Искусительная маленькая воровка - Меган Брэнди

глаза, и моя смелость начинает растворяться, пока он удерживает мой взгляд.

Внезапно его губы прижимаются к моим – злые, наказывающие и… страстные. Хочу прильнуть к нему, но он быстро отстраняется.

– Держи себя в руках, богатая девочка, – шепчет он многообещающе и осторожно забирает телефон у меня из рук.

Придурок рядом с нами издевательски смеется.

– Черт возьми, Бишоп, да у девчонки стояк на тебя.

Взбешенная, я отворачиваюсь. А Бастиан коротко произносит:

– Пароль?

О, черт…

Он видит мою панику, и я быстро отвожу взгляд.

– У нас нет времени на это ваше амурное дерьмо, – выпаливает Ройс.

Мои губы кривятся, меньше всего я хочу, чтобы Бастиан знал, как залезть в мой телефон.

– Пароль, – требует он.

К черту. Он заставил меня думать, что я ему не нужна. И он заслуживает того, чтобы немного разозлиться.

Выпрямляю спину и готовлюсь к вспышке ярости с его стороны.

– Д-А…

– М? – рычит он.

Я прочищаю внезапно пересохшее горло и киваю.

– Добавь еще С.

– Кто такой Дамс?

Мы игнорируем Ройса. Бас свирепо смотрит на меня, и для меня это невыносимо. А для него – удар ниже пояса.

Медленно отхожу, оставляя ему свой телефон, и сажусь в машину, но проходит не больше минуты, и он открывает дверь.

Бастиан присаживается на корточки и кладет телефон мне на колени, в его глазах усталость.

– Это тот чувак, которого я наказал. Она у него.

Вина тяжким грузом ложится мне на плечи.

– Я пыталась позвонить тебе, сказать, что она уезжает…

Бас кивает, придвигается ближе и сжимает мои бедра, выражение его лица становится серьезным, когда он тихо говорит:

– Эта роль, которую ты здесь играешь… Прекрати.

– Я… – собираюсь соврать, но запинаюсь.

– Послушай, здесь не должно быть никаких ролей и фальшивых улыбок. – Он хмурится. – Когда ты со мной, ты – это ты, и никто больше.

В его тоне нет ни злобы, ни осуждения – просто четкое выражение его ожиданий. Но…

– Ты не понимаешь… – Я не хочу шептать, но именно так звучит мой голос. Кончики его пальцев скользят вниз по моей челюсти. Мои глаза на мгновение закрываются, и я качаю головой. – Ты не понимаешь, в нашем мире все роли расписаны. Вот почему я должна была сделать то, что сделала на гала-концерте.

Потому что любовь убивает. Если кто-то из посторонних узнает, что Бастиан значит для меня, могут случиться очень плохие вещи. Я этого не переживу. А теперь я знаю, на что похожа жизнь без него.

– Ты никогда не слушаешь меня, богатая девочка, но послушай хотя бы сейчас. – Его пристальный взгляд прикован ко мне. – Ты для меня приоритет номер один. И здесь, – он постукивает себя по виску, – и здесь, – постукивает он над сердцем. – С тех пор как я встретил тебя, ничего не изменилось, нравится тебе это или нет. Ты – моя. Сегодня, завтра, всегда. Даже когда я буду под землей. Никогда не подвергай это сомнению. Никогда не сомневайся в этом, но прямо сейчас мне нужно выяснить, что происходит с моей сестрой. Кажется, все не очень хорошо, и я скажу тебе это еще раз: послушай меня. – Тень падает на его глаза. Бастиан Бишоп теперь стоит передо мной на коленях. От его рокочущего голоса у меня по спине пробегают мурашки. – Я знаю, что ты та еще задира, и не сомневаюсь, что ты справишься с чем и с кем угодно, но сейчас не надо никаких подвигов. Сейчас ты будешь милой и покорной, и ты останешься сидеть в этой гребаной машине, независимо от того, что услышишь или увидишь. Поняла?

Неуверенность скребет по моему позвоночнику, и я крепко сжимаю телефон.

Его взгляд скользит к Ройсу и обратно.

– Скажи, что поняла.

Сглотнув, заставляю себя кивнуть.

Его большой палец скользит по моей нижней губе, и я закрываю глаза.

Милая и покорная, как он и просил, отслеживаю каждое его движение, когда он отходит. Они с Ройсом о чем-то говорят; Бастиан поворачивает голову через плечо и встречается со мной взглядом, на его лице читается ужас, но это длится всего секунду. Он срывается с места, проносится мимо машины и исчезает за кустами. Ройс бежит прямо за ним.

Мои колени начинают дрожать, я прищуриваю глаза, пытаясь разглядеть что-нибудь в темноте, но тщетно.

Минуты тянутся медленно, и, чтобы справиться с паникой, откидываю сиденье до упора, надеваю большие наушники Бастиана и включаю его плейлист – он так и не взял свой телефон.

После четырех песен я уже не в силах этого выносить.

Я не могу. Я не могу лежать тут и слушать музыку. Я не могу сидеть сложа руки ждать. Мне надо…

В зеркалах отражаются фары. Снимаю наушники. Мое сердце уходит в пятки, когда я вижу большой внедорожник Брейшо. Убеждаю себя, что он проедет мимо, что ничего такого не происходит, но он сворачивает на парковку и останавливается.

Я выскакиваю из машины и бросаюсь в том же направлении, в котором скрылись все остальные. Бегу, бегу и бегу, пока не начинаю задыхаться. Но застываю совсем по другой причине – раздается громкий хлопок пистолета, и я вижу, как кто-то падает на землю.

Нет…

На дрожащих ногах дохожу до ограды школьного бассейна. Мои глаза широко распахиваются, когда я замечаю неподвижное тело Бриэль в воде. Перелезаю через заборчик и торможу, разглядев Бастиана с другой стороны и парня с пистолетом, медленно идущего к краю бассейна.

Вот черт!

Бросаюсь на несколько метров влево, вскрываю электрическую коробку и включаю освещение. По счастью, все школьные бассейны оборудованы одинаково.

Стрелок ослеплен, Бриэль удерживается на воде самостоятельно – теперь я вижу это.

Врываются Брейшо, которых я каким-то образом обогнала, и Бриэль что-то говорит стрелку, который наверняка сегодня умрет.

Смаргиваю и наклоняюсь, чтобы отдышаться. Вдруг раздается отчаянный вопль. Кто-то в темной одежде падает, и мое сердце замирает. Но тут я вижу Бастиана и неожиданно всхлипываю.

Внезапно его лицо белеет, и он бросается к бассейну.

Тело Бриэль погружается под воду.

Срываюсь с места, обгоняю Баса, ныряю, и у самого дна подхватываю девочку.

Не успевает ее голова показаться на поверхности, как к ней тянутся руки, хватают и вытаскивают ее. Я кашляю, хватаясь за ботик, легкие сводит спазм, затем две сильные руки вытягивают меня на бортик.

Оттолкнув Бастиана, я подскакиваю к Бриэль и начинаю делать искусственное дыхание. Легкие сопротивляются, но, если мне придется отдать ей свой последний выдох, я это сделаю.

Ради Бастиана.

– Отвали от нее! – кричит кто-то.

– Отойди на хрен! – рычит