Часть 1. Ранняя поэзия - Коллектив авторов

id="id178">

1. Легкие туфли ("Легкие туфли свои из пеньки...")

Легкие туфли свои из пеньки

Он и в морозец согласен носить —

Нежные женские руки теперь

Платье ему не поленятся сшить.

Пояс и ворот я сшила — он рад,

Мужу понравился сшитый наряд.

Видом хорош он спокойным своим;

Влево отходит — уступит другим.

Пояс украшен гребнем костяным.

Низкие сердцем — в супруге моем

Видят упреки жестокие им!

Примечания переводчика

Удел Вэй, о котором идет речь в настоящей главе, не следует смешивать с уделом Вэй, о котором мы говорили в примечаниях к главам III, IV и V, — это разные княжества, и иероглифическое написание их различно. Княжество Вэй, о котором здесь идет речь, представляло собою мелкий удел, управляемый князьями, принадлежавшими к роду Чжоу и носившими общее с ним родовое имя Цзи. В 660 г. до н. э. этот удел был поглощен княжеством Цзинь. Расположен он был на территории современного уезда Се, округа Хэдун, провинции Шаньси.

Влево отходит — уступит другим — Правая сторона считалась в древнем Китае более почетной, и поэтому отход в левую сторону и уступка другому места справа являлись выражением вежливости.

Низкие сердцем — в супруге моем // Видят упреки жестокие им! — Китайскую фразу, переведенную нами таким образом, можно понимать двояко: 1) Это низкое сердце поэтому и является предметом жестокого упрека (понимание Чжу Си) и 2) Этим низким сердцам он поэтому и является упреком (понимание Б. Карлгрена). Только учет всех нюансов текста может помочь в выборе правильной версии. Чжу Си полагает, что хождение в пеньковых туфлях по инею и ношение одежды, сшитой женскими руками, изобличает, якобы, скупость. На этом шатком основании Чжу Си и строит свою версию, что этот "хороший человек" (мой хороший муж) является предметом упрека. Мы, напротив, не можем найти в этом стихотворении никаких признаков скупости действующего лица и вместе с Б. Карлгреном полагаем, что его спокойная вежливость является жестоким упреком низким сердцам.

Источник: "Шицзин", 1957, стр. 129

2. Над рекою Фэнь ("Щавель по низинам над Фэнь-рекой...")

Щавель по низинам над Фэнь-рекой

Она собирает проворной рукой.

Ты, сударь, конечно, нет спору о том,

Прекрасен безмерно, красавец такой!

Прекрасен безмерно, красавец такой,

Но все ж до правителя княжьих путей

Тебе еще так далеко!

Над Фэнь над рекою, где берег высок,

Сберет она каждый на тутах листок.

Ты, сударь, конечно, нет спору о том,

Прекрасен собой, как весенний цветок!

Прекрасен собой, как весенний цветок,

Но все ж от начальника колесниц

Ты, сударь, обличьем далек!

Над Фэнь, там, где берег пологий извит,

Она, подорожник срывая, стоит.

Ты, сударь, конечно, нет спору о том,

Прекрасен собою, как чистый нефрит!

Прекрасен собою, как чистый нефрит,

Но все ж у правителя княжеских дел

Получше бы должен быть вид!

Примечания переводчика

Удел Вэй, о котором идет речь в настоящей главе, не следует смешивать с уделом Вэй, о котором мы говорили в примечаниях к главам III,IV и V, — это разные княжества, и иероглифическое написание их различно. Княжество Вэй, о котором здесь идет речь, представляло собою мелкий удел, управляемый князьями, принадлежавшими к роду Чжоу и носившими общее с ним родовое имя Цзи. В 660 г. до н. э. этот удел был поглощен княжеством Цзинь. Расположен он был на территории современного уезда Се, округа Хэдун, провинции Шаньси.

Фэнь — приток реки Хуанхэ, протекающий по территории современной провинции Шаньси.

Правитель княжьих путей — ведающий колесницами князя. Эти обязанности могли быть поручены только лицу знатного происхождения — советнику князя.

Источник: "Шицзин", 1957, стр. 130

3. Персиком благоухают сады ("Персиком благоухают сады...")

Персиком благоухают сады,

Годны для пищи, созрели плоды...

Сердце печалью томится, а я

Песни пою, точно нет и беды.

Те, кто не знает меня, говорят:

"Воин вы, сударь, и очень горды!"

Люди такие, пожалуй, правы, —

Что им на это ответите вы?

В сердце печаль и тоска у меня —

Кто из них знает причину? Увы!

Кто из них знает причину? Увы!

Не утруждает никто головы!

Есть и жужубы в саду, и у всех

В пищу годится созревший орех.

Сердце печалью томится, иль мне

Царство объехать в надежде утех?

Те, кто не знает меня, говорят:

"Вы в беспредельный впадаете грех"

Люди такие, пожалуй, правы, —

Что им на это ответите вы?

В сердце печаль и тоска у меня —

Кто из них знает причину? Увы!

Кто из них знает причину? Увы!

Не утруждает никто головы.

Примечания переводчика

Удел Вэй, о котором идет речь в настоящей главе, не следует смешивать с уделом Вэй, о котором мы говорили в примечаниях к главам III, IV и V, — это разные княжества, и иероглифическое написание их различно. Княжество Вэй, о котором здесь идет речь, представляло собою мелкий удел, управляемый князьями, принадлежавшими к роду Чжоу и носившими общее с ним родовое имя Цзи. В 660 г. до н. э. этот удел был поглощен княжеством Цзинь. Расположен он был на территории современного уезда Се, округа Хэдун, провинции Шаньси.

Источник: "Шицзин", 1957, стр. 131

4. Взбираюсь ли я на высокий хребет ("Взбираюсь ли я на высокий хребет...")

Взбираюсь ли я на высокий хребет

Поросших лесами гор,

Все к хижине той, где отец живет,

Я вновь обращаю взор.

Я знаю: отец теперь тяжко вздохнет:

"Ведь сын мой на ратную службу идет,

Покоя на службе не будет ему

Все ночи и дни напролет.

Смотри ж, береги себя, младший сын мой,

Смотри же — вернись обратно домой,

От дома родного вдали

В земле не