Край собачьих следов - Алёна Рю

Тяжело было только Розалине. Другие дети травили ее, у нее не было друзей, она была одинока и нелюдима.

– Звучит знакомо, – Эри печально улыбнулась. Рикки нашел под столом ее руку и слегка пожал.

– Когда Розе было шесть, родилась я… – Хризалина осеклась. – Простите, я сбивчиво рассказываю. Еще до этого, безусловно, важного события произошло другое. В один из весенних дней Виола нашла у реки полумертвого человека. Охотника, как потом выяснилось. Она выходила его, можно сказать, вернула к жизни. Как только ему стало лучше, он сделал маме предложение и взял ее в жены. Не прошло и года, как родилась я. Во мне папа души не чаял, а к Розе относился сдержанно, даже неприязненно, как будто она грязная была. У нас с ней поначалу отношения тоже не складывались, и все изменилось, лишь когда я чуть было не свалилась в колодец. Я зазевалась и упала, но Роза успела схватить меня за руку. Она звала на помощь, но нас долго никто не слышал. Несмотря на возраст, я была не очень-то легкой, а Роза все держала, плакала от напряжения, но держала, пока наконец не подоспела помощь. В деревне узнали об этом и с неделю, наверное, улыбались Розе при встрече. Потом, конечно, забыли. Дразнить не дразнили, но и общаться с ней близко никто не хотел.

– Как же тогда появилась на свет наша Эри? – удивился Вирт.

– Честно говоря, – Хризалина отвела взгляд, – не знаю.

– Как так? – Кристофер нахмурился.

– Как я уже говорила, это случилось во время войны. Роза так никому и не рассказала, что произошло. И в деревне чего только не говорили. Были версии, что это какой-то солдат или, возможно, эльф. Ясно было только, что Роза повторяла судьбу матери. Отношение к ней окончательно испортилось. Когда она рожала, меня в комнату не пустили, я даже толком не видела тебя, но мама все время была с ней. Мой отец в это время гулял с остальными. По странному совпадению как раз в этот вечер поднялся ветер, такой сильный, что захлопали ставни, с деревьев полетела листва, и пламя костра клонилось к земле. У нас тут народ суеверный, и все решили, что это из-за Розы и ее ребенка. Помню, как отец и остальные вломились в дом. Разгоряченные, если не сказать разъяренные. Жуткое зрелище, – Хризалина вздохнула. – Когда они вышибли дверь в комнату, то увидели на кровати маму и сестру. Обе были в слезах, но тебя уже не было.

– Как не было? – Эри побледнела.

– Мужикам объявили, что ребенок родился мертвым и от него избавились. До того я видела, как мимо дома прошла женщина. Возможно, тебя передали ей через окно.

– Анжела...

– Но ни сестра, ни мама не стали объяснять, что случилось. Даже я находила это странным.

– Вот оно как… – прошептала Эри. – А я… я-то думала, что мама по собственному желанию бросила меня… Потому что я полуэльф.

Хризалина посмотрела на нее с сочувствием.

– Честно говоря, – сказала она, – до сегодняшнего дня я не знала наверняка, что ты полукровка. Догадывалась, конечно, потому что все на это указывало... Мне жаль, Эриал. И к еще большему сожалению, я не знаю, где Роза сейчас. Она, наверное, объяснила бы лучше.

– Когда вы последний раз виделись? – спросил Рикки.

– После того что произошло, сестра стала угрюмой. Могла за целый день не сказать двух слов. После родов долго не могла прийти в себя, но как только здоровье пошло на лад, она решила уехать из Оту. Мама плакала, но возражать не стала. Я тоже не хотела прощаться, но Роза уже закусила удила. Проводив ее, мы долгое время не получали никаких известий. Лет через пять или шесть пришло письмо. Она писала, что устроилась в Раунфорте, и все у нее хорошо, желала маме здоровья, а мне – достойного жениха. Обратного адреса на конверте не было, а больше писем не приходило. Где она теперь, я не знаю, но уверена, что она захотела бы тебя увидеть.

– Вы думаете? – усомнилась Эри. – У нее сейчас, должно быть, совсем другая жизнь, к чему помнить о кошмаре?

– Всегда можно предположить худшее, – пожала плечами Хризалина, – но всегда может быть и по-другому. Нельзя судить о том, чего не знаешь.

Эри вяло улыбнулась и проговорила с благодарностью:

– Спасибо вам за рассказ.

– И за отличный обед, – добавил Вирт.

– Однако нам пора, – сказал Андрей Волк и поднялся из-за стола.

– Уже уходите? Но я так хотела услышать, что с тобой было все эти годы.

Эри развела руками, давая понять, что тут от нее не зависит.

В душе у нее зародилось странное чувство. Она совсем не знала эту женщину, но вот само осознание, что они родственники, семья... Каким-то образом это меняло дело, многократно усиливало симпатию. И не просто усиливало. Как будто она, Эриал Найт, больше не песчинка в мировой пустыне, у нее есть происхождение. Есть кто-то, с кем она была и будет связана навсегда.

Новые чувства вызывали смятение.

– Возвращайся в любое время, – сказала Хризалина и, глянув на угрюмое лицо Волка, добавила: – Если сможешь.

Они улыбнулись друг другу одними глазами, и Эри вместе с конвоем покинула маленький теплый домик.

Рикки подошел со спины, и, взяв ее за локоть, спросил на ухо:

– Ты как?

– Не знаю, – честно ответила она.

– Садись со мной.

Рыцари Служения забирались в седла, но никто не проронил ни слова. Похоже, рассказ Хризалины тронул всех.

Весь оставшийся день тоже ехали молча. Темп удалось взять высокий, лошади мчались галопом, и важнее было удержаться в седле.

К вечеру погода начала портиться, небо заволокло бледно-серой пеленой туч. Некоторые висели так низко, что вот-вот грозили упасть на землю. Поднявшийся ветер безжалостно клонил траву к земле и поднимал с дороги огромные клубы пыли. Воздух был сухой, как перед грозой. Солнце, прятавшееся за ширмой туч, касалось полоски горизонта краем огненного диска.

Рикки всю дорогу о чем-то думал и молчал. Эри мысленно пересказывала историю Хризалины и пыталась представить ночь своего рождения, свою мать, то, как все произошло, что она чувствовала и могла чувствовать. По всему выходило, что ее отдали Анжеле почти сразу, еще только в ожидании неприятностей. Возможно, сильный ветер напугал мать, и