Вашингтонский указ - Юсси Адлер-Ольсен

остаток дня у матери в Чесапике — сидеть на веранде, закинув ноги в резиновых сапогах на перила, кутаться в уродливые ватные одеяла и до колик смеяться над чудачествами отца. Однако перед самым ее выходом снова позвонил Уэсли. Он сообщил, что Брюс Янсен и его сопровождающие прибудут в Ричмонд к полудню, и Догги должна быть на месте, когда в час дня все соберутся в кабинете губернатора в Капитолии штата. В адрес Янсена поступили какие-то угрозы, и Сандерленд хотел видеть всю команду в сборе. Угрозы в адрес Янсена — дело скверное. «Что за угрозы?» — спросила она, но Уэсли ничего толком не знал. Догги поняла: Янсен и Сандерленд решили ввести всех в курс дела одновременно.

Она быстро собрала чемодан и спустилась на грузовом лифте в подземный паркинг за своей машиной — стареньким, но верным «Эм-Джи» на спицованных дисках. Она лично накопила на этот автомобиль со своего скромного жалованья, и к его капризной механической коробке передач ни один сопляк-коридорный не имел права даже притрагиваться. Ни под каким видом!

Стоило раздвижным дверям лифта открыться, как прямо перед ней вырос дурачок Тоби О’Нил. Немытый, небритый, в сером рабочем халате, он глуповато ухмылялся — по-видимому, шел прессовать макулатуру.

— Ого, мисс Кёртис, снова в путь-дорогу собрались, да?

Она уже хотела поправить его насчет фамилии, но лишь махнула рукой. Какой смысл? Этого тугодума всё равно ничему не научишь.

— И опять к этому мудиле возвращаетесь, а?

Догги попыталась молча обойти его.

— К этому уроду Янсену и его шлюхе-жене, которые дурят голову всей Америке и всему миру. К гребаным тварям, которые нас разводят, а?

Она замерла как вкопанная.

— Что ты несешь, Тоби?

— Он ублюдок, и баба его вонючая — обычная подстилка, как и все они!

Ей безумно захотелось врезать этому тщедушному недоумку прямо по немытой физиономии.

— Послушай меня, Тоби. Не смей говорить мне подобные вещи, понял? Откуда ты набрался этой мерзости?

Тоби О’Нил потер глаз. Трудно было понять степень его умственной отсталости. Временами он рассуждал здраво, а временами вел себя как шестилетний ребенок. Непредсказуемый и странный тип: то зажимается от страха, то взрывается агрессией. Догги уже пожалела, что ввязалась в разговор, и сделала шаг в сторону своего автомобиля.

— У этого гада глаза как у ящерицы и мерзкий раздвоенный язык! — донеслось ей в спину. — Мы тут у себя на юге таким не верим, нет уж. Нам этот урод, его девка и их выродок даром не сдались, так и знай. Мы им не верим.

Она резко повернулась и положила руку ему на плечо. Он назвал нерожденного ребенка Янсена выродком — точно так же, как вчера вечером выразился ее отец.

— Кто это «мы», Тоби?

— Ну уж точно не ты! — загоготал он. — Точно не ты.

— Это мой отец наговорил тебе всё это, Тоби?

Тоби глупо улыбнулся, но тут же осекся.

— Твой отец? — Его лицо мгновенно стало испуганным и серьезным. — Нет, твой отец никогда ничего такого не говорит, нет.

Догги почувствовала, как он косится куда-то ей за спину, и резко обернулась. В нескольких шагах от них стоял ее отец. На его лице застыло пугающее, мрачное выражение. Какого черта он тут делал? Догги огляделась. Приехал на машине? Но она не слышала шума мотора. Она снова глянула на Тоби — бедолага был смертельно напуган.

— Слишком много болтаешь, Тоби, — ледяным тоном произнес отец, буравя взглядом тщедушного дурачка. — Мы не желаем слушать гадости про работодателя Догги, уяснил?

Догги мчалась по шоссе на север, прокручивая в голове этот разговор. В канцелярию губернатора на третьем этаже она вбежала ровно в минуту второго.

Вся команда уже сидела за огромным столом для совещаний в зале с высокими потолками. Судя по их виду, брифинг шел уже добрых полчаса. Догги тихо опустилась на свободный стул рядом с Уэсли.

— Удалось поспать? — негромко спросил Уэсли, закончив доклад о том, что он успел сообщить прессе касательно сегодняшнего голосования.

Она утвердительно буркнула в ответ:

— Ты говорил, что Янсену угрожают. Что за угрозы, знаешь?

Уэсли молча указал на Томаса Сандерленда, который как раз входил в зал. Тот сухо кивнул присутствующим и сел во главе стола.

— В 10:05 полиция передала нам информацию о поступивших в адрес сенатора Янсена угрозах, — объявил он, сурово оглядывая присутствующих, словно подозревал каждого из них.

Он выразился обтекаемо — «информация от полиции», но что за этим стояло на самом деле? Догги почувствовала, как по спине пробежал холодок. Призрак прошлого, трагедия в Китае, всегда незримо присутствовал где-то рядом.

Она посмотрела на Уэсли, но тот не обращал на нее внимания. «Неужели он уже выбросил из головы наш вчерашний разговор?» — подумала она. Ей безумно захотелось положить руку ему на бедро — просто чтобы освежить его память. Она оглянулась: на заднем ряду сидел Дональд Беглаубтер и приветливо махал ей рукой. Догги снова повернулась к Томасу Сандерленду. Вид у того был прескверный.

— Мы пока не знаем всех деталей, — продолжил Сандерленд, — поэтому я был вынужден уведомить Янсена об ужесточении мер безопасности. По всей видимости, мы вступили во вторую фазу кампании. Фазу, когда мы должны вести себя как потенциальные представители будущей администрации, а значит — как мишень для ненависти всякого рода безумцев. Мне очень жаль, но таковы реалии.

Сандерленд кивнул в сторону двери. Один из штатных охранников Капитолия распахнул ее, и в зал один за другим вошли пять-шесть суровых мужчин в черных костюмах.

— Отныне сенатор Янсен не появится на публике ни в одном месте, пока территория не будет тщательно проверена и зачищена. Сейчас у вас есть возможность познакомиться с нашей новой службой безопасности. Давайте поприветствуем их. — Он сделал несколько коротких хлопков. — Этот отряд находится под началом специального агента Бена Кейна, которого прямо сейчас представляют его нанимателю. Впредь эти люди будут отвечать за личную безопасность сенатора Янсена и координировать свои действия с Секретной службой США, чья стандартная процедура охраны кандидатов в президенты начнется в июле, за 120 дней до выборов. С сегодняшнего дня вы обязаны беспрекословно выполнять их указания, это ясно? Запомните их лица — возможно, когда-нибудь эти люди спасут нам жизнь.

Догги внимательно оглядела вошедших. Они были похожи друг на друга как две капли воды — различить их могла разве что