Бесчувственный наследник - Мишель Хёрд

встречался после твоего отъезда, и пошли слухи, что с ним что-то не так.

Кеннеди округляет глаза и поворачивается к Форесту.

— О боже! Правда?

Он только кивает, выдавливая неловкий смешок.

Когда Форест и Ария решились на эту фикцию, я составила контракт, чтобы не оказаться крайней, если все пойдет наперекосяк. Я и подумать не могла, что они нарушат одно из главных правил и начнут встречаться по-настоящему. Тот факт, что они не потрудились сказать мне об этом, ранит до глубины души. Я начинаю гадать, как много я вообще для них значу.

Мое внимание возвращается к разговору, когда Ария встает, бормоча: — Мне пора на занятия. Увидимся позже.

Когда Форест срывается с места, чтобы пойти за ней, в моей голове не остается и тени сомнения. Они встречаются по-настоящему.

Я заказываю обед и стараюсь сосредоточиться на общении с Кеннеди, потому что она на самом деле неплохой человек. Мы все хорошо ладили с ней, когда она встречалась с Форестом. Пока она рассказывает о жизни за границей, мои мысли крутятся вокруг Фореста и Арии. Мы были лучшими друзьями, сколько я себя помню, и впервые я больше не часть этой группы. Это паршиво... и сердце ноет от боли.

Я заканчиваю есть и, вставая, улыбаюсь Кеннеди: — Увидимся.

Выходя из ресторана, я чувствую себя лишней и одинокой как никогда. Я возвращаюсь в апартаменты, чтобы побыть наедине со своим горем, но когда вхожу, Ноа сидит перед телевизором и смотрит новости CNN.

Я сажусь рядом с ним и тупо пялюсь в экран. Проходит пара секунд, и я прислоняюсь головой к его плечу, шепча:

— Всего пару минут, и я оставлю тебя в покое.

Он сидит, замерев, а затем спрашивает: — Все в порядке?

Я качаю головой. — Мне одиноко.

К моему удивлению, Ноа поднимает руку и приобнимает меня за плечи. Он притягивает меня к себе. Не упуская этот шанс, я прижимаюсь к нему теснее и обнимаю его за талию.

— Спасибо.

Я вдыхаю его запах и сосредотачиваюсь на ощущении его тела рядом с моим. Мои пальцы сжимают его футболку, пока острая боль пронзает сердце. Боже, как же я хочу, чтобы это длилось вечно. Мое тело вздрагивает от того, насколько потрясающе чувствовать объятия Ноа.

Он крепче прижимает меня к себе и, подняв другую руку, прижимает ее к моей голове. А затем я чувствую его дыхание над макушкой.

Я замираю, все мои чувства сфокусированы на Ноа, когда он запечатлевает поцелуй на моих волосах. Я забываю, как дышать, и если бы мое сердце в этот момент остановилось, я бы этого не заметила.

Меня переполняет любовь, которую мне никогда не удавалось выразить, и на глаза наворачиваются слезы.

Я так тебя люблю. Пожалуйста, полюби меня в ответ.

Ноа продолжает смотреть новости, а я стараюсь не шевелиться, чтобы не раздражать его. Мои веки тяжелеют, и я не в силах больше держать глаза открытыми.

ГЛАВА 7

НОА

Когда тело Карлы расслабляется в моих руках, я бросаю на нее взгляд и, понимая, что она уснула, глубоко выдыхаю. Я смотрю на нее, пока внутри меня воюют эмоции — от нежности до опасения.

Ее голова соскальзывает по моей груди, и прежде чем она уткнется лицом прямо в мой член, я подсовываю ладонь ей под щеку и перекладываю голову себе на бедро. Медленно убираю руку, но от этого движения она все равно шевелится. Она трется щекой о мое бедро, а затем сворачивается маленьким клубочком.

Глядя на Карлу, я подношу руку к ее лбу и осторожно убираю каштановые кудри с ее лица. Мой взгляд скользит туда, где моя рука лежит на ее боку. Я двигаю левой рукой, пока пальцы не касаются ее предплечья.

Ее кожа такая мягкая.

Правой рукой я зажимаю один из завитков между указательным и большим пальцами.

Тоже мягкий.

С той ночи, когда она сказала, что любит меня, и я смотрел, как она убегает вверх по лестнице, я не видел Карлу такой уязвимой. Это заставляет странное защитное чувство трепетать внутри. Еще одна новая эмоция, которую нужно попытаться классифицировать.

Новости по телевизору полностью забыты, пока я рассматриваю девушку, спящую у меня на коленях.

Девушку?

Действительно ли она все еще девчонка?

Я замечаю ее изгибы и ложбинку между грудей, которая стала отчетливее теперь, когда она лежит на боку. Нет, Карла определенно не маленькая девочка. Она выросла, и теперь, когда она стала женщиной, я не уверен, что разница в возрасте имеет значение.

Может, мне стоит попробовать построить с ней отношения? Она знает, какой я... что я «другой». И все же она не сдалась, хотя прошли годы. Это должно что-то значить.

Я впиваюсь взглядом в лицо Карлы и позволяю себе прочувствовать те эмоции, которые она во мне вызывает. Мое сердце начинает биться быстрее, губы приоткрываются, дыхание учащается.

Будь то химическая реакция или нечто большее, Карла заставляет меня чувствовать то, чего я никогда не испытывал раньше. Интерес, желание, покровительство, потребность доминировать над ней. Есть потребность узнать о ней каждую мелочь, пока она не перестанет быть загадкой.

Но я уже ранил ее однажды, и я действительно не хочу причинять ей новую боль. Что, если окажется, что я не смогу быть с ней? Это снова разобьет ей сердце. То, что она любит меня, не дает мне права использовать ее как подопытную в эксперименте. Карла заслуживает мужчину, который будет молиться на нее. Она заслуживает лучшего, чем человек, которому трудно справляться с эмоциями.

Мысль о том, что Карла встречается с другим мужчиной, заставляет мои челюсти сжаться, а дыхание — сбиться. Я чувствую укол собственничества и желание ударить что-нибудь. Склонив голову, я пытаюсь переварить эти новые чувства.

Черт, Карла — это как неуправляемые американские горки, и я не уверен, что выживу в этой поездке.

Нуждаясь в том, чтобы разобраться в беспорядке в голове и груди, я осторожно подхватываю Карлу на руки и отношу в спальню. Укладываю ее на кровать и в порыве безумия наклоняюсь и прижимаюсь губами к ее виску. Мои глаза закрываются, пока я впитываю ощущение ее кожи на своих губах.

Отстранившись, я пулей вылетаю из ее комнаты и направляюсь в свою.

Достав телефон, я набираю номер Дэш. Мне нужно поговорить с кем-то, кто даст ответы, и сестра — единственный человек, о ком я могу подумать. Она пошла в отца, в то время как