Капли магии - Бронислава Антоновна Вонсович

— Гибкость плохая, дыхалка подводит, но занималась до конца, что для новичков редкость. Ходила раньше куда?

— Нет, только на физкультуру в гимназии.

Во рту было сухо, как в пустыне, а одежда промокла, как после прогулки под тропическим ливнем, но ощущала я себя живой и неожиданно счастливой. В этом мире у меня не было столь жёстких обязательств, свобода пьянила, а танец был всего лишь её выражением. Нет, скорбь по родным никуда не делась, но я её отодвинула в самые дальние закутки души, потому что скорбью не отомстишь, а к мести нужно готовиться.

— Тогда вытянешь до нормы, если серьёзно займёшься. Заниматься будешь?

— Похожу пока, — уклончиво ответила я. — Понравилось, но не поняла, моё или нет.

Тело пока ещё было деревянным, самой мне напоминая марионетку, которая дёргалась по указке кукловода. Нужно будет дома пройти сегодняшнее занятие перед зеркалом — пойму, где проблема и смогу ли её решить.

— Думай. Разовое занятие дороже, чем если возьмёшь абонемент.

— Абонемент, — сдалась я.

Месяц отхожу точно, а там посмотрим. Мысль о том, что оплачу занятия деньгами Лидки и Ко, приятно грела душу, пусть по сравнению с тем, чем я владела раньше, это были мелочи.

Машка обрадовалась моему решению, словно я уже дала согласие на выступления в течение года. Может, это так для неё и было? Но восторженно трещала она без умолку всё то время, что мы возвращались. Она была такой позитивной, что на лицо сама собой наползала улыбка и хотелось самой смеяться и дурачиться. Расстались на перекрёстке, потому что и мне, и ей нужно было готовиться к урокам, и я в прекрасном настроении вернулась домой.

Где оно, это настроение, сразу же испортилось, потому что нас с мамой почтил своим визитом сам Белицкий. Был он мил, улыбчив, внешне озабочен вчерашним происшествием, но я прямо нутром чувствовала, что ему что-то от меня нужно. Мама была напряжена, но в разговор почти не вмешивалась.

— Дочка, — слащаво улыбаясь, говорил Белицкий, — Лидия будет наказана так, что в твою сторону больше взгляда худого не кинет.

— Взгляды пусть кидает, — не удержалась я. — Главное, чтобы они не сопровождались чем-то потяжелее.

— А-ха-ха, — зашёлся он в фальшивом смехе, — да ты у меня шутница.

Глаза у него оставались злыми и холодными — он злился, что я посмела сказать что-то в сторону Лидки, но скрывал это столь талантливо, что будь перед ним прошлая Аня, она бы поверила. Я же задумалась, что ему надо. Настолько надо, что он готов врать и делать вид, что испытывает ко мне отцовские чувства.

— Я рад, что у меня такая красивая и умная дочка, а ещё одарённая магически, — всё с той же доброй отеческой улыбкой сказал он. — К сожалению, я не имел возможности с тобой часто общаться, но не по своему желанию. У нас с супругой сложные отношения, посему предложение ввести тебя в семью у неё понимания не вызвало.

Он замолчал, надеясь, что я проглотила наживку и теперь её перевариваю, чтобы со всем доверием отнестись к его следующим словам.

— Но если ты будешь сильным магом, она слова сказать не сможет. Любой род стоит на своих сильных магах. То, что из спящего состояния тебе удалось свою магию вывести, это прекрасно. Но этого очень и очень мало. Если ты до конца этого учебного года получишь третий ранг, то я не только смогу дать тебе свою фамилию, но и оплатить обучение как магу. Я понимаю, что срок сжатый, но если ты будешь заниматься ежедневно, то ты справишься, а против столь быстроразвивающегося мага моя жена ничего возразить не сможет. Если есть потенциал, то он проявляет себя за короткое время. Кроме того, я оплачу тебе учителя и буду присылать специальную еду, которая тоже подтолкнёт развитие. Такую не купить, но мне для тебя ничего не жалко. Поверь, я очень сожалею, что мне не удаётся участвовать в твоей жизни. Но в наших силах это всё исправить.

Говорил он гладко и красиво, и я была уверена, что в части подготовки к переходу на третий ранг он свои обещания выполнит. Принимать его помощь было и в моих интересах, но всё выглядело слишком шоколадно, чтобы не понимать, что за этой сладкой оболочкой скрывается какое-то дерьмо.

Что касается третьего ранга, то это было вполне осуществимо. Насколько я успела понять, читая информацию по местной магии, каждый ранг — это сто капель. Второй — всего лишь триста. Вполне реально поднять за пару месяцев. Вопрос — зачем это Белицкому? В его добрые намерения я не верила.

— Что от меня потребуется взамен, Кирилл Львович?

— Деловой подход, одобряю, — подмигнул он мне. — Всего лишь клятва моему роду в верности.

— Исключено, — отрезала я.

Белицкий принялся зло раздувать ноздри, рассчитывая на меня наорать, если не получилось выбить нужное, играя в доброго папочку.

— Я не буду клясться в верности роду, чей представитель пытался меня убить. Как бы вы мне ни внушали, что Лидия меня не тронет, я в это не верю, а в случае клятвы при её новом нападении не смогу дать отпор. А нападение будет. И отпор она, уверяю вас, получит. Мне не нужны ваши благодеяния, если они завязаны на клятве.

Он злился, но орать не стал, взял себя в руки, пару раз выдохнул, чтобы успокоиться и обдумать.

— Понимаю твои опасения, — сказал он. — И принимаю довод. Но полноценным членом нашей семьи ты можешь стать, только получив магическое образование. И не абы какое: нашему роду нужен боевик. Если примешь на себя обязательство отправиться учиться в выбранное семьёй учебное заведение, то можно обойтись и без клятвы роду. Я всё-таки твой отец, а не какой-то там посторонний дядька с горы.

Он широко улыбнулся, но до привлекательности Мещерякова ему было очень и очень далеко. Со времени увлечения моей мамы мой отец расплылся, обзавёлся не только выпирающим брюхом, но и парой запасных подбородков, которые забавно тряслись, когда он злился. Он и на фотографиях того времени когда родители встречались, выглядел излишне плотным, но ни расплывчатости, ни дряблости не наблюдалось.

Я чувствовала подвох, но не понимала, в чём он. И это злило. Учитель магии мне был не нужен, за полгода я запросто наберу