Корабли-призраки. Подвиг и трагедия арктических конвоев Второй мировой - Уильям Жеру

Сильные и непрекращающиеся ночные налеты и несколько дневных налетов в последние четыре дня привели к следующему:

британское судно «Оушен Фридом», получившее два прямых попадания и затонувшее в порту, считается полностью погибшим и, вероятно, вывело из эксплуатации один причал.

Советский пароход «Лена» при попытке спасения перевернулся, причал был разрушен бомбой.

Зажигательные бомбы попали в американские суда, но были потушены, не причинив ущерба.

Несколько крупных зданий разрушено [бомбами] и зажигательными снарядами при значительном количестве жертв.

Частично разрушен пакгауз и пути на 11 сортировочных станциях.

Немцы используют бомбы замедленного действия, одна из которых взорвалась в Мурманске.

Когда конвой RA-53 вышел из Мурманска, Картер с радостью отметил, что «Ричард Блэнд» вооружен лучше, чем «Айронклэд». У «Ричарда» были 4-дюймовое 50-калиберное орудие на корме, пушка на носу и восемь 20-миллиметровых зенитных орудий на верхних палубах. Картер предложил свою помощь, и командир подразделения Службы вооружений морского транспорта энсин Эд Нили принял ее, предложив лейтенанту командовать кормовым орудием и направлять огонь нескольких зенитных установок. «Ричарду Блэнду» досталось завидное место в центре ордера конвоя, сразу за судном коммодора.

Конвой прошел по Баренцеву морю, миновал остров Медвежий без потерь, а затем повернул на юго-восток, к Исландии. Погода была плохой, но не ужасной. Утром 5 марта впередсмотрящие с американского транспорта «Экзекьютив», который шел рядом с «Ричардом Блэндом», заметили торпеду, которая пронеслась возле правого борта. Через пару мгновений вторая торпеда попала в машинное отделение «Экзекьютива». Третья прошла мимо поврежденного транспорта, ударила в носовую часть «Ричарда Блэнда» и взорвалась в переднем грузовом трюме. При взрыве в корпусе образовались пробоины, трюм залило водой. «Ричард Блэнд» остался на плаву, но отстал от конвоя.

Члены команды сообщили, что из нижней части грузового трюма, где хранились снаряды для корабельной пушки, идет дым. Картер вызвался спуститься туда и оценить ущерб. Вместе с еще одним моряком они отправились в трюм, освещая себе путь фонарями. Из грузов в этой части судна находилась только еловая древесина, обладавшая хорошей плавучестью. При взрыве торпеды часть корпуса выгнуло наружу, и этот фрагмент стал вести себя как второй руль, мешая управлять судном. Картер поднял несколько свалившихся с полок пушечных снарядов и выбросил их за борт. Арсенал с большей частью боеприпасов для корабельной артиллерии находился в глубине судна, у подножия семиметровой лестницы, которая вела сквозь узкий проем в непроглядную черноту. Картер заметил «бледный желтый дым», который поднимался из этой темноты, но решил не рисковать и не спускаться туда.

Выяснилось и кое-что похуже: при ударе торпеды «Ричард Блэнд» треснул пополам. Транспорты типа «Либерти» были подвержены трещинам, поскольку их корпусные панели соединялись с помощью сварки, а не заклепок, в результате чего корпуса становились более жесткими и, следовательно, чаще трескались. Трещина в «Ричарде Блэнде» тянулась по всей ширине главной палубы, а затем спускалась по корпусу с обеих сторон. Другой транспорт типа «Либерти», идущий в конвое, «Дж. Л. М. Карри», разломился на части, получив трещину во время шторма. Команду «Карри» с тонущего судна спас британский корабль эскорта.

«Ричард Блэнд» спасать было некому, но он, к счастью, не развалился. Старший механик перераспределил мазут и воду в топливных емкостях таким образом, чтобы поставить транспорт на ровный киль и позволить ему догнать конвой. Как только «Ричард Блэнд» вернулся в группу, RA-53 атаковала дюжина немецких бомбардировщиков «Хейнкель-111». Две бомбы разорвались по разные стороны от «Ричарда Блэнда», но дополнительного ущерба ему не причинили.

Той ночью метель рассеяла ордер RA-53 по океану. С первыми лучами солнца небо расчистилось, но ветер усилился. «Ричард Блэнд» находился в полном одиночестве. Картер подозревал, что немецкая подлодка, которая его торпедировала, по-прежнему оставалась неподалеку, ожидая возможности завершить начатое. Поврежденное отстающее судно вроде «Ричарда Блэнда» было легкой добычей. Вопрос был лишь в том, не потопит ли его прежде шторм. Море разбушевалось, и рулевой механизм транспорта вышел из строя. Моряки пытались двигать рулем с помощью лебедок. Капитан решил больше не искать конвой и повернул судно против ветра, чтобы выйти из усиливающегося шторма. Картер никогда не видел таких огромных волн. Каждый раз, когда судно поднималось на вал, трещина в корпусе раскрывалась на несколько сантиметров, а затем смыкалась снова, когда транспорт соскальзывал в ложбину. Картер не сводил глаз с этой трещины. Когда волны развернули судно, она, по его словам, сомкнулась с «жутким скрежетом, который прозвучал так, словно шел прямо из преисподней». По судну «прошла сильнейшая дрожь, которая проникла в душу каждому, кто был на борту».

Шторм не стихал. По оценке Картера, высота волн доходила уже до 23–24 м. «По моим прикидкам, когда я стоял на открытом мостике, высота уровня моих глаз составляла 16 м, – писал он. – Когда мы опускались на дно ложбины, мне приходилось поднимать глаза еще метров на семь, а то и больше, чтобы увидеть гребни этих потрясающих водяных стен». Картер, как ни странно, был спокоен. Он не молился и не заметил, чтобы молился хоть кто-нибудь из его товарищей по команде. «Казалось, мы понимали, что помочь нам не может никто, даже Всевышний, – вспоминал он. – Возникал скорее вопрос, какие горы мы не сможем преодолеть, но гадать не было смысла».

Не в силах и дальше обходиться без сна, Картер улегся на свою койку, установленную в каюте энсина Нили. Не успел он заснуть, как судно резко развернулось. Выброшенный из койки, Картер ударился о ящик и ушиб руку. Услышав грохот снаружи, лейтенант выбежал на главную палубу, где в лицо ему ударила струя огнетушителя, который сорвался с крепления и катался из стороны в сторону. Ветер унялся, и волны теперь были вдвое меньше, но барометр показывал давление 650 мм ртутного столба – такого низкого значения Картер никогда прежде не видел. В море вокруг судна было полно льда. Картер описал эту сцену как «чистый невообразимый сюрреализм»:

Насколько хватало глаз, поверхность океана была покрыта огромными кусками плавучего льда. Эти массивные льдины представляли невероятную картину синхронизированного хаоса. Волны, сдавливаемые льдом до высоты 3–4 м, шли под плавучими льдинами. Движение волн представляло собой жуткий балет, танцорами в котором были огромные куски льда. Столкновение с одним из них могло иметь серьезные, а возможно, даже смертельные последствия.

«Ричард Блэнд» пробирался среди льдин, трещина в его корпусе открывалась и закрывалась, а впередсмотрящие внимательно следили, не покажется ли где-нибудь немецкая подводная лодка. По радио пришла сводка о ледовой обстановке, и капитан направил судно в открытое море. 9 марта «Ричард Блэнд» вышел изо льдов всего в 55 км от побережья Исландии. Норвежское море оставалось неспокойным, его шестиметровые волны еще несколько дней назад напугали бы моряков. Картер взял перерыв и сидел в штурманской рубке, представляя, чем займется, когда они доберутся до Исландии. Но с этими мыслями он поторопился.

«Перископ слева по борту!» – крикнул впередсмотрящий. Картер взбежал на мостик как раз в то мгновение, когда в судно попала торпеда. Он бросился на корму, чтобы встать к 4-дюймовому орудию, и увидел, как вторая торпеда пронеслась мимо, едва не задев «Ричард Блэнд». Но и первой оказалось достаточно. Морская вода хлынула внутрь через пробоину в корпусе. Двигатели «Ричарда Блэнда» остановились. Судно так сильно накренилось, что целиться из 4-дюймового орудия стало невозможно. Картер решил все равно сделать несколько выстрелов ради поддержания боевого духа экипажа, но ударный механизм орудия оказался поврежден. Картер уже не удивлялся тому, что на торговом судне установлено неработающее орудие.

Когда капитан «Ричарда Блэнда» отдал приказ покинуть судно, начался сильный снегопад. Команда стала спускать шлюпки, хотя в неспокойном море это было рискованно. Ветер почти сразу подхватил две из них и унес прочь, когда они еще не были загружены полностью. В двух оставшихся шлюпках не хватило бы места для всех оставшихся, поэтому капитан спросил, кто готов ждать спасения на борту «Ричарда Блэнда». Просьба была нешуточной. Картер обсудил варианты с несколькими артиллеристами. Он не сомневался, что судно вот-вот торпедируют снова. Температура воздуха была –9 ℃, температура воды составляла –2 ℃. Поверхность моря