Вкус чтения тысячи томов - Цзи Сяньлинь

пора, хотя в этом году, как мне кажется, здесь несколько жарче, чем обычно. Эта чудесное время и было выбрано для проведения известного на весь мир Международного поэтического фестиваля Вальмики.

Название фестиваля не позволяет ошибиться в его основной тематике – разумеется, он посвящен поэзии. Талантливые поэты всех возрастов приехали сюда из двадцати восьми стран мира, чтобы принять участие в этом грандиозном празднике и представить свои стихи на суд публики. Значение этого фестиваля было так велико, что сам глава государства, а также вице-президент Индии и дипломатические представители различных стран лично приняли в нем участие.

Здесь собрались люди с разным цветом кожи, говорящие на разных языках и с разными политическими убеждениями, объединяло же их то, что все они были поэтами. Возможно, у каждого из участников и гостей фестиваля было свое собственное отношение к поэзии, ведь она всегда воспринимается субъективно, однако в главном все были едины. Наиболее полно это всеобщее единение выразил президент Индии в своей речи на Международном форуме мировой литературы, где особенно отметил, как важно сохранять взаимопонимание и мир между всеми странами.

Поэтом я себя никогда не считал, однако мне всегда была интересна поэзия, как китайская, так и зарубежная. Поэтому, подумал я, не будет совсем уж неправдой оказать себе немного чести и назваться «поэтом, не пишущим стихи», что позволит мне принять участие в этом фестивале. Хотя, должен признать, что «поэт, не пишущий стихи» – это все же не настоящий поэт.

Площадка для выступления участников была устроена прямо на изумрудно-зеленой лужайке сада дома премьер-министра Джавахарлала Неру[141] – там установили специальный навес и оборудовали места, где можно было присесть. Поначалу меня удивило это решение организаторов праздника, поскольку обычно для проведения таких мероприятий использовали торжественный, богато украшенный зал для конференций, где обстановка требовала соблюдать правила и демонстрировать изысканные манеры. Но на этот раз поэты декламировали свои произведения на лоне природы, и, признаюсь, это было прекрасно – сердце мое словно соприкоснулось с каждым из гостей и участников фестиваля. Действительно, очень удачная идея для такого мероприятия!

Атмосфера царила непринужденная, и вскоре по инициативе великого поэта Рабиндраната Тагора все мы вышли из-под навеса и уселись прямо на траве под большим деревом. Места хватило каждому, в то же время сохранялось ощущение уюта, который, возможно, дарил вечный огонь, зажженный здесь в память покойного премьер-министра Джавахарлала Неру. Солнце сверкало в голубом небе, весенний ветер доносил благоуханные ароматы. Мы сидели в тени деревьев и пальм, где с ветки на ветку перескакивали всевозможные пичужки и заливались трелями на все лады. Им вторили голоса поэтов из разных стран, нараспев декламировавших свои стихи. Эхо птичьих и людских голосов разносилось среди зеленых деревьев и цветущих ветвей и сливалось в единую симфонию. Возможно, это прозвучит не совсем уместно, но мне в голову пришло мысль о единстве Неба и человека.

Слыша заливистые трели птиц и наблюдая, как они непринужденно порхают с ветки на ветку, я не смог сдержать вздох сожаления, ведь в Пекине пернатые стали редкостью. Прежде на территории Пекинского университета, в этом укромном уголке, окруженном водой и деревьями, водилось немало птиц. Однако в последнее время из-за загрязнения окружающей среды и намеренного уничтожения некоторых видов птиц даже самые обыкновенные и порой раздражающие воробьи практически исчезли, а о каких-то редких птицах и говорить нечего. Здесь, в Индии, все иначе. Религия, которую исповедуют индийцы, не позволяет им убивать живых существ, и этому правилу следуют даже озорные дети. Несколько тысячелетий такого мирного сосуществования привели к тому, что птицы, кажется, потеряли всякую осторожность. Справедливости ради замечу, что воздух Нью-Дели также сильно загрязнен; я жил в гостинице «Канишка» на двенадцатом этаже, и клубы пыли практически достигали моих окон. Местные орлы и голуби парили в этой желтоватой взвеси, словно в облаках. Каждый день я открывал окно, и голуби по одному, а иногда и парами влетали ко мне в комнату. Вели они себя, надо сказать, очень надменно и не обращали на меня никакого внимания – прятались под диваном и беспрерывно ворковали, видимо, объясняясь друг другу в любви.

Сад, разбитый вокруг дома премьер-министра Джавахарлала Неру, был настоящим птичьим раем. А сейчас, когда здесь звучала поэзия, птахи словно решили аккомпанировать чтецам и запели еще старательнее. И я поддался этому всеобщему настроению, в моей груди теснились волнующие и пронзительные чувства, какие, вероятно, и должны быть у настоящего поэта.

Во все времена поэты относились к птицам с особым трепетом и посвятили им немало лирических строк. В китайской поэзии этот образ также часто используется, достаточно вспомнить такие известные стихотворения, как «Птицы запели, и стало укромней в горах»[142], «Стремительных птиц улетела последняя стая»[143], «Поют – не смолкают над вешней влагой речной»[144], «Я отовсюду слышу крики птиц»[145], «К пению птиц вкус потерял»[146].

В некоторых произведениях даже упоминался конкретный вид птиц:

Весной ушедшей я стоял в томленье,у лепестков, закончивших цветенье,а ласточки – все парой надо мной.[147]

Кажется, что сама судьба связала неразрывными узами поэтов и неугомонное птичье племя, и не будь вторых, первым попросту неоткуда было бы черпать вдохновение. Тем сильнее становится мое беспокойство о нынешнем бедственном положении птиц в Китае. Если в ближайшее время ситуация усугубится, тогда под угрозой вымирания окажутся не только некоторые виды птиц, но и сама наша поэзия будет поставлена на грань выживания. Оговорюсь, что все это – лишь мои личные рассуждения, и поэты других стран могут думать совершенно иначе.

Авторы стихов живут в разных уголках мира, говорят на разных языках, пишут о разном и придерживаются разных политических взглядов. Но всех их объединяет поэзия, и это чувство сопричастности дарит настоящее счастье. Стихи становятся способом найти единомышленников, и пусть нам не избежать некоторых незначительных разногласий, но перед искренним призывом защищать мир и дружбу все они теряют какую бы то ни было значимость.

Хочу еще раз уточнить, что по-прежнему не считаю себя поэтом несмотря на то, что принял участие в поэтическом фестивале. Мне не раз предлагали здесь прочесть свои стихи, но я вежливо отказывался. Однако время, проведенное в чудесном уголке Нью-Дели, где растет вечнозеленая трава и круглый год не увядают цветы, разбудила в моей душе особые чувства, и теперь меня занимает вопрос – если бы фестиваль Вальмики продлился, например, полгода, неужели я смог бы стать настоящим поэтом? Пожалуй, над этим стоит поразмыслить…

18 марта 1985 года

Как родилось эссе «Весна возвращается в Пекинский университет»

Мне нравится писать в жанре короткой прозы, и я часто и