Дважды два - Николас Спаркс

Связи я не уловил, но был согласен на все, лишь бы Лондон была довольна.

– Я, конечно, позвоню его маме, но у Бодхи могут быть другие планы. Мы же не предупредили его заранее.

– А мы все-таки попробуем. И мисс Эмили тоже возьмем с собой.

Я позвонил Эмили из дома. Узнав про океанариум, она попросила меня подождать. В трубке я услышал, как она спрашивает сына:

– Хочешь сегодня сходить в океанариум? Вместе с Лондон?

– Да! – раздался ликующий вопль Бодхи, и Эмили снова заговорила со мной:

– Ты, наверное, уже все слышал.

– Да, – подтвердил я.

– Когда выезжаем?

– Может, я заеду за вами через час?

Она задумалась.

– А может, лучше я за вами? У меня в машине DVD-плеер для детей, помнишь? Ехать недолго, но будет самый час пик… Ты не против снова сесть за руль?

– Конечно, – согласился я.

– Отправь мне адрес. И я пойду собираться. До встречи.

– Да, чуть не забыл! – спохватился я. – Лондон просила Бодхи надеть крылья из зоопарка.

– Зачем?

– Понятия не имею.

Она рассмеялась.

– Ладно, я не против. Все лучше, чем носиться по дому со световым мечом.

По привычке, которая уже начала укореняться, Лондон собиралась на свидание довольно долго. Она выбрала белую юбку с кружевом, розовую блузку с длинным рукавом, розовые кроссовки и, конечно, надела крылья.

Лично я предпочел повседневную одежду: темные брюки, темную рубашку и удобные туфли.

– Эффектно, – оценил я выбор дочери. – Сразу видно, что ты идешь в гости к рыбкам.

– Хочу получше представить себе, каким будет мой аквариум, – объяснила она.

По крайней мере, Лондон облегчила муки выбора, хотя чистить аквариум опять придется мне.

– Не хочешь захватить какой-нибудь фильм? Мы снова поедем на машине мисс Эмили.

– Обязательно надо будет посмотреть «В поисках Немо»!

– По-моему, отличный выбор.

Она нашла диск и принесла мне. Тем временем Тальери прислал еще одно сообщение: «Звонки продолжаются. Ну вы даете!»

Неделя выдалась прекрасной. Но я не догадывался, что ее продолжение будет еще лучше.

Океанариум находился в Конкорде, в пятнадцати милях к северу от Шарлотта, но поток транспорта был настолько плотным, что понадобилось почти сорок минут, чтобы добраться туда.

Впрочем, никто из нас не расстроился. Я поделился с Эмили подробностями своих последних достижений по работе, намекнул, что Мардж и Лиз собираются завести детей, потом заговорил о своих родителях. Эмили тоже рассказала, как дела у ее родных и как продвигается работа над картинами для выставки. Мы придерживались неписаного правила не упоминать про Вивиан, Дэвида и наше общее прошлое.

В океанариуме дети перебегали от одного аквариума к другому, как и в зоопарке. Мы с Эмили шагали следом, зорко приглядывая за ними. Я не мог не заметить, с каким интересом смотрят на Эмили другие мужчины. Большинство были вместе с женами и детьми, поэтому осторожничали. Эмили словно вовсе ничего не замечала, но я вдруг осознал, что воспринимаю реакцию других людей на нее острее, чем прежде.

Мы обошли весь океанариум, детям больше всего понравились акулы, морские черепахи, коньки и осьминог. Когда мы уже собирались выходить, я услышал музыку за приоткрытой дверью с табличкой «Служебное помещение».

Предыдущая песня закончилась, и диджей объявил следующую – Джей Ди Айкер «Вдвоем». Я остановился.

– Ты слышала, Лондон? Песня называется «Вдвоем». Помнишь, как в твоей любимой книжке звери приходили к ковчегу парами?

– Песня тоже про зверей?

– Не знаю, – ответил я. Диджей продолжал болтать, я повернулся к Эмили: – Сегодня она должна была выступать. И хотела быть бабочкой.

– А я и есть бабочка! Прямо сейчас! – объявила Лондон, крылья которой трепетали на ветру.

– Поскольку у нас вечер свидания… не хочешь потанцевать со мной?

– Да!

Песня заиграла, я взял Лондон за руки. Солнце повисло над горизонтом, сумерки раскрасили все вокруг оттенками сепии. На дорожке, ведущей от океанариума, не было никого, кроме нас с Лондон, Эмили и Бодхи.

Почему-то слова песни растрогали меня до слез. Я танцевал с дочерью, она покачивалась, подпрыгивала на месте, держала меня за руки, а я видел в ней и девушку, которой она станет в будущем, и вместе с тем – невинного ребенка, которым она была в настоящем.

И вдруг понял: это же мой первый танец с дочерью, и неизвестно, когда он повторится, если повторится вообще! Невозможно было представить себе, как мы танцуем вдвоем через несколько лет, поэтому я жил каждой секундой этого танца, отдался ему целиком, благодарный за еще одно чудо, произошедшее в конце и без того незабываемой недели.

– Никогда еще не видела более трогательной картины, – призналась мне Эмили, пока мы шли к машине. – Я сделала несколько снимков на телефон, позже отправлю их тебе.

– Да, это было удивительно, – согласился я. У меня в ушах все еще звучала мелодия. – Хорошо, что Бодхи не стал разбивать нашу пару.

– Ему бы это и в голову не пришло! Я звала его танцевать, но он наотрез отказался. А потом сказал, что нашел улитку, и захотел, чтобы я взяла ее в руки.

– Девочки и мальчики сделаны из совершенно разного теста, верно?

– Тебе досталась масса «конфет, и пирожных, и сластей всевозможных», – улыбнулась она, вспомнив детский стишок. – А мне – одна улитка.

– И ни ракушек, ни зеленых лягушек.

– Только потому, что Бодхи они не попались.

Я рассмеялся.

– По-моему, дети хотят есть.

– И я тоже.

– Остается только один вопрос: кто будет выбирать место, где мы поедим, – мы или они?

– На всякий случай предупреждаю: если в ближайшее время мы ничего не придумаем, Бодхи может раскапризничаться. И тогда от него лучше держаться подальше.

– Значит… «Курфиле»?

– В точку! – подхватила она.

Дети, конечно, были на седьмом небе от счастья.

Когда мы добрались до дома, Лондон все еще была взбудоражена, но успокоилась к тому времени, как переоделась в пижаму. Она поговорила с Вивиан по видеосвязи, потом мы почитали ее любимую книгу про зверей по парам. Дочитав, я вспомнил, что Эмили обещала переслать мне фотографии. Свое обещание она выполнила, и я показал снимки Лондон.

– Мы хорошо выглядим, правда?

Лондон взяла у меня из рук телефон и стала придирчиво разглядывать фотографии.

– Моего лица не видно – волосы его закрывают.