Эмпаты - Мэтт Каулиц

– Откуда вы знаете кто я?

Он проигнорировал предложенный стул, продолжая торчать у двери. Кай помнил все повороты и лестницы на пути сюда. А также турникеты и трех охранников, окинувших их взглядом на проходной. Так что дверь просто позволяла ему чувствовать себя не таким… загнанным в самое логово зверя.

– Твоя семья пользуется большим авторитетом.

– Моя семья здесь ни при чем, – тут же ощетинился Кай.

Камилла пожала плечами и, взяв со стола самодельную папиросу, глубоко затянулась. Ароматное облако дыма медленно растекалось по кабинету, и так обделенному свежим воздухом.

– Тебя узнал один из присутствующих на стадионе.

– Паскудство… – Кай глубоко вдохнул, чувствуя, как ужас липкими лапками поднимается от пяток к животу. Если об этом узнают дома… – Дайте сигарету.

В протянутую руку без вопросов легла еще одна самокрутка. Несколько крошек табака выпало на ладонь, и он смахнул их дрожащими пальцами. Щелкнула кнопкой дорогая зажигалка.

– Как жертву, а не инициатора. Свидетель увидел тебя уже во время беспорядка, когда ты задыхался от приступа. Думал ты один из пострадавших.

– Как мило с его стороны. Так доказательств у вас нет?

Кай глубоко затянулся, пытаясь успокоиться. Он все время «пытался» – и зачастую проигрывал эту битву. Колечко дыма вышло кривым и он досадливо развеял его взмахом руки. А следующие слова заставили его вовсе забыть про сигарету.

– Камера находилась прямо над тобой. На записи все: ошибка инсайдера, реакция людей, сразу после этого начало твоего приступа. И последствия.

Инспекторка испытующе смотрела на него, наблюдая за реакцией на свои слова. Потушив папиросу, она подошла к Каю, заставив его застыть от напряжения. Рука потянулась к нему за спину, и он вздрогнул от щелчка замка.

– Давай расскажу, как все было. Ты слишком увлекся соревнованиями, эмоционально открылся происходящему. А когда зал испугался – этот страх ударил по твоему сознанию как молоток. Пудовый такой молот по хрупкому зеркалу.

Камилла вернулась к столу, на этот раз уютно расположившись в своем кресле. Под ее руками замелькали бумаги. Последней она взяла в руки черную папку и достала из нее флешку с эмблемой стадиона, где проходили соревнования.

– Чужие эмоции спровоцировали твои собственные, ты потерял контроль, и… осколки зеркала разлетелись на сотни метров вокруг. Стадион накрыло неконтролируемой паникой. Твоей тысячекратно усиленной паникой.

Кай не отрывал взгляда от флешки с записями. Конечно же он не видел камеру. Он увлекся шоу, которое развернули профессиональные инсайдеры. Настоящие мастера воздействия, способные создать целый иллюзорный мир.

Семья бы ни за что не отпустила его в подобное место и он скрывался от знакомых и прессы, но не от обычных камер. Для этого хватало и обычного капюшона.

– Это все лишь ваши догадки. Даже такой записи недостаточно. Готов поспорить, лицо там едва видно.

– Этих догадок будет достаточно, чтоб начать громкое дело против наследника семьи Мёрфи.

Собственная фамилия прозвучала для него, как свист гильотины. Мёрфи. Все кончено. Если не Инспекция его засадит в тюрьму, то собственная семья навсегда запрет свой позор где-нибудь в подвалах имения.

– Ну так начинайте. Или акт запугивания не окончен? – приподнял бровь он, выдерживая прямой взгляд инспекторки.

Подойдя к столу, Кай с нажимом прокрутил бычок от сигареты, вдавливая в пепельницу давно погасший табак. Парадоксально, но когда карты раскрылись и терять стало нечего – внутри словно разжался стальной кулак.

– Мы можем решить вопрос по другому.

– Хотите получить от моей семьи откупные? – презрительный смешок сам сорвался с его губ. – Это сотрудничество станет вам костью в горле, поверьте.

– Кажется, ты не понимаешь масштаб происходящего, – с сожалением покачала головой инспекторка.

Черная папка вновь распахнулась, поглощая флешку. Взамен Камилла достала несколько документов, отпечатанных на дешевой офисной бумаге.

– По предварительным данным во время инцидента с неправомерным эмпатическим воздействием погибло три человека, пятеро в тяжелом состоянии, двенадцать человек обратились с травмами средней тяжести. Материальный ущерб оценивается… – мерно зачитывала Камилла, тихий шелест перевернутой страницы когтями прошелся по позвоночнику единственного слушателя.

Кай все-таки сел, почувствовав, как стремительно немеют ноги. Грудь сдавило от нехватки кислорода, который застревал еще на подходе к горлу.

Он резко опустил голову к коленям и обхватил ее руками, пытаясь удержаться в реальности. Тяжелое дыхание звучало так, будто он только что пробежал несколько километров. Пол подло уходил из-под ног, как палуба тонущего корабля.

– Смотри на меня, Кай.

Чьи-то ледяные руки мягко приподняли его подбородок. Напротив оказались светлые глаза инспекторки. Все вокруг казалось нереалистично четким, и он с усилием моргнул, пытаясь вернуть зрению стабильность.

– Фиксируйся. Ты здесь. Я тебе помогу.

«Не поможешь!»

Тихий спокойный голос проникал в сознание, затапливая его и перебивая внутренний паникующий. Прохладной водой заливал лавовое пожарище в голове. С шипением взметнулся кверху пар, оставляя одну единственную выжженную мысль.

– Я не знал… что кто-то погиб… я думал они просто устроили столпотворение… – он сам едва расслышал свой шепот.

– Это несчастный случай. Частая проблема как среди начинающих, так и опытных инсайдеров. А панические атаки случаются у девяноста процентов эмпатов.

Кай дернул головой, сбрасывая чужие руки. Камилла сидела на корточках рядом с ним, не прерывая зрительный контакт. Он с трудом подавил в себе желание оттолкнуть ее, возвращая личное пространство.

– Я не инсайдер.

– Если тебе принципиально спорить, – пожала плечами она, вставая. – Инсайдер, эмпат – суть от этого не меняется.

– Я не эмпат, – заевшей пластинкой продолжал спорить Кай.

– Ты сейчас пытаешься убедить меня или себя?

– Избавьте меня от псевдофилософских разговоров.

Раздраженно вскочив, Кай отпихнул стул и тот, качнувшись, грохнул об пол. Инспекторка флегматично провела его взглядом.

Кай замер напротив, сцепив руки за спиной и до боли сжав пальцы. Ногти знакомо впились в кожу, отрезвляя и помогая сосредоточиться. Взглядом он вперился в собеседницу, словно пытался прожечь ее насквозь и закончить этот разговор.

– Что такое эмпатия по своей сути? Способность сопереживать и улавливать чужие эмоции. Воспроизводить их. И воздействовать ими на других, если ты являешься инсайдером, – мягко продолжила Камилла.

– Не надо мне пересказывать основы.

В коридоре грохнула дверь, раздались неторопливые шаги, постепенно затихнув вдали. Кай напряженно повернул голову, прислушиваясь. Инспекторка продолжила только тогда, когда в кабинете вновь воцарилась тишина.

– Разве? А мне показалось, что как раз основ ты и не улавливаешь. Чем дольше ты подавляешь это в себе, тем сильнее будут срывы. И тем более болезненными последствия.

– Я больше не допущу такой ошибки.

Тяжело вздохнув, Камилла на миг прикрыла глаза. Кай только сейчас присмотрелся и заметил темные круги у нее под глазами. Усталость серым налетом