Край собачьих следов - Алёна Рю

и все-все созвездия сойдутся на поле битвы. А потом из этой точки родится новый мир и новые созвездия.

– И все тогда будут счастливы?

– Непременно, – он повернул голову и ласково улыбнулся.

– Я бы хотела увидеть этот новый мир, – мечтательно сказала Эри.

– Говорят, у рованцев есть легенда, что человек обладает способностью создавать миры. Только он утратил ее в погоне за сомнительными радостями в вечной никому не нужной суете.

– А эльфы не могут создавать миры?

– Не знаю.

– А кто тебе об этом рассказал?

– Анжела.

– Анжела? – удивилась она.

– Да, удивительная была женщина.

– Некоторые в деревне считали, что она не в себе.

– Они просто не видели того, что видела она.

– Например?

– Например, тебя.

Рикки слегка пожал ей руку.

– Не-ет, меня все как раз прекрасно видели, – возразила Эри.

– Они видели кого угодно, только не тебя, поверь мне. Ведьму, эльфа, остроухого дьяволенка, но только не тебя.

– А ты меня видел? – она повернула голову и заглянула ему в глаза.

– Нет, не видел, – Рикки вздохнул. – Иначе не был бы таким дураком. Но меня все время тянуло к тебе. Как магией...

– Да, конечно, – Эри улыбнулась и с наигранным возмущением спросила: – Это ты так пытаешься сказать, что я все-таки ведьма?

– Ты всегда была такой неприступной, такой колючей, – ответил он. – И никогда ведь даже не пыталась опровергнуть те слухи.

– Считаешь, если бы я попыталась умаслить Диану, это бы что-то изменило?

– Вряд ли.

– Нет, изменило бы, – она перевернулась на бок. – Я перестала бы себя уважать.

– А ведь Диана была зла на тебя всерьез, – проговорил Рикки в задумчивости. – Не знаю, правда, почему.

– И я не знаю, – призналась Эри. – Но из всех шадерцев не она обидела меня сильнее всего.

Они снова замолчали. Он глубоко вздохнул.

– Прости меня, – тихо сказал Рикки. – Я тогда струсил. Не выдержал давления. Мне хотелось дружить с тобой, но я побоялся…

Эри подняла на него глаза и, выдохнув, призналась:

– Я устала, Рикки. Больше не хочу думать о прошлом.

– Иди ко мне.

Он обнял ее за плечи, и она положила голову ему на грудь.

– Ты сильнее, чем думаешь, – сказал Рикки. – Ты вон сколько выдержала.

– Может быть, – не стала спорить Эри. – Только я больше не хочу быть сильной.

– Тогда отдыхай, – он потрепал ее по мокрым волосам.

Эри закрыла глаза и прислушалась к биению его сердца. На мгновение сознание прорезала мысль, а вдруг Рикки захочет поцеловать ее? А она к этому совершенно не готова.

Но Рикки не стал.

Успокоившись, она не заметила, как крепко заснула.

Глава тридцать восьмая – Ответы разума

– Эри! – Рикки осторожно потряс ее за плечо.

– Да? Что? – она разлепила веки и посмотрела на него с такой растерянностью, словно не понимая, как они очутились рядом.

– Уже солнце скоро встанет, а вместе с ним и ребята. Иди к ним, а то хватятся, искать будут.

– Угу, – Эри сонно кивнула и, покачиваясь, поднялась на ноги.

Рикки отвернулся, чтобы дать ей возможность одеться. На душе у него было скверно, как с похмелья, и зародилось стойкое чувство, что сейчас он неправ. Эри же слишком хотела спать, чтобы о чем-то думать. Рядом с ним она забыла обо всем на свете и так сразу не могла прийти в себя. Скинув полотенце, она натянула штаны и рубаху и засеменила босиком по мокрой от росы траве к спящим стражам.

Рикки закрыл глаза ладонями и задумался. Какие ребята? Почему он сказал идти к ним? Зачем? Надо было взять ее в охапку и увезти. Неважно куда, лишь бы больше не расставаться. А он слабак и трус. Она проснется и будет жалеть, что плакала на его плече и спала с ним в обнимку. Потому что в ее глазах он снова станет Рыцарем Служения, Охотником и врагом. Он сам отпустил ее на другой берег реки, и теперь от волшебной ночи останутся только воспоминания.

Покачав головой, Рикки поднялся на ноги и торопливо оделся. Собрав полотенца, он побрел на свое место у давно потухшего костра.

***

Когда Эри окончательно проснулась и пришла в себя, ей стало грустно. Ночная сказка с лунным светом, теплой водой и таким родным Рикки закончилась, растворилась как утренний туман. Он сидел напротив, ел, видимо, о чем-то думал. Тоже грустный.

– Как плечо, Рикки, не болит? – поинтересовался Филипп.

– Нет, все нормально.

– Хорошо.

«И все-таки, – думала Эри, – что вчера произошло? Как будто ничего, и в то же время…» Она вспомнила, как тепло и уютно ей с ним было, и по телу пробежала сладкая дрожь.

– Что это с ней? – шепотом спросил Вирт у Кристофера.

Орел только пожал плечами.

Не обращая на них внимания, Эри собирала по крупице воспоминания и искала ответы на новые вопросы. Почему ей сейчас так хорошо, словно она все еще спит? А между тем ведь это Рикки... Рикки, который обещал быть другом и предал, присоединился к остальным из Шадер. Это Рикки, который украл у нее самый первый поцелуй. Это Рикки…

Который защитил ее в Индорфе, отпустил тогда у трактира и во дворце. И еще он приходил в камеру перед казнью, и уже тогда им вместе было уютно. Но теперь у него на плече красовался горностай, и совсем скоро они прибудут в Ровану. И как бы он себя ни вел, он один из них, Рыцарь Служения. И пусть он не участвовал в ее задержании, он допрашивал после.

А может… Эри опустила глаза. В траве маленький жук тащил крошку хлеба к себе в норку. Может, Рикки просто смеется над ней? Нет… или да? Дети вырастают, а игры остаются. Теперь вот сидит напротив, ест и думает, какая она глупая, как легко ее можно обмануть.

Она подняла глаза и встретилась с ним взглядом. Синие глаза Рикки светились как два фонарика, и было в них что-то мягкое и нежное. Люди не смотрят так на тех, над кем смеются. Кажется, ее щеки начали гореть. А потом он улыбнулся, и она улыбнулась в ответ.

–