Путин. Прораб на галерах - Андрей Колесников

— Просто в январе у нас был спектакль «Киллер Джо» по пьесе Трейси Леттса — американского драматурга, который получил Пулитцеровскую и премию Tony, — пояснил актер. — В театре вообще никогда не ставился.

— Почему обязательно «Джо»? — Премьер был неприятно удивлен. — У нас что, своих киллеров нет?

— …Представьте, вы утром проснулись и вдруг вы понимаете, что вам хочется сегодня драйва и страсти, и вы идете сегодня в Театр наций на «Ромео и Джульетту»… — пояснил Александр Новин. — А если понимаете, что вам сегодня хочется чего-то поострее, вы идете на «Киллера Джо»… Приезжали сюда мои однокурсники — сургутские ребята, они приходили на спектакль, они просто были в шоке!.. 1–2 октября у нас будет спектакль «Киллер Джо». Владимир Владимирович, мне кажется, вам будет интересно!

— Что вы меня все на киллеров зовете?! Я лучше приду Шукшина смотреть! — заявил премьер.

На выходе из театра премьер не мог не заметить афиш, на которых большими буквами было написано, что в финансировании постановок задействован Фонд Михаила Прохорова.

То есть, когда не трогают человека, все у него получается.

* * *

Директор Музея изобразительных искусств Ирина Антонова показала Владимиру Путину выставку картин Караваджо. В полутемном зале от полу— и совсем обнаженных тел шел удивительный свет. Караваджо в XVII веке продемонстрировал виртуозное владение форматом 3D.

— «Иоанн Креститель»… Караваджо изображает его одухотворенным, цельным, юным, голым… А «Спящий Амур»? Страшноватый образ, правда?…

— Да-да, — рассеянно согласился премьер.

— А вот «Святой Франциск»… — продолжила Ирина Антонова.

Владимир Путин по всем признакам должен был оживиться, ведь это тот самый святой Франциск, который, как и Владимир Путин, мотыжит свой участок.

Но он был погружен в созерцание другой картины.

— Да! — шепотом воскликнула Ирина Антонова. — «Поклонение пастухов». Сколько нежности в их взглядах, сколько чувства!.. Полное единение всех в одном чувстве!.. Любви к Нему!

Владимир Путин вглядывался в «Поклонение пастухов».

Ему по некоторым причинам нравилась эта картина.

* * *

Владимир Путин подошел к байкеру Александру Залдостанову (Хирургу), рядом с ним стояла хрупкая юная брюнетка.

— На вашем фоне он особенно брутально смотрится, — сказал действующий премьер.

— А вот мы не байкеры, — заметил режиссер Олег Табаков предпринимателю Николаю Фоменко, — вот к нам и не подходят. Но будем.

— И кто это? — спросила меня телеведущая Елена Малышева.

— Хирург, — сказал я, — разве вы не знаете?

— Нет, — ответила она, — хирурги все-таки здесь Давыдов и Готье, есть разница. А вот кто это?

— Александр Залдостанов, — переформулировал я.

Елена Малышева пожала плечами.

— Не бросайте мотоцикл, — говорил тем временем Хирург Владимиру Путину. — Ни в коем случае не бросайте!

Господин Путин, видимо, пару раз уже бросал, причем со всей силы.

Тут господин Путин все-таки подошел к Николаю Фоменко и Олегу Табакову, они поговорили об искусстве (это занятие у интеллигентных людей — минуты на две обычно), и господин Табаков удовлетворенно произнес, когда Владимир Путин отошел:

— Ну вот! Никакого попрошайничества! Просто поговорили!

Он и сам, наверное, был немного удивлен этим.

— Да, — согласился Николай Фоменко, — а могли бы путевку в Сочи попросить.

Подошел господин Путин и к Тимати и внимательно осмотрел его зататуированные руки.

— Красиво! — неожиданно произнес Владимир Путин.

И тут Тимати взял свое. Он попросил у избранного президента разрешения сфотографироваться с ним, сделал знак V двумя пальцами. То же самое произвел и господин Путин. Получилось в переводе на русский, как ни крути, «ВВ».

— Можешь теперь шесть лет без прав ездить, с фотографией этой! — сказал я ему потом.

— Правда?! — обрадовался Тимати. — Смотри, я покажу, как получилось! Круто! Никто не додумался!

Не зря в ролике снимался парень.

* * *

Владимиру Путину долго рассказывали про талантливую работу голландских живописцев, и он вдруг подтвердил, остановившись возле одного полотна:

— Да, большая картина!

Экскурсовод тоскливо переглянулась с коллегами, но тут премьер договорил:

— Ведь голландцы обычно небольшие пишут.

Экскурсовод с облегчением кивнула: и точно! Меткое наблюдение!

* * *

Станислав Говорухин расстроенно сказал, что в стихотворении Пушкина про ямщика на облучке дети понимают сейчас только глаголы, а значит, Пушкин им недоступен. Кроме того, господин Говорухин вспомнил, что к нему на курс в Школу-студию МХАТ пришла девушка, которая несколько лет прожила на Чукотке и не смогла в конце концов показать ее Станиславу Говорухину на карте размером три на четыре метра у того за спиной.

Господин Путин заявил, что должен заступиться за подрастающее поколение:

— Конечно, они не знают, кто такой ямщик. Они знают, кто такой пилот «Формулы-1».

Девушка, не нашедшая на карте Чукотки, тоже не расстроила господина Путина.

— Она кто? — спросил он.

— Ко мне пришла в Школу-студию, — недоуменно повторил Станислав Говорухин.

— Ну, это артисты, — объяснил Владимир Путин Станиславу Говорухину. — Они же такие…

И он под одобрительный смех зала замысловато покрутил ладонью у виска. — По ним же нельзя обо всех судить.

Станислав Говорухин сумел проглотить это замечание. И, похоже, это не составило ему особого труда.

* * *

Куда еще мог пойти Владимир Путин после офшорного панамского скандала и возникшего в нем виолончелиста Сергея Ролдугина, яркого представителя петербургской школы — и виолончельной, и, стало быть, предпринимательской? Конечно, в Консерваторию. Куда, уже предварительно заступившись перед журналистами за товарища, который столько лет был в тени (большого, как выяснилось, бизнеса) и который теперь оказался под лучами такого неверного света? Безусловно, в Консерваторию. Просто в воспитательных хотя бы целях. Вы что-то говорите? А мы будем слушать! Нет, не вас. Музыку.

* * *

Режиссер Театра наций Евгений Миронов рассказал, что из спектакля в его театре «Сказки Пушкина» некоторые настойчиво предлагают ему убрать сказку «О попе и работнике его Балде», а то и запретить сам спектакль.

— Кто запрещает? — нехорошо переспросил Владимир Путин.

Было ясно, что расправа с этим человеком будет молниеносной.

— Его пока никто, — пояснил Евгений Миронов. — Я говорю: в Омске запретили (рок-оперу «Иисус Христос — суперзвезда». - А. К.)!