Используемая единорогом - Эми Райт

Стирлинг ничего не говорит. Он подходит и прислоняется к стене между кухней и гостиной, ожидая, когда я продолжу.

— Если я сделаю его, то все станет реальным, понимаешь?

Он кивает.

— И я не готова к тому, чтобы это стало реальностью. Не с тем, как обстоят дела.

— А как обстоят дела? — мягко спрашивает он меня.

Каким-то образом вся эта печальная история вылетает из меня. Карстон, карточные долги и расставание. Глупое замужество в восемнадцать и сожаления об этом. Как я ушла от мужа, а затем потеряла бдительность на одну дурацкую ночь, только для того, чтобы он снова воспользовался мной, прежде чем исчезнуть с моим кошельком. А потом выяснилось, что из-за этой глупой ошибки я забеременела от худшего кандидата в отцы, какого только можно придумать.

Я борюсь с новым приступом слез.

— Я пытаюсь быть в порядке. Просто это не так. Я больше не могу откладывать УЗИ. Вот что это был за звонок. Поэтому я так перепугалась. Мне нужно ехать завтра.

Стирлинг прочищает горло. Его хвост хлещет по ноге.

— Тебе… тебе бы понравилось, если бы кто-нибудь поехал с тобой? Если бы я поехал с тобой? Это бы помогло?

— Ты не обязан этого делать.

Боже, ему не нужно делать и половины того, что он сделал для меня за последние пару недель. Платить мне за мою неприятную компанию, быть бесконечно терпеливым со мной, позволить мне заблевать одежду без жалоб и проводить меня домой в целости и сохранности.

— И все же тебе бы это понравилось?

Я сдаюсь под его нежной настойчивостью.

— Да, — это звучит так тихо и тоскливо, что мне стыдно за себя, но это правда. Не могу этого объяснить, ведь я едва знаю его, но когда Стирлинг рядом, я чувствую себя в безопасности. Настолько в безопасности, что думаю, рядом с ним я наихудшая из возможных версий себя, но удивительно, что он, кажется, не возражает.

— Тогда я приду, — вот так просто. Как будто это самая простая вещь в мире. Может быть, так и есть. В конце концов, это всего лишь УЗИ. А я идиотка, превращающая это во что-то большее, чем оно есть на самом деле.

— Спасибо, — я действительно хотела бы, чтобы эти слова значили больше. Хотела бы сделать их более весомыми, чтобы он знал, что я чувствую. Потому что прямо сейчас, с того места, где я сижу, он выглядит как гребаный герой. И как тот, кого я до сих пор не замечала.

ДЕВЯТЬ

Джейд

Я застыла возле обычного на вид белого здания. Мои ноги почему-то решили перестать выполнять приказы.

Стоящий рядом со мной Стирлинг протягивает руку. Я не из тех, кто держится за руки. По крайней мере, я никогда таковой себя не считала. Меня всегда передергивает, когда вижу такие парочки, разгуливающие за ручку на публике.

Только когда протягиваю руку и кладу в его большую теплую ладонь, я сразу чувствую себя лучше.

Может быть, у этих пар все было правильно с самого начала.

Автоматические двери со свистом открываются и впускают нас в зал ожидания, такой же белый и стерильный, как и само здание снаружи. Вдоль стен стоят жесткие пластиковые диваны, и люди сидят, уставившись в телефоны или на ноги, избегая зрительного контакта.

Я подхожу к даме за стойкой. Она одаривает меня теплой улыбкой, от которой в уголках глаз появляются морщинки, и я чувствую себя немного менее нервной.

— Привет, дорогая. Могу я тебе чем-нибудь помочь?

— Я Джейд. У меня назначена встреча на это утро.

— Прелестно. У тебя есть с собой документы?

Я достаю их из сумочки и передаю через стойку, секретарша берет и начинает читать. Она поднимает взгляд на Стирлинга.

— И это отец ребенка?

Я поворачиваю голову и в шоке смотрю на него. Я никогда на самом деле не задумывалась о том факте, что пары людей и монстров иногда заводят детей, теперь, когда сверхъестественное стало явным. Возможно, такое бывало и раньше, но я имею в виду, что теперь люди знают об этом.

— Нет. Он… э-э… друг, — тот факт, что я изо всех сил пытаюсь подобрать слова, должен беспокоить меня больше, но я очень сосредоточена на том, чтобы просто пережить сегодняшнюю встречу. Сейчас я не могу беспокоиться об этом.

Он сжимает мою ладонь, но ничего не говорит, поэтому я мертвой хваткой сжимаю его толстые пальцы в ответ.

— Хорошо, тогда почему бы вам не присесть, вас позовут, когда будут готовы.

Я послушно нахожу пластиковую скамейку, и мы втискиваемся рядом с женщиной с длинными темными кудрями и скрещенными на груди руками в зеленой рубашке. Она почти мгновенно встает, и, уходя, я слышу, как она бормочет себе под нос.

— …дерьмо неестественно. Загрязняют генофонд.

Я смотрю на нее, пока она идет через комнату. Ничего не могу с собой поделать. Я злюсь. Кем, черт возьми, она себя возомнила?

— В следующий раз скажи мне это в лицо, — кричу я через холл.

Тишина, прежде ощутимая, становится такой мертвой, что отчетливо слышны негромкое покашливание мужчины напротив и скрип стула секретарши.

Женщина ничего не говорит. Она берет журнал и делает вид, что не понимает, о чем я говорю, но я слишком зла для этого. Я вскакиваю со своего места, чтобы пронестись через комнату и встать перед ней, но Стирлинг хватает меня за талию и сажает к себе на колени.

— Эй! — я сопротивляюсь, но он слишком силен.

Парень, сидевший рядом с нами с другой стороны, встает, чтобы присоединиться к сучке в дальнем конце комнаты.

— Оставь это, Джейд, — говорит Стирлинг, дыша мне в ухо.

— Нет, черт возьми, я этого так не оставлю.

— Джейд, ты сказала, что тебе нужна эта встреча. Если ты начнешь конфликт, тебя выгонят. Ты этого хочешь?

Я делаю паузу. Наверное, он прав. Хотя мне это и не должно нравиться.

— Мне все равно.

— Да, так и есть. И, кроме того, ты думаешь, что сможешь переубедить ее, накричав?

Это заставляет меня покорно опуститься в его объятия.

— Нет, — я пытаюсь слезть с его колен, но он удерживает меня.

— Останься.

Теперь я ерзаю по другой причине.

— Они, вероятно, выгонят меня за то, что я трахаюсь с монстрами. Смотри, все на нас пялятся.

Его рука скользит выше, пока почти не касается моей груди.

— Я думал, тебе нравится, когда за тобой наблюдают, Джейд.

Мои соски мгновенно твердеют.

— Кроме того, если ты не