Её чужая дочь - Рина Фиори

это один из самых непроходимых утренних квестов для нас с дочуркой – укротить её волосы после долгой ночи то ещё испытание.

Мия держит в руках одну из своих кукол и расчёсывает её маленькой расчёской.

– Доброе утро, малыш, – целую дочурку и перевожу взгляд на её ручонки, которые бережно разбирают каждую прядь.

– Плавда, она похожа на Женю? – разворачивает игрушку лицом в мою сторону. – И волосы такие же класивые, – умиляется, в очередной раз проводя расчёской по искусственным волосам.

Пока Мия возится с куклой, открываю сообщение с результатами теста ДНК.

Вчитываюсь в текст – 99,9 %.

С души будто камень скатывается, даже дышать становится легче.

И всё-таки, как же тогда Мия и Жене могут быть неродными? Однозначно, в лаборатории допустили ошибку, другого варианта я не вижу.

Смотрю на дочку. Моя. Вне всякого сомнения, моя.

Мия прижимает к себе куклу, блаженно прикрывая глазки, и слегка покачивается из стороны в сторону.

– Всё готово, – в гостиную входит Женя и вместе с её появлением мне на телефон поступает сообщение от Артёма.

Он привёз всё, что я просил. Замечательно.

Забираю у охранника пакеты и возвращаюсь в гостиную.

– Вот, – широко улыбаюсь и отдаю Жене вещи.

Сам не знаю почему, но мне приятно видеть её ошарашенный количеством пакетов взгляд.

– А это что такое? – сощуривает глаза. – Я звонила соседке и просила собрать небольшую сумку, а тут столько всего… – вдруг спотыкается взглядом о надпись с названием логотипа известного бренда.

Я же, не теряя даром времени, подхватываю Мию на руки и иду вместе с ней в кухню.

– Руслан! – бросает возмущённо мне вслед Евгения. – Мы так не договаривались, у меня всё есть и вообще…

– Ты хочешь, когда опять что-то понадобится, дёргать моего охранника? – плавно разворачиваюсь к девушке лицом, чтобы видеть её взгляд. А он сейчас что надо: растерянный и дезориентированный настолько, что я с трудом сдерживаю улыбку.

– Нет… – отвечает уже менее резко.

– Хм, а может, ты хочешь сама поехать в общежитие и оставить Мию… – использую запрещённый приём. Бью по больному: безжалостно и неаккуратно, за что ненавижу себя. Но зато очень эффективно.

Больше не говоря ни слова, Женя покорно опускает сумки возле дивана в гостиной и, пообещав потом их разобрать, идёт вместе с нами завтракать.

Глава 24

После завтрака мы все вместе убираем со стола. Я складываю в холодильник оставшиеся продукты, Руслан подметает пол от крошек. Даже Мия старается помочь, берёт чашки из-под чая и неуклюже засовывает их в посудомойку. Поправляю маленькие недочёты, когда малышка отворачивается, чтобы не огорчать её.

Мы ведём себя, как настоящая семья, если бы не одно но…

Мы – не семья.

Минут через десять после уборки Руслану звонит охранник и судя по всему, сообщает о чьём-то визите.

Стараюсь погасить в себе лёгкий огонёк любопытства, но он становится всё больше и больше, пока на пороге дома наконец, не появляется гостья.

Ульяна, сестра Руслана, она смотрит на меня с нескрываемым интересом.

Потом и вовсе хватает Селиванова за руку и тащит его в кухню, но только делает это слишком громко.

– Это мать Мии? – произносит с твёрдой уверенностью. – Только не ври, они похожи, – добавляет бесцеремонно.

Такая же прямолинейная, как брат.

– Да, – отвечает Руслан гораздо тише, но меня смущает, что он тоже говорит уверенно, будто нет никаких сомнений.

А как же тест ДНК, который якобы показал отрицательный результат?

– Мия! – Ульяна возвращается в гостиную и падает на диван рядом с малышкой. – Как делишки, принцесса?

Не садится, а именно падает. Одёргивает короткие джинсовые шорты, но они ни на сантиметр не сдвигаются.

Девушка пытается завести разговор и со мной, но он не клеится совершенно. Я даже банальное «очень приятно» с трудом выдавила, когда Руслан представлял нас друг другу, о чём уж говорить.

– А мы погуляем с тобой сегодня? – девочка льнёт с тётке и в итоге забирается к ней на колени.

– Да, можно, чего бы нет, – легкомысленно бросает девушка.

Она кажется мне такой лёгкой и беззаботной, что я даже начинаю немного завидовать. Я видела, как Ульяна отдала Руслану ключи и сказала, что припарковала машину возле гаража. Это значит, что девушке уже как минимум восемнадцать лет, раз она садится за руль. Не думаю, что Руслан позволил бы сестре брать машину, не будь у девушки водительского удостоверения.

Получает у нас с ней совсем маленькая разница в возрасте, вот только я не чувствую себя так легко и беззаботно уже много-много лет.

– Папа, а можно я с Ульяной погуляю сегодня? – Мия поднимается на ножки и начинает радостно прыгать вокруг тётки.

Селиванов кивает, а мне хочется завопить, почему моего мнения никто не спрашивает? Но я одёргиваю себя, потому что понимаю: ещё не время заявлять свои права, импульсивностью и разборками я только всё испорчу.

Чтобы восстановить материнство и забрать дочь мне нужно войти в доверие к Руслану. Сделать всё, чтобы ему даже в голову не пришло сомневаться во мне.

Ульяна сама собирает вещи для Мии и увозит её на прогулку.

Правда прежде, чем покинуть дом, малышка целует отца в небритую щёку, а потом разворачивается и бежит с вытянутыми ручками ко мне.

– До вечела, Жемама, – произносит совершенно по-взрослому, заставляя моё сердце таять от нежности.

Ульяна и Мия скрываются за дверью, и я понимаю, что мне тоже нужно уходить.

– Пойдём, я покажу тебе комнату, – говорит Руслан и кивает в сторону лестницы, ведущей на второй этаж.

– Комнату? – слегка приподнимаю брови в недоумении. – Какую комнату?

– В которой ты будешь жить, – пожимает плечами. – В качестве няни, – поясняет таким тоном, будто эти три слова должны сразу расставить всё по своим местам.

Только эффект возникает прямо противоположный.

– Руслан, подожди, – окликаю мужчину, находящегося на середине лестницы. – Ты говорил, что сдал материалы для теста на отцовство…

Не договариваю. Слежу за реакцией Селиванова, замечаю, как напрягаются его плечи, а длинные крепкие пальцы впиваются в перила.

Руслан медленно разворачивается и неторопливо спускается вниз, ненадолго задерживаясь на каждой ступеньке.

– Я получил результаты теста, – отвечает ровным, спокойным тоном.

Неужели, не собирался мне ничего рассказывать?

– И я собирался поговорить с