пол, я смотрела в одну точку, понимая, что надо что-то менять в моей жизни, вернее, во мне самой. Так больше продолжаться не может. Я не должна быть удобной для окружающих. Это не работает!

В течение оставшегося дня ко мне никто даже не подходил. Я видела, как в другие камеры приносили еду, мою же обходили стороной. Наказали за буйное поведение. Так сказал мне один из охранников. Ответить я ему ничем не могла.

Всю ночь я проворочалась на жёсткой кровати, размышляя над тем, как быть. Выходило, что моё примерное поведение ничего хорошего мне не принесло. Как я ни старалась терпеть Грэйс, Лукаса, мною попользовались и бросили. А теперь ещё и Райн в опасности.

Я злилась и старалась свою злость направлять в нужное русло. Мне нужен план, союзники, которые помогут