Снегурочка. В розыске - Анна Александровна Герц

— У нее разрыв селезенки! Прооперировали! Еле спасли! Там менты! Хотят побеседовать и с тобой!

Я вздохнула. Ситуация была не из лучших, если разрыв селезенки так тем более. Все было очень плохо. Это сложнейшая операция которая могла не принести результата.

— Кто оперировал? Вересов?

Павел кивнул.

— Там менты!

Встав я направилась в коридор. Громов. При виде меня его лицо поменялось, но он взял себя в руки.

— Не скажу что рад видеть, но я должен задать тебе пару вопросов, твоему коллеге уже задал!

Мы прошли в ординаторскую, а красивое лицо Громова не менялось. Наоборот оно становилось мрачнее.

— Ты осматривала Анну Василевскую?

Я кивнула, а Громов забарабанил пальцами по столу.

— Она что-нибудь рассказывала про то кто ее избил?

Я качаю головой.

— Павел сказал, что это муж и фельдшеры тоже!

Громов сцепляет руки в замок, я вижу что он взбешен до не предела.

— Она муж сдавать не хочет! У нее серьезные травмы и двое детей несовершеннолетних, что вы за бабы то такие!

Я вздыхаю. Понятно откуда ветер дует… Уже успел кто-то рассказать, уж не Любочка ли…

— Дима я больше ничего не знаю, что знала рассказала! У тебя все? У меня работы много!

Громов пристально посмотрел на меня. Почему то от взгляда некогда лучшего друга мурашки по коже прошлись.

— Слушай, Соня, ты хорошо живешь, не знаю конечно что там люди говорят, но это твой выбор! Двенадцать лет назад ты сделал его сама! Мне жаль твою маму, но это твой выбор! У вас дочь, все хорошо! А мы Леона с петли вытаскивали, у них все с Алисой налаживаться началось, вместе жить стали, так зачем ты опять влезла? Наскучила жизнь жены главного врача? Решила майоровой женой стать! Оставь ты его в покое! Живи своей жизнью, не будет ему с тобой счастья, а тебе с ним! Уйди из его жизни Соня! Он итак много прошел из-за тебя, если ты не знаешь твой любимый свекор его выкинул в горячую точку и его мать умерла от горя! Не рассказывали тебе? А Алиса его ждала все это время!

Я молчала. Молчала лишь судорожно вцепившись в медкарту Василевской. Сердце бешено стучало.

— Я костьми лягу, но вам вместе быть не дам, Леон мой лучший друг и я вижу для него только одну женщину, Алису, больше никого! Запомни мои слова, я очень опасный враг и тебе никто не поможет, даже твой влиятельный муж!

Он встает и резко идет к двери. Когда дверь за ним захлопывается, устало провожу ладонями по лицу. Это сон или это все-таки явь? Я поверить не могу. Господи помоги, прошу помоги…

ГЛАВА 10

Олеся Владимировна чуть седеющая стройная дама нервно теребила дорогую золотую ручку в руках. Ее всю трясло.

— Соня, столько лет прошло… Я не помню всех своих пациентов!

Я усмехнулась.

— Вы очень хорошо помните Марию Анатольевну Цареву и ту испуганную девчонку восемнадцати лет, которая родила раньше срока, а вы ей трагичным голосом сообщили что ребенок умер! Но родился мальчик и он выжил! Где он?

Олеся Владимировна покраснела.

— Я…

— Что вы? Сколько вам заплатила Мария Анатольевна? Та девчонка это я, а мальчик мой сын и сын майора Рождественского!

Олеся Владимировна уронила на стол ручку. Ее руки дрожали. Из ухоженной элегантной дамы она резко превратилась в старуху.

— Соня, послушайте, муж Маши очень страшный человек! Я совсем не хотела проблем! В свое время сделала аборт одной девочке несовершеннолетней, вот он и прижал меня к стене! Мальчик у уважаемых людей, хороших! Я очень прошу вас не поднимать это все!

Я уперев ладони в стол нависла над ней. Ни просто испуг, а ужас зажегся в ее глазах.

— Если сейчас же ты не скажешь мне где мой сын, клянусь, ты пожалеешь что на свет родилась! Весь разговор наш я записала и даю тебе слово, ты ни то что с карьерой главного врача распрощаешься, ты навсегда забудешь что такое икра красная и хлеб с маслом! Килька в томатном соусе вот твой рацион будет! Я сюда журналистов позову!

Олеся Владимировна схватилась за сердце. Ее руки дрожали еще сильнее.

— Я скажу, я все скажу! Обещаю! Я все скажу! Убери телефон!

Довольно усмехнувшись, отошла от стола. Внешнее спокойствие не выдавало того что творилось у меня в душе, а творилось у меня страшное. У меня есть сын. Взрослый сын, а я все эти годы думала что я потеряла ребенка. Нашего с любимым человеком ребенка.

Я толкаю дверь кабинета и вижу за столом своего мужа. Его красивые глаза смотрят на меня в упор. Понятно. Этот взгляд я знаю слишком хорошо.

— Что случилось?

Царев усмехается обнажая ровные идеально белые зубы.

— Ничего не случилось! Тебе с хорошей новости начинать или с плохой, дорогая жена?

У меня засосало под ложечкой. Неприятное предчувствие не проходило. Я шумно выдохнула.

— Давай с плохой!

Мама… Что — то с мамой. От этих мыслей у меня задрожали колени. Нет ни мама. Только ни она.

— Плохая новость моя жена в рабочий день шляется неизвестно где, обеденный перерыв давно закончился и мы даже не можем вместе пообедать, а хорошая новость майор Рождественский выписался! За ним приехала красивая женщина в форме и они уехали спускаясь под руку! Вот такая новогодняя сказка!

Я молчала смотря ему в глаза. Сколько сарказма и неприкрытой злобы было в его глазах. Года шли, а Царев не менялся, точнее менялся только в худшую сторону. Становился злобным, хитрым и все больше напоминал мне своего отца, он и в юности не отличался высокими моральными принципами и уважением к другим, к другим желаниям, а сейчас и подавно.

— Я ездила по делам, а второй новости я очень рада, конечно ему стоило еще полежать, но раз есть кому ухаживать за ним дома, значит дома ему будет лучше!!!!

— По каким таким делам? Я могу узнать?

— Выбирала подарок к Новому Году! Я же не спрашиваю откуда ты вернулся с утра! У Марии Анатольевны совсем другие духи!

Глаза Царева потемнели. Он резко встал и подошел ко мне. Я едва до плеча ему доставала, задрав подбородок смотрела на него, а он на меня сверху вниз.

— Какая ты красивая! Знаешь я тебя так сильно ревную, ты знаешь я всегда тебя ревновал, а вот ты меня никогда, хотя женщины всегда меня окружали! Почему?

Потому что я тебя никогда не