Часть 1. Ранняя поэзия - Коллектив авторов

— мудрый сановник одного из правителей династии Ин. Как говорит предание, правитель отверг советы Пзн Сяия, и тот в знак протеста утопился в реке.

Цинцзян — название реки в провинции Хубэй.

Цзе Чжи-туй, или Цзе-цзы — один из семи спутников Чжун Эра, сына цзиньского князя, изгнанного своим отцом. В 636 г. до н. э. Чжун Эр стал гегемоном под именем цзиньского Вэнь-гуна. Он наградил всех своих спутников по изгнанию, но при этом обошел Цзе Чжи-туя. От обиды последний удалился в леса в горах Цзешань. Впоследствии Вэнь-гун раскаялся в том, что обидел друга, и пригласил его ко двору. Цзе Чжи-туй отказался покинуть лес. Чтобы заставить его выйти, князь приказал поджечь лес; Цзе Чжи-туй обнял дерево и сгорел. Это место Вэнь-гуй сделал запретным и не разрешал дровосекам рубить деревья в горах Цзешань.

Бо И — два брата, Шу Ци и Бо И, сыновья владельца маленького княжества Гучжу, которые, согласно легенде, жили в конце XII в. до н. э. и славились своей принципиальностью и верностью императорскому дому.

Цзы-сюй, или У Цзы-сюй, — государственный деятель царства Чу, перешедший впоследствии на службу в княжество У (VI в, до н. э.). Княжество У в это время вело войну с княжеством Юэ и нанесло ему тяжелое поражение. Княжество Юэ запросило мира. У Цзы-сюй был против заключения мира, и тогда враги оклеветали его перед князем Фу Ча. Князь в гневе приказал гонцу взять меч и ехать к У Цзы-сюю, чтобы этим мечом отрубить ему голову. Перед смертью У Цзы-сюй обратился к домашним с такими словами: "Когда я умру, выньте мои глаза и повесьте их над воротами столицы, дабы они могли увидеть, как разбойники из княжества Юэ вторгнутся и уничтожат княжество У". У Цзы-сюя казнили, а его предсмертные слова передали князю Фу Ча. Князь в бешенстве приказал снять кожу с трупа казненного, набить ее соломой и бросить в реку. После этого с княжеством Юэ был заключен мир. Княжество Юэ оправилось от поражения, и через девять лет юэский князь Гоу Цзянь завоевал княжество У.

Шэнь Бао-сюй — чуский сановник периода Чуньцю (VI в. до н. э.). В 506 г. до н. э. войска княжества У вторглись в царство Чу и овладели чуской столицей Ин, а чуский царь Чжао-ван бежал при этом в княжество Суй. После этого в 505 г. до н. з. Шэнь Бао-сюй отправился в Цинь просить помощи. Он стоял под стеной дворца семь дней подряд и рыдал. Циньский правитель сжалился над ним и послал войско на помощь царству Чу. Таким образом Чжао-вану удалось вернуться в столицу и занять престол. Он хотел наградить Шэнь Бао-сюя, но тот отказался от награды и бесследно скрылся.

Источник: "Из китайской и корейской поэзии", 1958

Перевод: Перелешин В.Ф.

Ли Сао ("Мой покойный отец, Бай-юн благородный...")

1

Мой покойный отец, Бай-юн благородный,

Был потомком наших древних царей.

В день Гэн-ин, весной, когда я родился,

Шэ-ти в небе сияла в славе лучей.

Звезда Шэ-ти — конечно, не была видна днем, но в Китае, который славился точностью астрономических наблюдений с древнейших времен, было, очевидно, известно, что в этот день звезда была в восхождении.

2

Посмотрев гороскоп моего рожденья,

Имена младенцу выбрал он, —

Имена Чжэн-цзэ и Лин-цзюнъ, и смыслом

Я горжусь благовещих этих имен.

Чжэн-цзэ — "прямое правило".

Лин-цзюнь — гармония духа.

3

Я прибавить сумел к дарам природы

Много личных усилий, долгих трудов,

И расцвел пышней орхидей осенних,

Благовонней трав и гордых цветов.

4

Время мчится, за ним возможно ль угнаться?

Сроки кратки, а мне нужны века!

Что же? Утром с холма принесу магнолий,

Ввечеру — сосновых ветвей с островка.

5

Солнце или луна никогда не замедлит бега,

И весна и осень свой помнят чин.

Вот опять засохла трава, и листва опала,

А любимый где-то медлит, и я один!

6

Равнодушный к достойному, склонный к порочным,

Ты бы мог, любимый, исправить свои пути.

Запряги же лучших коней, наверстай же время,

Догони меня, дай мне вперед тебя повести!

7

В старину, при прославленных трех государях,

Было каждому запаху место, был и срок:

Шэньский перец спорил с запахом мальвы, —

Ну, а нынче в моде вечно один цветок!

8

Яо и Шунь, исполины древних преданий,

Повинуясь природе, преуспевали всегда,

А подобные Цзе и Чжоу безумные люди

Ускоряли гибель, мечась туда и сюда!

Яо и Шунь — мифические древнейшие императоры Золотого века.

Цзе и Чжоу — последние государи династий Ся и Инь.

9

А приверженцы их гнались за одной забавой

И теряли пути, и во мраке шли ко дну.

Я же — разве за жизнь я свою тревожусь?

Страшно мне за правителя и за мою страну.

"Юань", "му", "ци" — меры площадей.

"Ду-хэн", "цзе-цзюй", "лю-и" — лекарственные или просто пахучие растения.

10

Я растерян. Бежать ли вперед, назад ли,

Чтоб былых государей найти размах?

О, любовь моя, загляни в это сердце!

Но с тобой клеветник, и гнев у тебя в глазах!

11

Знаю, знаю: опасно быть откровенным.

Я терпел и молчал, но больше я не молчу.

Пусть меня за это судит вышнее Небо —

Одного добра, любимый, тебе я хочу!

12

На закате опять была назначена встреча

Между мною и непришедшим моим дорогим,

А ведь прежде свое ты дал мне слово,

Но потом изменил и тайно ушел к другим.

Разве было бы мне так трудно уйти отсюда,

Если б не был я ранен непостоянством твоим?

13