Завоеватель. Кровные драконы - Анна Левин

решения. То, что нормально для Норгратера, может пошатнуть основы общества южан. Мы решили насаждать свою цивилизованность, а не перенимать чужое варварство.

Хотя... видят предки, эта девушка действительно красивая!

— Послушай, Лилия, я дал слово, что ты и остальные женщины будете в безопасности при моем правлении. Оставь свою честь для будущего мужа.

— Не нужно беспокоиться об этом, я не девица.

Усмехнулся, разглядывая ее.

— Понятно, хочешь скрыть свой позор, прикрываясь моим именем?

Она ответила надменным взглядом.

— Я была невестой бога, это почетно!

— Не понимаю, о чем ты.

Лилия прошла вперед, и села на край отцовской кровати.

— Когда появились первые слухи о заморском завоевателе, жрецы объявили это карой, ниспосланной небожителями. Якобы мы утратили уважение к богам, и они отвернулись от нас в час опасности. Тогда народ потребовал возродить старые традиции, чтобы доказать свою набожность, и вернуть заступничество великих.

— Уже звучит отвратительно, – меня раздражало лицемерие жрецов, как и глупость простых драконов. – И как возрождение традиций повлияло на твою девичью честь?

На скулах проступили пятна, ей явно стало неприятно.

— Жрецы выбрали меня в качестве невесты верховного божества. Отец счел это честью для нашей семьи. Меня забрали в храм, где я жила на самом последнем этаже, отрезанная от родных и друзей. Это было необходимо, чтобы вернуть моим мыслям ясность и чистоту. Там я молилась, выпрашивая у жениха милости к нашему народу.

— Любопытная традиция, ничего не скажешь. А кто выполнял супружеский долг от имени божества?

— Старший жрец.

— Хитро устроено! – невольно рассмеялся, оценив ловкость жрецов.

— Ты не понимаешь! – возмутилась девушка. – Когда первый страх уляжется, горожане вспомнят, что возлагали на меня надежды, и решат, что я не устроила бога, раз он не защитил их от тебя.

— Лилия, твой отец отдал тебя кучке больных негодяев, которые отняли у тебя невинность ради низменных потребностей! Они знали, что нет никакого бога, но разыграли этот спектакль, чтобы получить золото, власть и знатную девушку для развлечения старого ублюдка. Даже теперь, послемоей победы ответственность заваше поражение ляжет натебя : не на воинов, не сумевших защитить родину, не на толстых жрецов, обещавших победу, а на тебя, девочку, которая никогда не была способна повлиять на ситуацию. Так неужели тебе есть дело до того, что они скажут?

— Ты не понимаешь, – горько произнесла драконица. – Сколько бы ты ни боролся с верующими, их дух тебе не сломить. Они продолжат нести в сердцах то, о чем нельзя будет говорить вслух. А я не хочу становиться изгоем, не хочу, чтобы мое имя стало синонимом позора.

— Так чего ты хочешь от меня?

— О тебе говорят, что ты – потомок бога, утраченного правителя. Если я стану твоей женщиной, драконы увидят в этом знак, новый смысл. Скажут, что старый бог проиграл молодому, явившемуся из-за океана. Это будет полезно и для меня, и для тебя.

Она поднялась, развязывая тесемки на своем одеянии. Тяжелая ткань упала на пол, открывая обнаженное тело. При такой тонкой талии бедра и грудь были вызывающе сочными, я ощутил сильное напряжение в штанах, и понял, что не смогу обойтись без женщины. В то же время ее настойчивость разозлила меня: она не имеет права диктовать мне условия!

— Одевайся, и уходи. Живо!

— Нет, – спокойно возразила Лилия, и легла на стол прямо передо мной.

В памяти возник образ Каридад, но его быстро вытеснила подрагивающая от возбуждения драконица. Видимо, жрецы добросовестно обучали невесту идола, так как ее стоны раздавались во всех уголках дворца, а я не мог утолить жажду с такой раскованной любовницей.

Уже на рассвете, когда она томно откинулась на подушки, я понял, что Лилия ловко поймала меня на крючок. Сначала притупила бдительность беседой, а потом просто предложила себя так, что я не смог отказаться. А ведь я клялся в верности своей жене, обещал ее семье быть для Каридад заботливым мужем! Стоила ли местная жрица любви моей чести? Как теперь смотреть в глаза законной супруге?

«Кажется, вопрос с наложницами решен, – подсказал внутренний голос. – Крол не может быть неправ, придется заставить всех смириться. Выдай эту ошибку за собственное решение, узаконь знатных любовниц, иначе драконы перестанут тебя уважать».

Глава 54. Завоеватель

Глава 54. Завоеватель

Казимир

Из лагеря пришло письмо, Каридад родила здоровую девочку. Сначала я обрадовался, что они обе в порядке, но потом горько улыбнулся: дочь, не сын! В семье Хорсов это было вечной проблемой, вместо наследников у нас рождались сплошные девочки. Я – единственный сын у Алеса Хорса, в случае моей гибели род Солнечного Ореола прервется. Каридад была сильной волевой драконицей, я надеялся, она родит мне сына. Увы, Далия была права.

Поэтому я при полной поддержке советников сломал сопротивление Вулко Кратона, и заставил его принять новый закон о наложницах. Лилия обрадовалась, даже ее соотечественники восприняли это с энтузиазмом. К собственному изумлению я укрепил связь с чужим племенем, они начали воспринимать меня как законного правителя. В случае моего успеха они бы возвысились, породнились с новым императором, вот и поставили все на кон ради будущих привилегий.

Лилия оказалась по-настоящему полезной: всюду сопровождала меня, служила переводчиком, если в каком-то городе не говорили на общем наречии. Она поддерживала мою значимость, а ее прошлое в качестве «невесты бога» лишь укрепляло уверенность норгратерцев в том, что я – новый бог, более сильный и удачливый потомок Солнца.

Даже мое решение взять наложниц из самых значимых городов она восприняла без капли ревности, и продолжала поддерживать меня на публике, и ублажать в постели так, что я не хотел других наложниц. Постепенно вина перед Каридад перестала казаться такой острой, когда я обнимал золотоволосую девушку, и погружался в ее всегда готовое к любви тело. Она была идеальной спутницей на время похода, я научился ценить и уважать ее.

Тем временем за мной прочно закрепилось прозвище «завоеватель», так как ни один город на моем пути не остался непокоренным. За четыре года я одолел сильнейшую центральную империю, а потом расправился со второй, более слабой и недальновидной. Выступи они вместе – был бы шанс. Но они не видели возможностей там, где их видел я.

Захватив Норгратер, я воздал честь Южному континенту, выполнил данное отцу обещание: память и слава нашей родины будут жить вечно, посеянные, как зерно на чужой земле. Однажды ростки